Чтение онлайн

Вместо ответа он разгладил на покрывале то самое, измученное крепкой мужской хваткой письмо, а затем принялся читать:

— Его поцелуи опускались ниже, настолько низко, что от этого перехватило дыхание, а по телу разлилась приятная дрожь… — почти шепотом прочел он.

Я поднялась на локтях, не понимая, зачем муж читает мне отрывок из женского романа. А он улыбнулся и продолжил:

— Когда ты приедешь… — произнес он, и мои глаза округлились. — Мне бы хотелось понять, о чём рассуждала Эльза. И как простые поцелуи могут сделать такое с её телом… и зачем пальцы…

Фабиан пропускал целые части текста, а мои уши предательски краснели.

Кажется, порой я писала ему совсем не о пикниках.

Я не верила, что бывший друг когда-либо увидит эти письма, а потому частично они заменяли мне собеседника. Того, кто будет слушать и не станет осуждать.

Одно время Изабелла передавала совсем не невинные книги. Прежде чем я узнала, что и как происходит за закрытой дверью спальни, я записывала все возникающие вопросы. Сначала записывала, а затем, встречая в книге, задавала их « призраку» Фабиана, которому привыкла писать.

Теперь « призрак» стал вполне реальным и нашёл то, о чём я совершенно забыла.

— Это просто юношеские глупости, — прошептала я и попыталась сползти с кровати.

Муж не позволил: почти запрыгнул на неё и наклонился к моему лицу.

— Встречу отменили. От скуки я решил перечитать письмо, которое по привычке утром сунул в карман, и найти похожее место в Саванне, — низким, вибрирующим голосом произнёс он, прожигая меня взглядом. — Я дошёл до сорок второй страницы, Анжелика. Там, где ты во всех подробностях описываешь, что переживала Эльза и насколько ловким оказался её садовник.

Я почувствовала, как лицо заливает густая краска.

— Фай, это… просто глупые фантазии. Ты вообще не должен был это читать. Точнее, я забыла, что вообще писала нечто подобное, — неуверенно пробормотала я.

Он отрицательно покачал головой, наклонился ещё ниже, обдавая меня жаром, и позволил ощутить то, что скрывали брюки.

— О, нет, это не глупости, жена. Это подробная инструкция к соблазнению, — он поймал мои запястья, фиксируя их над головой. — Пришлось отменить все дела после обеда. Представив, как именно ты будешь стонать, я не могу думать ни о каких контрактах. Начнём с того, как садовник медленно расшнуровывает платье Эльзы, игнорируя её слабые протесты…

Сопротивляться было бессмысленно, да и не хотелось.

Наши страстные ночи стали единственным, что позволяло ощутить себя живыми в этом сонном городе.

В отличие от Атланты, полной жизни, интриг и сплетен, Саванна напоминала старую матрону. Редкие пикники, на которых все вялым тоном обсуждают шляпки и моду, которая уже вышла из моды.

Приёмы с почтенными аристократами, готовыми дремать прямо за столом.

После постоянного напряжения это место оказалось слишком скучным. Или я уже отвыкла от того, что можно жить, а не бороться за репутацию и бояться не удержать маску.

Хопкинсы, Свон, шпионы в доме — всё это окончательно растворилось в лучах южного солнца, заливающего нашу спальню.

В Саванне действительно началась новая жизнь, но одно осталось неизменным: наши страстные ночи и тот самый вопрос, который муж продолжал задавать каждый вечер.

— Как мне любить тебя этой ночью, Анжелика?

Сегодня меня не спрашивали, меня соблазняли.

Медленно, уверенно, по всем правилам неприличного романа.

Сначала Фабиан расшнуровал платье, затем принялся снимать бельё. И делал это с видом строгого капитана: наблюдая, изучая, выжидая.

— Фабиан, ты издеваешься, — стонала я, когда он снова остановился и выжидающе посмотрел, будто вспоминая, что было написано в письме.

— Ещё рано, Анжелика. Сначала мои губы должны найти ту самую точку на твоём животе, от которой кровь превратится в жидкий огонь, — с лукавой улыбкой произнёс этот негодяй, явно издеваясь.

Он повторял всё в точности так, как было написано в книге. А моё тело изнывало и пылало одновременно.

Удовольствие, смешанное с пыткой.

Такой наша близость была впервые.

Тягучей, сладостной, неспешной и почти мучительно обжигающей. Даже яркая вспышка, которая неизменно накрывала нас обоих, в этот раз длилась дольше, а потом Фай скатился на бок и притянул меня в объятия.

— Вот теперь ты всё знаешь, моя любопытная жена. А я, кажется, понял, какие письма искать в коробке, — самодовольно произнёс он.

Спустя час, когда дыхание наконец выровнялось, а Фай лениво перебирал мои волосы, я потянулась к тумбочке за другим письмом, которое пришло утром.

— Кстати, о письмах. Изабелла прислала весточку из Бостона, — я протянула ему плотный конверт из тяжелой хлопковой бумаги.

На её гладкой, почти сияющей поверхности красовался фамильный герб, а текст был выбит в лучших традициях старой аристократии. Буквы приглашения отчетливо ощущались под пальцами — бостонская элита не изменяла своим привычкам.

Муж приподнял бровь, нехотя возвращаясь в реальный мир.

— Они с Франклином приглашают нас на крестины через два месяца. С моих писем Белла сделала вывод, что Саванна превращает нас в статуи, и намерена вернуть меня к жизни, пока я не начала носить чепчик.

— Чепчик? — Фабиан усмехнулся, притягивая меня ближе. — Что ж, тебе пойдет даже чепчик, если помимо него на тебе больше ничего не будет. А по поводу статуй… пусть завидуют. Им с Франклином близость и уж тем более с такими стонами точно не светит, пока младенец не окрепнет, — явно ехидничая, произнес он.

Однако из ответа супруга я так и не поняла, поедем мы в Бостон или нет.

Неужели снова придётся придумывать отговорку, чтобы отказать?

— Так что мне ответить? — тихо спросила я, рисуя пальцем круги на его обнаженной груди.

— За два месяца я улажу все дела. Поедем так надолго, пока тебе самой не надоест детский плач и не захочется тишины. А если ты отыщешь ещё пару таких писем, я согласен на путешествие по всему северу и даже за океан, — поглаживая меня по голове, прошептал Фай.

Я невольно прижалась ближе, пряча лицо в изгибе его шеи.

Будущее больше не пугало — оно пахло солью океана, новыми городами и свободой, которую он обещал мне подарить. Тихий рокот его голоса и размеренный стук сердца убаюкивали лучше любой сонной настойки.