Чтение онлайн

– Зачем? С ней всё в порядке.

– Да? Ты доставал коробочку из правого кармана левой рукой.

– Это просто…

– Покажи вторую руку.

– Я не…

– Покажи! – рывком поднявшись с койки, парень заглянул за спасительный стул и, увидев промелькнувшие в воздухе повязки, разбито поник, – Чёрт!.. – Джаспер отстранился и запустил пальцы в волосы, – Чёрт!..

Добавить было нечего. Он опять это сделал. Он опять навредил дорогому человеку. Навредил серьёзно, и теперь, как бы Джаспер ни хотел всё исправить, он вновь оказался абсолютно бессилен.

– Покажи, – курсант осторожно прикоснулся к напарнику и поднял его руку, – Не надо прятать.

Толстая варежка из бинтов, образуя некое подобие колыбели, педантично оберегала повреждённую конечность. И с такой медсестрой спорить было напрасно. О её объективной правоте напоминала каждая вспышка заточенной боли, каждый искусственно приобретённый рефлекс. Не давая Милошу право выбора, повязка предъявляла курсанту одни лишь запреты и, отныне корректируя под себя его жизнь, холодно бросала в плену ситуации. Без масок, без запасных выходов, без туза в рукаве, и убедить кого-то в ином положении дел было, увы, невозможно. Едва дотрагиваясь до шершавой материи, Джаспер попытался ослабить узлы на запястье.

– Не надо, – парень деликатно отстранился от друга, – Её наложили пару часов назад, и я не хотел бы ничего менять.

– Очень больно?

– Скорее всего. Мне дали препарат, – Милош посмотрел на бинт так, словно под ним находилось что-то инородное, – Сейчас ладонь как бы спит.

– Я буду завязывать тебе шнурки…

– Обойдёшься.

– И застёгивать пуговицы…

– Мне это не нужно.

– Но…

– Я в порядке.

– Нет, не в порядке. Не в порядке! – присев на постель, Джаспер опёрся о колени локтями, – Я же… – его голос дрогнул, – Я же покалечил тебя… Может ты выздоровеешь через месяц, а может на это потребуется год, а может ты вообще никогда не поправишься! Ты хоть немного представляешь, как это опасно? Как опасно выключать меня таким способом? Ты же можешь остаться без руки, не справиться с болевым шоком, впасть в кому или задохнуться тяжёлыми парами, я же… – курсант запнулся и, словно боясь произнести очевидное, шёпотом добавил, – Я же убью тебя… Достаточно, – бросил Джаспер, – Это не должно продолжаться. Это больше не должно продолжаться, я не желаю твоей помощи настолько высокой ценой.

– Но сам ты пока не справляешься.

– Я знаю! Знаю… – стиснув кулаки, парень нахмурился, – Но есть же ещё вариант. Он не нравится ни тебе, ни инструкторам, я помню, но тот препарат… Он действительно работает. Его составили специально для меня и, если принимать эту жидкость постоянно, побочные эффекты не будут проявляться так ярко. Прекрати постоянно быть на моей стороне. Я виноват во всех своих приступах. Только я. И только я… Ты меня слышишь? – Джаспер посмотрел в лицо собеседнику, – Только я обязан отвечать за последствия.

– Глупый, – наклонившись к напарнику вместе со стулом, Милош прижался ко лбу Джаспера собственным лбом, – Как я могу позволить тебе добровольно травиться?

– Лучше это, чем причинять тебе вред. Сколько уже было ожогов? Десятки? – курсант закрыл глаза и, желая передать Милошу все свои чувства, на мгновение замер в их особом единении, – Нет ни одного слова, ни одного действия, которым я мог бы всё это загладить.

– Я не виню тебя.

– Зато я справляюсь за двоих, – Джаспер прикоснулся к подбородку любимого, – Я понимаю тебя, правда. Если бы наши способности были зеркальны, я бы позволял тебе делать со мной всё, что только вздумается. Совершенно всё… – Милош улыбнулся, – Но ты не умеешь заботиться о себе.

– Не стоит меня опекать.

– Разве? А вот и нет, ты не обойдёшься без няни. Ты растратишь себя на поддержание спокойной обстановки в академии и исчезнешь. Как облако. И поэтому ты обязан к кому-то прислушиваться. Поэтому кто-то должен тебе запрещать. Запрещать быть собой, запрещать откладывать себя на потом, запрещать думать о других, как о более важных, ведь тебе не нужно заслуживать здесь какое-то особое место, мышонок… Забота о себе – это не вид преступления.

– Сюда кто-то идёт…

– Уходишь от темы? Я ничего не слышал.

– Я не вру, просто ты невнимательный, – будто растягивая последние мгновения, Милош ещё теснее прижался к любимому, – Не понимаю, как люди умудряются так раскованно себя вести, так естественно… Просто брать и делать. Наверное, во мне что-то отсутствует… Какой-то важный вид лёгкости или наглости, который отвечает за жизнеспособность…

– Как дела, светлячок!

– Ой, кажется мы не вовремя, – в дверях общей палаты застыла вторая волна посетителей, – Ну… мы пойдём?

– Стойте, – ударив ножками стула по полу, Милош уступил пациента друзьям, – Мне всё равно уже пора. Надо забрать лекарство, – пояснил он напарнику и, не сумев спрятать покрасневшие щёки, протиснулся в коридор.

– До завтра… – произнёс Джаспер, – И никакой я вам не светлячок! – эмоции парня, сделав резкое сальто назад, грубо вонзились в ухмылки товарищей, – Задница у меня не светится.

– Ещё как светится, – Нэри обогнул сердитого курсанта и, не спрашивая у того разрешения, с ногами забрался на больничную койку, – Винни, скажи, что, когда наш Джаспер начинает гореть, у него светится не только задница.

– Безусловно. К тому же, это стихийное бедствие затрагивает и ближайшие населённые пункты, – заглянув в прикроватную тумбочку, Винни заметил, – А что, гостинцев нет?

– Ну вы же их не принесли, – Джаспер выдернул из-под Нэри подушку.

– Фу, какой ты злобный, – Ант поставил стул как положенно и, слегка поддёрнув белые брюки, занял освободившееся место, – Принести гостинцы все могут, а вот съесть их за тебя…

– Заткнись, – пациент невольно улыбнулся.

– Сам заткнись, – ответил Ант и осмотрелся – А тут ничего так… Даже симпатично…

***

В комнате отдыха, плохо маскируя общую подавленность, звучала приглушённая нейтральная музыка. Равномерно растекаясь по пространству, она словно бы играла только для предметов и, не в силах затронуть сердца одноклассников, уплывала сквозь открытое окно в усталое небо. Дора расчесала кудрявые волосы и, присев на пуфик перед трюмо, смешала в пиале красящий крем и белёсую жидкость.

– Ты обновляла цвет три дня назад, – произнёс Нэш, повиснув на спинке полукруглого дивана, – Неужели тебе надоел кислотно-розовый?

– Нет, он вполне интересный, – девушка набрала немного массы на кисточку и, вытянув прядь, густо покрыла её голубоватой субстанцией.

– Тогда зачем ты опять воняешь тут аммиаком?

– Затем… – взяв с дамского столика полоску фольги, Дора аккуратно обернула ей локон, – …чтобы добавить в свой образ немного разнообразия, а если тебе не нравится запах, можешь перебраться поближе к окну. К тому же, аммиака в моей краске нет.

– А вдруг меня продует? – проворчал Нэш, но собрав журналы по робототехнике, всё-таки пересел, – И вообще, ты правда веришь, что твой предыдущий стиль успел нам всем примелькаться?