Чтение онлайн

– «Банда Рока», – медленно прочитал Клифф. – Эй, так это же мы!

– И зачем они нам нужны? – спросил Глод. – Мы и так знаем, кто мы есть.

– Раскрутка, – объяснил Достабль. – Верь мне. – Он вставил в рот коричневый цилиндр и поджег кончик.

– Оденете их сегодня ночью. Нашел ли я вам ангажемент!

– Нашел? – спросил Бадди.

– Я же и говорю!

– Нет, ты спрашиваешь, – сказал Глод. – Откуда же нам знать?

– А есть у них ливрейное сбоку? – спросил Клифф.

Достабль начал сначала.

– Это большое место, у вас будет великолепная публика! И вы получите… – он взглянул на их доверчивые, открытые лица. – Вы получите десятку сверх ставки Гильдии, что скажете?

Лицо Глода расплылось в широкой улыбке.

– Что, каждый? – спросил он.

Достабль бросил на него еще один оценивающий взгляд.

– О, нет, – сказал он. – Все по честному. Десятка на всех. Будьте реалистами. Вам надо засветиться.

– Опять это слово, – заметил Клифф. – Музыкантская Гильдия возьмет нас за горло.

– Там – нет, – сказал Достабль. – Гарантирую.

– Так где же это, наконец? – спросил Глод.

– Что, готовы услышать?

Они захлопали на него глазами. Он затянулся и выпустил клуб вонючего дыма.

– «Каверна»!

Бит продолжался…

Конечно, обязаны были возникнуть кое-какие мутации.

Гортлик и Хаммерджаг были сочинителями песен и полноправными членами Гильдии. Они писали гномьи песни на все случаи жизни. Кое-кто может сказать, что не так уж и трудно сочинять песни для гномов, если вы знаете, как пишется слово «золото», но это немного циничное мнение. Многие гномьи песни[26] действительно строятся на «золоте, золоте, золоте», но тут все дело в интонировании; у гномов есть тысячи слов для обозначения золота, но они пользуются ими только в крайних случаях – например, когда им случается видеть золото, которое им не принадлежит.

У них была маленькая контора на Аллее Жестяной Крышки; они сидели по обе стороны от наковальни и сочиняли популярные песни.

– Горт?

– А?

– Что ты скажешь насчет этого?

Хаммерджаг прочистил горло.

– Скупой и торф,

Скупой и торф,

Скупой и торф и

Скупой и торф и

Мы с дружком

Придем к тебе, а

Наши шляпы

На затылках

Сидят так у

грожающе!

Йо!

Гортлик задумчиво пожевал кончик своего композиторского молота.

– Хороший ритм, – сказал он. – Но слова требуют доработки.

– Ты хочешь сказать – маловато «золота, золота, золота»?

– Да. Как ты думаешь назвать это?

– Э-э… кхм… к… крот-музыка.

– Почему крот-музыка?

Хаммерджаг выглядел озадаченным.

– Трудно сказать, – признался он. – Просто эта идея была у меня в мозгу, и все.

Гортлик потряс головой. Гномы дотошная раса и всегда до всего докапываются. Они знают, что им нравится.

– В хорошей музыке должны быть отнорки, – заметил он. – Ты ничего не добьешься, если не будет отнорков.

– Успокойтесь, успокойтесь, – повторял Достабль. – Это самая большая улица в Анк-Морпорке – вот почему. И я не вижу, в чем проблема…

– «Каверна»? – завопил Глод. – Тролль Хризопраз держит ее, вот в чем!

– Говорят, он крестный отец в Брекчии, – сказал Клифф.

– Ну-ну. Этого никто не смог доказать.

– Только потому, что трудно что-то доказать, если в голове у тебя продолбят дырку и засунут в нее твои же ноги.

– Кроме того, что он тролль, нет никаких оснований для предубеждений, – сказал Достабль.

– Я сам тролль! Могу я быть предубежден против троллей? Он паршивый пласт в материнской жиле! Говорят, когда они нашли шайку Де Бриса, ни у кого из них не осталось ни одного зуба.

– Что такое Каверна? – спросил Бадди.

– Клуб троллей, – объяснил Клифф. – Говорят…

– Все будет хорошо. Чего вы разволновались? – спросил Достабль.

– А вдобавок это еще и игорный дом![27]

– Зато Гильдия туда и не сунется, – сказал Достабль. – Если им жизнь дорога.

– Мне тоже дорога жизнь! – заорал Глод. – Я и жив-то до сих пор только поэтому! И поэтому же не шляюсь по тролльим притонам!

– В «Барабане» в вас швыряли топоры, – резонно возразил Достабль.

– Но только для смеху. Не прицельно.

– В любом случае. Там собираются только тролли и чертовски глупые молодые люди, которые думают, что у них хватит ловкости выпить в тролльем баре, – сказал Клифф. – Публики там нет.

Достабль постучал себя по носу.

– Вы, главное, играйте, – сказал он. – А публика у вас будет. Это моя работа.

– У них там недостаточно большие двери, чтобы я мог войти, – отрезал Глод.

– Да там огромные двери, – сказал Достабль.

– Они будут недостаточно большими для меня, потому что если ты попытаешься втащить меня внутрь, тебе придется заодно втащить и всю мостовую, в которую я вцеплюсь.

– Ну же, будь разумнее…

– Нет! – крикнул Глод. – И я кричу это за всех троих!

Гитара заскулила.

Бадди вытянул ее из-за спины и взял пару аккордов. Казалось, это ее успокоило.

– Я думаю… э-э-э… похоже, ей эта идея нравится, – сказал он.

– О, ей нравится идея, – сказал Глод, слегка остывая. – Отлично. А ты знаешь, что делают с гномами, которые ходят в Каверну?

– Это вряд ли хуже того, что сделает с нами Гильдия, если мы будем играть где-то еще, а нам нужны деньги, – сказал Бадди. – Так что мы должны играть.

Они стояли, молча глядя друг на друга.

– Что вам сейчас необходимо, ребята, – сказал Достабль, выпуская кольцо дыма. – Так это найти какое-нибудь тихое, спокойное местечко. Немного отдыха.

– Чертовски верно, – согласился Клифф. – Никогда не думал, что придется таскать на себе эти камни целый день.

Достабль поднял палец.

– Ага! – сказал он. – Об этом я тоже подумал. Я всегда себе говорю: ты не должен растрачивать свои дарования, таская всякое барахло! Я нанял тебе помощника. Очень дешево, всего-то доллар в день. Я изымаю его прямо из твоего заработка, так что не беспокойся об этом. Познакомься: Асфальт.

– Кто?

– Т' я, – сказал один из достаблевых пакетов. Он слегка развернулся и оказался не совсем пакетом, а чем-то раздробленным… чем-то вроде подвижной кучки… У Бадди заслезились глаза. Он выглядел как тролль, за исключением того, что был ниже гнома. Но не меньше гнома: то, чего ему не хватало в высоте, он с лихвой компенсировал шириной и – раз уж зашла речь – запахом.