Чтение онлайн

Фоном всегда включен телевизор — обычно без звука: ему кажется, что так он может просто впитывать атмосферу происходящего. Это информационное чревоугодие продолжается глубоко за полночь — и в будни, и в выходные. Бесконечные домыслы. Все срочные новости. Неумолчный гул экспертов, льющийся в глаза и уши.

Разве это не верный способ сойти с ума?

Что ж, это обычный день Дональда Трампа: рацион из стряпни кабельных халтурщиков, кликбейтных блогов и постов в соцсетях вместо прямых брифингов с сотрудниками разведслужб и экспертами. Он пренебрегает книгами по истории и лидерству, зато держит специального помощника, который обязан каждый день приносить распечатки хвалебных статей о нем, чтобы поднимать ему настроение. Друзья и подхалимы выходят в эфир в надежде, что он их увидит, — выступая, по сути, для аудитории, состоящей из одного-единственного зрителя [182] .

Когда врач президента Кеннеди узнал, что тот принимает крайне мощные и опасные препараты для лечения своих многочисленных недугов, он пришел в ужас. «Человеку, держащему палец на красной кнопке, нельзя глотать подобную дрянь», — заявил доктор.

Советники Трампа придерживаются того же мнения о медиадиете босса. «Как вы думаете, во что превратился бы ваш мозг, если бы вы так жили?» — спросил однажды у репортера главный стратег президента, говоря о «работе с документами» [183] Трампа. Все в Белом доме знают, что на самом деле это долгие часы «хейт-вотчинга» — просмотра материалов, вызывающих негативную реакцию. Его умоляли проводить время с женой или детьми, но Трамп предпочитает посвящать утра (и вечера) тому, что не раз называл величайшим изобретением в истории человечества: TiVo [184] .

Но если отбросить явные зависимости, каждый лидер — как и обычные люди, пытающиеся понять устройство мира, — сталкивается с определенной версией одной и той же проблемы. Какую информацию мы впускаем в себя? Перед какой захлопываем дверь? Как оставаться в курсе происходящего, не захлебываясь в отвлекающем шуме?

Как важно, чем мы питаем тело, так же важно и то, чем мы кормим — или не кормим — разум.

Президенты Соединенных Штатов сталкиваются с этой проблемой острее всего. Каждый из них, в зависимости от характера, сгибался под грузом того, что необходимо знать, и того, что можно узнать. Один из помощников Джимми Картера полагал, что «главной проблемой Картера на посту президента была его готовность читать что угодно». Он с сожалением вспоминал случай, когда Картер засел за 350-страничный меморандум по мелкому налоговому вопросу. Президент возвращал документы с исправленными опечатками. Кого-нибудь такой поступок, возможно, и восхитит, но для столь занятого человека это непозволительная трата времени. «Нам не стоило нагружать его этим, — вспоминал помощник, — но и ему не следовало это читать».

Даже полезным можно пресытиться — будь то еда или факты.

В таком же положении находимся все мы. У нас больше информации, чем мы в состоянии использовать. Наша задача — понять, как фильтровать и усваивать ее, как действовать на основе того, что истинно и важно. Когда сосредоточиться, а когда отсечь лишнее.

Эффективные лидеры умеют это делать. Для президента Соединенных Штатов информацию сжимают в сводку — «Ежедневное президентское резюме»: как правило, это три страницы сверхсекретных сведений о международных событиях; как следует из названия, эти разведывательные данные предоставляют ежедневно, сопровождая устными пояснениями и обобщениями. Лучшие президенты слушают внимательно, задают вопросы, а затем применяют эту информацию для повседневных решений.

Трампа никогда не интересовал доступ к лучшим разведывательным данным. «Зачем мне слушать одно и то же, одними и теми же словами, каждый день восемь лет подряд?» — заявил он во время своей первой кампании. Этот потребитель новостей не спешил входить в курс дела и после победы в 2016 году. Другие избранные президенты начинают получать ежедневные резюме за несколько месяцев до инаугурации, понимая, что эта тяжелая работа требует быстрого и глубокого погружения. А вот избранный президент Трамп за десять недель переходного периода получил всего четырнадцать таких сводок.

Казалось, его давняя неприязнь к школе и замашки хулигана, для которого слово «профессор» — это ругательство, выплеснулись в обиде на само требование быть внимательным. Он быстро попросил сократить резюме и подавать их устно в форме нарратива, чтобы они больше походили на новости, которые он смотрит по телевизору. Но даже с этими поправками Трампа вряд ли можно назвать старательным учеником.

«Он к нему прикоснулся, — сказал первый сотрудник ЦРУ, предоставлявший президенту резюме, когда его спросили, прочел ли Трамп документ. — На самом деле он вообще ничего не читает».

Как правило, Трамп лишь пролистывал документ — который сам по себе был выжимкой из сведений, часто добытых потом (а то и кровью) разведчиков и информаторов ценой колоссальных усилий, — и его внимание лишь изредка привлекали графики и картинки. Он любил списки по пунктам. Говорил больше, чем слушал, так что, по словам одного наблюдателя, «из часового обсуждения на реальный разбор разведывательной информации могло приходиться минут восемь-девять». Но даже этому экспертному мнению приходилось соперничать с последним собеседником Трампа: президент, как выразился один советник, опросит сорок девять человек и остановится на пятидесятом… если ему понравится ответ.

Глупец слышит лишь то, что хочет слышать.

Возможно, поэтому Трамп был отчасти прав, когда жаловался прессе, что его не предупредили о нарастающей угрозе новой коронавирусной инфекции. Хотя на самом деле зимой 2020 года об этом упоминалось десятки раз. Докладчики излагали ему факты. Рассказывали, что думают ученые. Они привели лошадь к водопою, но она отказалась пить [185] .

Алгоритмы манипулируют каждым из нас. Все мы пролистываем то, что не нравится, и предпочитаем простое сложному. Человеку свойственно выбирать развлечение, а не информацию. Вокруг каждого из нас рано или поздно смыкается информационный пузырь.

Мы все обманываем себя. Мы все потребляем слишком много мусора.

Просто для некоторых из нас последствия оказываются более ощутимыми.

Илон Маск прошел путь от чтения руководств по ракетостроению до маниакального обновления ленты «Твиттера», от следования науке до подкастов и вирусных видеороликов. По мере ухудшения его информационного рациона деградировало и его ментальное состояние: блестящий, оригинальный мыслитель внезапно стал вестись на чушь в духе мемов о «галактическом мозге». От первых принципов он скатился к решению вопросов с помощью опросов в «Твиттере».

Он критиковал медиадиету других людей, заявляя, что люди, которые «узнают новости от традиционного ТВ, живут в вымышленной реальности». Они с Трампом — жертвы одного недуга: оба подсели на форматы, по своей сути противоположные мудрости. Маск может позволить себе ежедневное резюме, не уступающее сводкам самых могущественных глав государств, и все же он предпочитает сидеть на игле собственной ленты, полной троллей и «экспертов».

Даже у обычного человека сегодня есть доступ к информации, о которой императоры могли только мечтать. Это настоящая власть, но, как всегда, власть развращает, дезориентирует и отвлекает. У нас больше информации, чем могло привидеться императорам в самых смелых мечтах. Но и дезинформации на нас обрушивается столько, сколько им не могло привидеться в самых страшных кошмарах.

Аудио. Видео. Текст. Все несется на нас с непостижимой скоростью.

Требуются дисциплина и мудрость, чтобы грамотно управлять информационной диетой, чтобы стать разборчивым фильтром для входящего потока.

Шопенгауэр говорил об избегании низкопробного чтива: «Искусство не читать весьма важно» [186] . Важно не то, сколько вы знаете, а то, знаете ли вы нужное. Важно не просто читать, а что и как читать. «Не стремись знать все, — напоминал себе Демокрит в V веке до нашей эры, — чтобы не стать во всем невеждой».