Марина Цветаева. Письма 1933-1936
Шрифт:
Впервые — Марина Цветаева в XXI веке. 2011. С. 275–276. Печ. по тексту первой публикации.
Письмо написано на двух открытках с видами городских ворот.
55-36. З.А. Шаховской
Moret-sur-Loing (S. et М.)
18, Rue de la Tannerie,
chez M<ada>me V<eu>ve Thierry
9 го июля 1936 г., четверг
Милая Зинаида Алексеевна, как видите — я уже на воле, а именно: в чудном старинном городке под Фонтенбло. Быт устроен, т. е. по возможности устранен, а для души — непосредственно над головой — две химеры: Мурина и моя (поделили) — ибо живем непосредственно за церковной спиной. Я сюда приехала, чтобы беспрепятственно работать, т е. переводить Пушкина — лучшие стихи, не взирая — переведены ли уже, или нет, ибо я ни одного перевода не знаю, да и знала бы — не слушала бы.
Хотите — чтобы я с этим осенью приехала в Бельгию, т. е. с вечером моих переводов + предисловие. Я серьезно запрашиваю. Давать заочно мои стихи мне бы не хотелось — и вот почему: у меня много вариантов, и Ваши поэты из «Журналь де Поэт» мне м<ожет> б<ыть> помогли бы утвердить лучший (беда, что один другого лучше: один — содержательно ближе, другой французски — или образно — лучше, вообще хорошо бы посоветоваться — устно, по горячему следу первого впечатления).
Пока сделаны: Когда могучая зима — Пророк — Для берегов отчизны дальной — К няне — и сейчас идет, именно волнами идет! Свободная стихия (К морю). Но я хочу — целый сборник: всё, что есть лучшего [1702] . Посмотрим, что успею за лето.
Как Вы думаете, есть ли надежда приехать с этим в Брюссель, т. е. с рядом стихов и с словом о Пушкине. Т. е. наработаю ли я на поездку (паспорт у меня есть).
Что будет с самой книжкой — не знаю: я могу дать бесплатно несколько стихов, я вообще бы с радостью работала бесплатно — если бы государство — или какой-нибудь меценат мне бы оплачивал мое скромное существование, но пока — это мой единственный источник существования, а напечатай я пушкинский сборник в Из<дательст>ве «Журналь де Поэт», не только ничего не дадут, а еще приплачивать нужно, — за много месяцев непрерывного труда… Но обещанное в Ваш сборник — дам.
1702
См. коммент. 2 к письму к В.В. Рудневу от июня 1936 г.
Дальше: всего Пира переводить не буду: там лучшее — обе песни [1703] , а остальное — для перевода мало увлекательно, ибо беспрепятственно. Я не люблю стиха без рифмы — и этого размера не люблю: скучаю.
Подумайте, пожалуйста, и ответьте — хотя бы предположительно.
Получили ли мою франц<узскую> рукопись (NB! машинную). Вот ее бы другую маленькую в из<дательст>ве издать — хотела, так как продать мне ее (при моем характере) навряд ли удастся, — у меня у французов нет имени, а в кредит — ничего не хочу. Я бы хотела, чтобы издательство «Журналь де Поэт» ее до моего приезда прочло и как-нибудь отозвалось. Тогда бы привезла ту другую — тоже письмо (если бы Вы знали — кому и о чем!) и получилась бы небольшая книжка, к<отор>ую бы и предложила из<дательст>ву — на его условиях (кажется 600 бельг<ийских> фр<анков> доплаты?)
1703
Из «Пира во время чумы» кроме песни Председателя Цветаева намеревалась перевести еще песню Мэри.
Ответьте мне, пожалуйста, дорогая Зинаида Алексеевна, по обоим пунктам, если можно не открыткой, п<отому> ч<то> в открытки я как-то не верю, слова на ветер.
Я здесь буду до середины сентября, но ответ хотела бы поскорей. Мне бы очень хотелось съездить в Бельгию, у Вас хороший дух, поскольку я могла почувствовать и что я безусловно увидела в факте издания «Проз д’Анфан». Так вот, та моя проза — той же породы, оттого у меня есть надежда. (Неужели тот Люсьен — ее потерял?? Запросите О<льгу> Н<иколаевну> — она мне ни слова больше не пишет. И Люсьен — тоже не ответил.)
Итак — до письма!
Сердечный привет и пожелания хорошего — всячески — <нрзб.>.
Выросла ли собака и как на нее смотрят кондуктора? М<ожет> б<ыть> уже — снизу??
МЦ.
Впервые — Новый журнал. 1967(2). С. 138-140. СС-7. С. 561 562. Печ. по СС.-7.
56-36. А.А. Тесковой
Moret-sur-Loing (S. et М.)
18, Rue de la Tannerie,
chez M<ada>me V<eu>ve Thierry >
10-го июля 1936 г., пятница.
Дорогая Анна Антоновна, а это — ответ на за*мок. Этими воротами выходили на* реку, собственно — речку, с чудным названием Loing (loin!) [1704] . Речка — вроде той, где купалась в Тульской губ<ернии>, 15-ти лет, в бывшем имении Тургенева, — там, где Бежин луг. Но — там не было ни души (только пес сидел и стерег), а здесь — сплошь «души»: дачи, удильщики, барки, — ни одного пустынного места.
1704
Далеко (фр.).
Приехали — мы с Муром — 7-го, сразу устроились и разложились — и расходились: в первый же день — три длинных прогулки: и на* реку, и на холм, и в лес. Мур — отличный ходок.
Moret — средневековый городок под Фонтенбло, улички (кроме главной, торговой) точно вымерли, людей нет, зато множество кошек. И древнейших старух. Мы живем на 2-ом этаже, две отдельных комнаты (потом приедет С<ергей> Я<ковлевич>), выходящих прямо в церковную спину. Живем под химерами [1705] .
1705
В письме к А. Бему от 4 августа 1936 г. А. Тескова сетовала по поводу выбранного Цветаевой места отдыха: «Цветаева на лето поселилась в маленьком городке — Moret, не понимаю, почему: ни лесу, ни моря; старинные дома ведь не дадут освежения уставшему организму. — Опять все сочувствуем» (Архив А. Бема).
Наша церковь (эта) основана в 1166 г., т. е. ей 770 лет. (И сколько таких церквей во Франции! Лучшие — не в Париже.) Но внутри хуже, чем снаружи. Чудные колонны переходящие в арки, купола покрыты известкой, не давая дышать старому серому камню, вместо скромных и непреложных ска*мей — легкомысленные суетливые желтые стулья. Церковь люблю пустую — без никого и ничего. Хорошо бы пустую — с органом. Но этого не бывает.
Хозяйки тихие: старушка 75 лет — с усами — и дочь, сорока, сорока пяти — в параличе: 7 лет не выходила на улицу. Мы им все покупаем и они за это нам трогательно благодарны. Дом — очень католический, и не без католической лжи: напр<имер> два достоверных портрета Иисуса Христа и Богородицы: один «tel qu’il fut envoy* au S*nat Romain par Publius Lentulus abors gouverneur de Jud*e» [1706] , другой (Богородицын) «peint d’apr*s-nature par S<ain>t Luc, Evang*liste, lors de son s*jour * J*rusalem» [1707] — и где Богоматерь 20 лет!!! (а писал — уже Евангелист).
1706
«Такой, каким его послал римскому сенату Публий Лентул, в то время правитель Иудеи» (фр.). — Такой, каким его послал римскому сенату Публий Лентул. — Цветаева говорит об увиденной иконе, которая вызвала у нее непосредственные ассоциации с письмом-портретом, посланным Лентулом Цезарю, в котором дан живой и яркий портрет Иисуса. «Я слышал, о Цезарь, что ты хотел бы знать о добродетельном муже, который наречен Иисусом Христом и на которого народ взирает как на пророка, как на Бога <…> Он среднего роста, на взгляд — Он добрый и благородный, что выражается и в его лице <…> Его волосы до ушей имеют цвет готовых орехов и оттуда до плеч светящийся светло-коричневый цвет; посередине головы пробор по обычаю назареев. Лоб гладкий, лицо без морщин и чистое. Его борода цвета волос, вьющаяся и так как не длинная, то в середине разделена. Взгляд строгий и имеет силу солнечного луча <…> Его руки красивы и одухотворены и выразительны. Всю Его речь считают приятной и привлекательной. <…> Его выдержка, осанка очень благородна, Он красив. При этом Его мать самая красивая женщина, какую когда-либо видели в этом округе <…>» и т. д. (Твоя библия. Христианский форум:. Публий Лентул — управляющий Иудеей (до Понтия Пилата).
1707
«Рисованный с натуры св. Лукой евангелистом во время его пребывания в Иерусалиме» (фр.). — Лука Евангелист — один из учеников Христа, писатель третьего Евангелия и Деяний Апостольских. По преданию, занимался иконописью, и ему приписывается начертание икон Иисуса Христа и Божьей Матери. Одна икона Богородицы, приписываемая св. Луке, долгое время находилась в Успенском соборе в Кремле. В настоящее время хранится в Государственной Третьяковской галерее. Видимо, ее имеет в виду Цветаева. Другая икона Божьей Матери, им написанная и называемая «Милостивая», находится в монастыре Пресвятой Богородицы Киккской на о. Кипр.
Оба — с злыми, надменными, ледяными лицами и одеты в роскошные мантии. — Чудовищно! — А невинные люди — верят. (Носы у них орлиные.)
Перевожу Пушкина [1708] — к годовщине 1937 г<ода>. (На французский, стихами). Перевела: Песню из Пира во время чумы (Хвалу Чуме), «Пророка», «Для берегов отчизны дальной», «К няне» и — сейчас — «К морю» (мои любимые). Хочу за лето наперевести целый сборник — моих любимых. Часть (бесплатно) будет напечатана в бельгийском пушкинском сборнике. Знаю, что та*к не переведет никто. Когда отзоветесь, пришлю образцы.
1708
См. коммент. 2 к письму к В.В. Рудневу от июня 1936 г.