Чтение онлайн

– Да я могу…

– Я вижу

Возле дома культуры, на удивление спокойно, для такого происшествия. Всё будто в штатном режиме. Народ тусуется возле входа. Но половина у окон засела. Представление же.

– Чёт, не очень похоже, - озвучиваю вслух свои наблюдения.

– Да сам не пойму, - жмёт плечами участковый, снова утирая пот с лица.

– Пошли, - киваю на вход.

Внутри в большом зале играет музыка, какая-то русская попса.

Коляна замечаю в углу. Сидит за единственным здесь столом, перед ним початая бутылка водки, какая-то закуска. Рядом ещё парочка закадычных алкашей, дружбанов его.

Киваю на троицу.

– Кто заложники-то?

За плечом сопит участковый, тоже прифигел от увиденного, видимо, данные поменялись.

– Да вон Терентьев с Кругловым. Им угрожал обрезом, требования выдвигал… - по мере того как рапортует участковый, он и сам понимает, что его развели.

– Вот козлы, - в сердцах сплёвывает он, но вспоминает, что не на улице и старательно затирает кроссовкой плевок.

– Ладно, пойдём, - вздыхаю и иду к троице.

Коля фокусирует на мне взгляд и ловко вскакивает для пьянчуги в угаре, выхватывает из-под стола обрез и наводит на своих дружков.

– Не подходи, Женёк, - сипло орёт сорванным голосом, поправляя другой рукой съехавший на глаза голубой берет.

Дружки его и вовсе не реагируют, вообще не отдупляя походу, что они так-то заложники.

– Ты чего творишь?

– Климов, - выглядывает Илья Федотович, - перестань уже. Иди домой.

– Всех положу, - орёт лужёной глоткой Коля, пытаясь рвануть на груди одной рукой грязную тельняшку.

– Коля, ты бы сам лёг, и обрез убрал, пока не поздно, - спокойно говорю, хотя внутри натягивается таким неприятным предчувствием, что произведёт какая-то хуйня, потому как Коля в той стадии, что даже я, бессилен с ним договорится.

– Милли… лли…он баксов мне, у меня залож…ни…ки, - качаясь, продолжает гнуть свою линию и тыкает в одного из своих собутыльников стволом обреза. Тот, видимо, уже в хорошем каматозе, ему и обрез не нужен, он от толчка лёгкого валится на пол.

Коля, узрев, что друг его бездыханной кучей свалился к столу, зенки раскрыл, на лице пробежала вся вселенская скорбь.

Он стиснул берет, вжал его в лицо и взвыл.

– Димон! Как же так? Я не хотел! – протянул к нам руки, забыв, что обрез держать надо, если ты миллион баксов и вертолёт требуешь.

Оружие шмякнулось на пол и ожидаемо выстрелило. Ну вот, я прям как знал.

Илья Фёдорович, честь ему и хвала, попытался меня прикрыть, но куда там.

От грохота немного заложило уши, но вроде никто не пострадал.

Я огляделся.

Народ в окна смотреть не перестал, а в стене образовалась небольшая дыра.

Колян, по-моему, заснул, припав к своему другу.

Террорист, ёпт!

Мы с участковым только выдохнуть успеваем, как раздаются крики.

– Бабы дерутся!

– Блядь, что за обострение, - ворчу я. – Давай в этот раз без меня, - реагирую тут же на взгляд умоляющий, стража порядка.

– Ну ладно, тебе, Жень…

– Пошли, - закатываю глаза, про себя продумывая план покупки дома в тайге где-нибудь. Чтобы только лес и никого рядом, хотя можно Машу прихватить на перевоспитание.

Мысли о строптивой заразе скрасили испорченное настроение, но лишь до того момента, пока мы не дошли с участковым до супермаркета, где и развернулся батл.

– Ну, тут сам бог велел, Жень, тебе самому разбираться, - хитро усмехнулся он, выталкивая меня вперёд в образовавшейся толпе. – Твои же бабы.

Я офигивая глядел, как Нинка с Машкой таскают друг друга за волосы, вереща и шипя, и дом в тайге, уже не кажется такой сумасшедшей идеей.

– Слушай, ну наконец-то, я уж думала, тебя там коровы сожрали! – фырчит из своей части экрана Алка.

– Алла, ты же образованная женщина, - закатываю глаза, стараясь светить в экран строго левой половиной лица, потому что на правой, по всей скуле у меня синяк. – Коровы травоядные, так-то.

– Ой, да знаю, - отмахивается она, и шумно выдохнув, на несколько секунд, пропадает из поля зрения. Даже на разговор с подругой не может прервать свою йогу.

– Ну как ты там, Марусь? – подаёт голос Люда, сделав глоток кофе из большой кружки в другой части экрана.

– Да, нормально, - жму плечами и оглядываюсь.

Дело в том, что сеть ловит только за домом у соседа, и я тишком пробралась сюда, пока Женя в машине копается, чтобы созвониться с подругами. Сижу в засаде, в тенёчке, на грядках с картошкой. Аккуратненько, чтобы не потоптать ботву, и не наследить.

Не хочу ни о чём просить эту глыбу волосатую. Бабник! Тьфу!

Всё же первое впечатление самое верное.

Невоспитанный гадский медведь.

И бабы его под стать ему.

Какая-то гопница тощая. Напала на меня, вцепилась в волосы, давай орать, что я чужих мужиков увожу.

Ну, я и ответила.

Тоже ей повыдирала космы, и половину физиономии расцарапала.

Меня ещё папа в детстве учил, что надо уметь давать сдачи. И поэтому я растерялась только в первый момент, а потом злость от боли и обида за слова резкие взяли вверх.

Вообще, в драках я участвовала всего два раза за жизнь.

Первый раз это была одноклассница, которая меня долгое время изводила насмешками, и я не выдержав, врезала ей рюкзаком по башке. За неё заступилась её подруга, и пошло-поехало. Дошло до того, что в школу вызвали родителей и обвинили во всём меня. Оправдаться у меня не получилось, и до окончания школы стояла на учёте как хулиганка. Родители были в шоке, их умница и отличница Машенька избила двух девочек. И ничего, что самой Машеньке тоже не хило прилетело в ответ. Единственный плюс, одноклассница эта отстала от меня. Да и вообще я приобрела репутацию человека, умеющего за себя, постоять.

Второй раз, случился вчера, в возрасте двадцати семи лет, я не поделила одного гадского мужика с его тощей бабенцией. Ну как, не поделила. Я и не собиралась делить и выяснять что-то с этой Ниной, и Женю послала понятно, всё ему разъяснив.

Не то чтобы я прониклась им настолько, чтобы как наивная дура решить, что одна у такого медвежины умелого. Но как-то понадеялась, что если он ко мне подкатывает, то на данный момент одинок.

Хотя…

Вот его нисколько не смутило наличие у меня мужа, и как он выразился ему по хрен. Может, он подобного ждал и от меня. Но если бы у нас с Лёшиком всё было отлично, я никогда бы не позарилась на этого медведя.