Москва слезам не верит
Шрифт:
– Не говори глупостей. Пошли спать.
Катерина и Александра еще спали, когда позвонил Гога. Ему открыла сонная Александра.
– Что это такое?!
– напустился на нее Гога.
– Мы же договаривались!
– О чем?
– спросила Александра.
– О пикнике!
– Мать, на пикник!
– крикнула Александра.
– Никуда не поеду, - заявила Катерина.
– Сегодня воскресенье, хочу отоспаться.
– Отоспитесь на природе, - заявил Гога.
– Я взял надувные матрацы.
– Так надо же собираться, - сопротивлялась Катерина.
– Я ничего не купила.
– Все куплено, - заявил Гога.
– Машина у подъезда.
Еще окончательно не проснувшись, Катерина и Александра вышли из дому и увидели у подъезда "Победу".
– Вы еще и владелец?
– спросила Александра.
– Пополам с приятелем. Он ездит, я ремонтирую.
– Ей наверно, больше лет, чем мне?
– предположила Александра.
– Если бы так, то она была бы просто юной и прекрасной. Она почти моя ровесница.
На загородном шоссе Гога увеличил скорость. Воскресные водители не торопились, и "Победа" начала обходить "Жигули" и "Волги". Некоторых владельцев это возмущало, и они тут же обгоняли "Победу" снова. Но подолгу держать высокую скорость они не рисковали, и Гога их настигал.
– Далеко едем?
– поинтересовалась Катерина.
– Вы хорошо поработали за неделю, - заявил Гога.
– Расслабьтесь получайте удовольствие, никаких мыслей, вопросов и сомнений, Можете спать, петь песни.
– Давайте песни, - завопила Александра и первая затянула:
"Калинка, калинка, калинка моя,
В саду ягода малинка, малинка моя..."
Гога подхватил. Катерина стряхнула остатки сна и тоже подхватила.
Неслась по шоссе старенькая "Победа" а потоке ярких приземистых, сверкающих лаком и никелем "Жигулей", и неслась из "Победы" разудалая песня.
У Гоги были свои заветные места. Они остановились в лесу на берегу речки. Гога вынул из багажника стол, складные стулья, мангал и начал нанизывать на шампуры заранее заготовленное мясо.
– Мать, у него масса достоинств, - заявила Александра.
– Во-первых, водит машину, часть забот снимается сразу, запасливый, этого нам тоже очень не хватает.
– Это еще не все, - пообещал Гога.
– Еще я играю на гармошке, гитаре, балалайке, хожу на руках, играю в преферанс и морской бой.
– Этого вполне достаточно, - сказала Катерина.
– Прелесть-то какая, вздохнула она.
Их обступили уже начинающие желтеть деревья, внизу синим полотнищем извивалась река, было тихо и спокойно.
После обеда они лежали на надувных матрацах, подставив лицо и тело солнцу, последнему горячему осеннему солнцу.
– Гога, - сказала Катерина, - я должна тебя предупредить. Я не та, за которую ты меня принимаешь.
– Конечно, не та, - согласился Гога, - Ты лучше.
– Я серьезно, - сказала Катерина.
– Она серьезно, - подхватила Александра.
– Она не из фабрики-прачечной, она крупный...
– ...руководитель промышленности, - подхватил Гога.
– Да, - серьезно сказала Катерина.
– Она еще и депутат, конечно, - сказал Гога.
– Да, - подтвердила Катерина,
– Туда-сюда ездит по заграницам. И только вчера вернулась из Парижа.
– Не вчера, - сказала Катерина, - а две недели назад.
– Не будем мелочиться, - сказал Гога, - День, неделя плюс-минус - не имеет никакого значения.
– Я это серьезно, - сказала Катерина.
– Я тоже - сказал Гога.
– Ты - серьезная женщина, я - серьезный мужчина.
– Гога, вы молодец, - И довольная Александра захлопала в ладоши.
Вечером они возвращались в Москву,
– Гога, - начала Александра.
– Наша соседка, уезжая в отпуск, оставила машину на ремонт и просила ее забрать. Вы поможете?
– Когда забирать-сегодня, завтра?
– спросил Гога.
– Прекрати, - предупредила Катерина.
– Можно завтра, - сказала Александра.
– Ладно, тогда завтра, - согласился Гога.
Они подъехали к дому. Во дворе на лавочке сидел молодой человек, очень высокий и очень худой. По тому, как он поднялся увидев их, Гога все помял сразу.
– Твой?
– спросил он Александру.
– Мой - подтвердила Александра.
– Мам, мы погуляет, не много.
– До одиннадцати, - предупредила Катерина.
– Само собой, - согласилась Александра.
Гога и Катерина поднялись в квартиру.
– Поговорим, - предложила Катерина.
– Поговорим, - согласился Гога и бросился к телевизору.
– Извини, наши играют с канадцами.
И Гогу уже больше ничего не интересовало, кроме игры.
Катерина встретилась с молодым человеком, который присутствовал на совещании НИИ и комбината, в кафе.
– Витя, почему вы промолчали на совещании?
– спросила она, когда принесли кофе.
Пока молодой человек обдумывал, что ему ответить, Катерина стремительно перешла в наступление.
– Витя, хотите перейти а СКВ нашего объединения? Мы тут же откроем вашу тему.
– Вы откроете, а Павлов закроет, - мрачно заключил молодой человек.
– А вы не переоцениваете его возможности?
– спросила Катерина.
– Скорее, недооцениваете вы, - так же мрачно заключил молодой человек.
– У него, как говорят сейчас, рука - большая и лохматая.
– Где?
– спросила Катерина.
– У самого министра. Это все знают,
– А министр об этом знает?
– спросила Катерина.
Молодой человек недоуменно пожал плечами.
– А вы думаете, кто-нибудь войдет к министру и спросит у него: это правда, что вы поддерживаете Павлова?
– А почему бы нет?
– спросила Катерина.
– Я, пожалуй, зайду и спрошу.
– Вы это серьезно?
– Молодого меловека это явно заинтересовало.
– Абсолютно, - заверила Катерина, вставая.
– Подумайте о нашем предложении. Вам будет интереснее, И зарплата больше.