Москва слезам не верит
Шрифт:
Катерина просматривала свой блокнот. Одета она была в старенький, но вполне приличный костюм, специально для работы на даче. Костюм ей стал чуть тесноват, из него выпирали колени, бедра, грудь.
На остановке в вагон вошел мужчина в парусиновой распахнутой куртке, в застиранных джинсах.
– Здравствуйте, - сказал он.
Пассажиры подняли головы и промолчали. Ответила одна старушка:
– Здравствуй.
Ей было скучно, и она, наверное, не прочь была поговорить, но она не заинтересовала мужчину. А остальные женщины мужчиной не заинтересовались.
Интеллигентная девушка в очках читала иностранную газету, она мельком взглянула на вошедшего и снова зашелестела многостраничной газетой. Для нее вошедший был простоват.
Женщина под пятьдесят осмотрела его и отвернулась к окну. Мужчина для нее был слишком молод, ему было около сорока. Катерина отложила блокнот, осмотрела вошедшего внимательно, скорее, по своей привычке всматриваться в людей и запоминать их. Вошедший выделил ее из пассажиров и остановился рядом.
– Не помешаю?
– спросил он.
– Нет, - ответила Катерина. Она опустила глаза и увидела, что на мужчине нечищенные ботинки.
– Я сам терпеть не могу грязной обуви, - сказал вдруг мужчина.
– Мне нет никакого дела до вашей обуви.
– Катерина была намерена прекратить разговор.
– Разумеется, - подтвердил мужчина.
– Но вам это неприятно.
– С чего вы взяли?
– спросила Катерина.
– У вас все это на лице написано,
– А вы читаете по лицам?
– Да, как вы сами в этом убедились. Если хотите, могу почитать и дальше.
– Попробуйте, - согласилась Катерина и улыбнулась. Этот человек ее забавлял.
– Вы не замужем, - продолжил мужчина.
– Это уже дешевый финт, - запротестовала Катерина.
– Почему?
– спросил мужчина.
– Если я не ношу обручального кольца, это еще ничего не значит.
– Даже если бы вы носили обручальное кольцо, вы все равно не замужем. У вас взгляд незамужней женщины.
– А разве незамужние женщины смотрят как-то по-особенному? удивилась Катерина.
– Конечно, - подтвердил мужчина.
– Они смотрят оценивающе. А так смотрят только милиционеры, руководящие работники и незамужние женщины.
– А если я руководящий работник?
– спросила Катерина.
– Нет, - сказал мужчина.
– Вы работница, может быть, мастер. Вас выдают руки. Я в этом ничего зазорного не вижу. Я сам электросварщик, правда, высшего класса. И то, что вы не замужем, а этом тоже ничего предосудительного нет. Я сам не женат.
– А вот это говорит скорее о ваших недостатках, чем о достоинствах.
– Это ни о чем не говорит, - возразил мужчина.
– Мне лично просто не повезло.
– Она, конечно, была стерва, - сказала Катерина.
– Нет, она была прекрасным человеком. Теперь она уже снова вышла замуж и счастлива.
– Значит, вы плохой человек?
– спросила Катерина.
– И я прекрасный человек.
– Мужчина рассмеялся, - Вы знаете, у меня почти нет недостатков.
– А это?
– Катерина щелкнула себя по воротничку кофточки.
– Это я люблю.
– Мужчина рассмеялся.
– Но только вне работы и под хорошую закуску. Я живу на проспекте Вернадского. Недалеко Воронцовские пруды. Это прекрасно - сесть под березой...
– А вокруг гуляют дети, - вставила Катерина.
– Ни в коем случае, - заверил мужчина.
– Мы выбираем места подальше от детей.
– Да и взрослым на это смотреть не очень приятно, - поморщилась Катерина.
– Ничего не вижу в этом плохого, - не согласился мужчина.
– Никаких бутылок и банок мы не оставляем. Просто это наше место. Я вас как-нибудь свезу туда. Мы там собираемся раз в неделю. У меня есть приятель. Он язвенник. Ему нельзя. Так он просто приходит посмотреть и порадоваться за нас. Селедочка иваси, малосольные огурчики, черный хлеб, посыпанный солью...
– Черт возьми, - сказала Катерина.
– Вы так вкусно рассказываете, что мне самой захотелось и хлеба с солью и огурчика.
– Молодец, - похвалил мужчина.
– Ты нашего профсоюза.
– А мы, по-моему, на "ты" еще не переходили.
– Так перейдем, - пообещал мужчина.
Они вышли из поезда вместе.
– Пожалуй, я тебя отвезу на такси, - сказал мужчина.
– С чего бы это?
– спросила Катерина,
– Ты всегда задаешь столько вопросов? С чего, почему, зачем? А просто так. Могу я отвезти понравившуюся мне женщину?! У меня есть пять рублей.
– До моего дома хватит, а обратно нет, - сказала Катерина.
– Ты всегда все считаешь?
– Всегда, - ответила Катерина.
– А как тебя зовут?
– спросил мужчина.
– Катериной. А тебя?
– Гога.
– Значит, Гога.
– И Катерина вздохнула.
– Только этого мне не хватало.
Ровно без десяти восемь директор капролактанового комбината Тихомирова миновала проходную и направилась в цех. Установка по-прежнему не работала.
В НИИХИМПРОМе шло совещание. Присутствовали ученые и представители комбината во главе с Катериной. За председательским местом сидел директор института Павлов.
Свое выступление заканчивала Катерина.
– Выводы следующие, - говорила Катерина.
– Комбинат отказывается от установки, думаю, что и другие предприятия последуют нашему примеру. Кроме того, мы будем ставить вопрос о компетентности руководства института.
– К счастью, это не в вашей компетенции, - возразил Катерине Павлов.
– Ну почему же?
– Катерина улыбнулась.
– Это как раз в моей компетенции как члена Совета директоров. И на первом же заседании Совета я этот вопрос поставлю.
– Катерина собрала документы и пошла к двери.
За нею двинулись представители комбината.
– Катерина Александровна, - недоумевая, спросил Павлов.
– Вы куда?
– Мне надоела эта болтовня. До свидания.
И представители комбината под предводительством Катерины покинули совещание.
В универсаме Катерина достала из сумочки две большие капроновые авоськи и начала набирать продукты: сыр, колбасу, рыбу, соки, пачку сахара, пакет с конфетами, пельмени. Она, не задумываясь, швыряла в авоську все, что было по пути: кефир, молоко, масло, а под конец взяла пакет с картошкой, который уже не вмещался ни в одну из сумок. С пакетом под мышкой она двинулась к кассам.