Чтение онлайн

Мира обходит Риса и сгружает на Оливера продукты — теперь его очередь их нести.

— А если что случилось? — все-таки спрашивает летописец.

Ученица Маячника закатывает глаза:

— Ну плыви, если хочешь. Только время зря потеряешь.

— Какая разница, где терять время, — вздыхает Олли, разворачивается и идет к дому. Все же отпуск у него не бесконечный, а в Прамене, наверняка, ветра распоясались, русалки на барельефах давно не чищены, а еще нужно проверить опоры Башенного моста…

Мира догоняет его у дома и помогает открыть двери.

— Не ной, летописец, — говорит она, хлопая его по плечу так, что Олли едва не роняет свою ношу на пол. — Я тебе не хуже Маячника про ссору братьев Ратов расскажу. Только не сегодня, дел полно.

— И ты разрешишь записывать с твоих слов? — удивляется Олли.

— Эту сказку я слышала от старухи Хеты, на нее и укажешь, — невесело улыбается Мира.

***

Следующим утром Мирата явно ждала Маячника. Встала рано и приготовила глазунью, с зажаренными до черноты краями, полужидким желтком и поджаристыми кусками окорока. Ужасно вкусно и до безобразия вредно. Но за годы жизни в Прамене Оливер привык есть все, что пожирнее. Да и здесь в холода морковью не наешься.

Но завтрак, рассчитанный на троих, пришлось съесть вдвоем, не считая Парадигмы и Астралябии, которые сегодня приглядывали за гостями и домом, и выпросили у Оливера почти всю его долю окорока. И кажется, Мира начинает беспокоиться. Она ходит по комнате, словно тигр в клетке. О чем бы они с Маячником ни договорились в ночь перед отъездом, что-то пошло не так.

Чтобы отвлечь Мирату, Оливер напоминает:

— Ты обещала рассказать, что случилось с братьями Ратами?

— Да поссорились из-за глупости, — говорит Мирата.

Видно, что ей не хочется говорить, но обещание есть обещание, и ученица Маячника продолжает:

— Лохматый тогда правильно сказал: в дом Рат пришел голод. Рыба не то передохла, не то просто ушла кормиться в другие места. Пока Алво залечивал крыло и устраивал дела в Ратторе, ведя учет каждому зернышку и каждой рыбке, Нао отправился в чужие земли, где и сошелся с драконами-иноземцами, и обменял у них крупу и мясо на четверть будущих уловов Ратторских рыбаков за полдюжины лет.

Младший Рат вернулся домой с полными возами еды, но старший не одобрил поступок брата, и возы велел развернуть и отправить обратно, ибо нечего за один голодный год в кабалу соседям на шесть лет продаваться. Нао долго его убеждал и так этак, но Алво был непреклонен. Он пригрозил, что если брат не вернет все, что взял, то сам и будет за эти возы расплачиваться. А младший Рат тогда ответил, что из-за его, Алво, гребаной гордости и жадности, в Ратторе четверть рыбаков передохнет. И лучше уж шесть лет рыбой жертвовать, которая раз — и закончилась, чем людьми, которые дольше прослужат. Тогда Алво разозлился и заявил Ворчливому, что лучше бы он за этой рыбой в море сходил, а не по соседям побирался. И раз уж двукрылый дракон не может добыть еды для себя и своих людей, то придется ему, однокрылому идти. И Алво пошел. И Нао его не остановил.

А остальное — вечером.

***

— Пропал Алво Светлый, совсем как наш Лохматый, — ворчит Мирата.

Они с Оливером сидят на ограде, пьют имбирный чай с медом и лимоном из тяжелых глиняных кружек и глядят на закат.

Коты маяка сегодня волнуются, они посменно бродят по двору, шевелят усами и глядят в сторону моря. Спокойна только старая кошка Магда, она дремлет у Оливера на коленях и лишь изредка поглядывает на летописца, когда он почесывает ее за ухом. Иногда Олли кажется, что в глазах кошки пробегают золотые искры.

— Опаздывает, — в который раз вздыхает Мира.

И Оливер не выдерживает:

— Может уже скажешь, в чем дело? Вдруг я смогу помочь?

— Ты? — Мира окидывает его снисходительным взглядом. — Прости, но нет. Если что-то пошло не так, ты нам ничем не поможешь. А если тебя поймают драконоборцы, ты долго не протянешь и все им выдашь!

Оливер закатывает глаза:

— Мира, ты параноик. С какой стати меня поймают драконоборцы? При чем тут они вообще? Вы что, задумали переворот в Северном приморье?

Мирата так сильно пихает его локтем в бок, что Олли чуть не слетает с забора. Кошка Магда спрыгивает с его колен и беззвучно шипит на грубых человеков.

— Лучше молчи, летописец! — сквозь зубы говорит Мирата, пока Оливер потирает ушибленный бок. Ему обидно и немного смешно. Неужели он угадал?

— Жизнь лихо поворачивается, — мрачно продолжает Мира. — Вон как у Нао Рата. Жил не тужил, оп-па стал врагом народа.

— Подожди про врага, ты еще не рассказала, как пропал Алво.

Мира, похоже, не собирается отвечать, она спрыгивает с забора и идет к маяку. Коты расступаются перед ней и настороженно глядят вслед. Оливер догоняет ученицу Маячника у самых дверей.

— Так ты расскажешь или мне ждать Лохматого?

— Во-первых, — Мирата поворачивается к летописцу и вид ее грозен. — Во-первых, ты никакого права не имеешь называть его Лохматым, усек?..

Олли кивает. Он не понимает, в чем проблема, но с разъяренной женщиной лучше соглашаться!

Она вдруг умолкает и пристально смотрит мимо летописца в сторону моря. Оливер поворачивается, но видит опять только темную кромку воды. Над ней видна узкая кровавая полоса заката, особенно яркая на фоне чернильных туч. Маленький ветер Хьёльф, оруженосец Фрёя, пригибает траву и ерошит волосы. Снова идет непогода.

— А что во-вторых? — нарушает молчание Олли.

— Во-вторых, пошли в гнездо, сваришь мне кофе, тогда дорасскажу, — отмирает Мирата.

***

Внутри башни едва ли теплее, чем на улице. Коты в «гнезде» сбились в стаю и оккупировали топчаны. Замерзшими руками Мира зажигает горелку и ставит чайник. Олли перебирает банки, выбирая, с чем сварить кофе. Находит лаванду, апельсиновую цедру и палочки корицы. Набирает сколько нужно в старую латунную джезву и ставит банки туда же, откуда взял. На маяке одно из главных правил — возвращать все на место.

Когда закипает чайник, Олли вопреки всем правилам заливает кофе горячей водой (почти кипятком) и ставит на горелку. Джезва с носиком в форме драконьей морды дымит как самый настоящий дракон. А еще над ней можно греть руки…

Ему хочется сидеть под одеялом в обнимку с чайником и котами или сбежать в домик, но Мирата должна следить за маяком, а Олли, обещал ей кофе в обмен на рассказ. Поэтому придется мерзнуть. Благо, Праменский сквозняк и близко не подходит к Оливеру, а то совсем околел бы…

Кофе поднимается густой шапкой, с виду грубой и пористой как вулканическая пемза. Олли стучит джезвой по столу, чтобы гуща осела, но шапка сидит намертво. Зато когда кофе разлит по чашкам, по «гнезду» разливается упоительный аромат позднего августа.

Мира отпивает и недоверчиво усмехается, да Олли и сам удивлен, что так хорошо получилось.

— Да… — тянет Мирата. — А мне и говорить-то больше не о чем. Корабль Алво не вернулся. Нао снарядил полдюжины коггов и сам отправился на поиски. Говорили, он дошел до вечных льдов и чуть сам там не сгинул, но ни брата, ни корабля, ни даже обломков не нашел.