Чтение онлайн

Она приподнялась, долго и бережно водя пальцами по моей груди, животу, потом медленно провела ими по внутренней поверхности бёдер и прикоснулась к набухшему члену, едва не вызвав семяизвержения.

– Ты очень возбуждён… А говоришь – остался прежним. Столько раз за одну ночь – ни у кого бы сил не хватило!

Она опять поцеловала мое ухо и скользнула вниз, к ногам. Ната подсунула одну руку под мои ягодицы, а другой бережно взяла член возле основания, сомкнув на нём пальцы. Некоторое время она просто водила головкой по всему своему лицу, прикасаясь ею то глаз, то щек. Всё чаще и чаще она стала водить ею по своим влажным, жарким губам, и у меня начало мутиться в голове. Я чувствовал, что больше не могу сдерживаться – одних ее прикосновений мне было чем достаточно, чтобы кончить… Она не стала задерживаться, видя моё перенапряжение и, несколько раз ухватив член обеими ладонями, совершила быстрые движения по нему вверх и вниз. Я излился мгновенно, залив ей руки и себя самого. Меня охватило блаженное состояние от расслабления, отступила напряжение в пояснице, обычно сопутствующее этому акту… и, где-то в глубине, червоточинкой мелькнула мысль – всё произошло не совсем так, как должно было быть. Тем не менее, слегка успокоившись, я привлёк Нату к себе и долгим, затяжным поцелуем сковал ей губы.

– Тебе хорошо?

– Да. Спасибо, милая моя…

Она медленно покачала головой:

– Хочешь, я расскажу тебе, о чём ты думаешь?

– О тебе. Но, если хочешь – расскажи!

Она лукаво улыбнулась:

– Ты думаешь о том, что твоя девочка обвела тебя, как мальчишку, так?

– Не понял…

– Не притворяйся. Всё ты понял. Но, по-другому, просто бы не получилось – ты совсем не мог себя контролировать. И я не хотела тебя сдерживать… И знаешь, почему? – она, тихо смеясь, снова меня поцеловала Потому что теперь ты получишь то, что я обещала! А говорю я тебе это затем, чтобы ты быстрее пришёл в себя – зная, что тебя ожидает!

– Натка! Солнышко!

– Да, да! Вот такая у тебя испорченная девчонка в постели! Пока не сделаю этого – не вздумай даже глаз сомкнуть! Спать я тебе не дам!

Я просто прижал её к себе. Состояние недавнего умиротворения, словно по мановению волшебства, начало сменяться предчувствием нового блаженства… Ната вывернулась из под меня и уселась мне на живот, её груди нависли над моими губами, чем я не преминул воспользоваться. Ната часто и прерывисто задышала, отдавшись моим ласкам. Она подставляла мне то одну грудь, то другую, иногда прерывая это занятие поцелуями. Постепенно и я и она снова пришли в раж, и я опять ощутил в себе силы. Ната спустилась с меня на пол, встав на колени. Я присел было перед ней, на край постели, сжимая её лицо в своих ладонях, но она опять заставила меня откинуться на спину. Я прикрыл глаза, ожидая её, не заставивших себя ждать, ласк. Ната вновь проделала с членом ту прелюдию, которая прошлый раз привела меня в исступление, но теперь я уже мог сдерживаться, ожидая большего. Она нежно прикоснулась к головке губами, потом ещё и ещё раз, и постепенно, по миллиметру, не прекращая трогать его язычком, слегка взяла его в себя. Потом отпустила и повторила всё вновь. Так продолжалось некоторое время, и с каждым разом, она всё глубже втягивала его в себя. Не позволив мне взорваться, она освободила член и начала обдувать его своим дыханием, давая мне возможность успокоиться. Добившись нужного результата, она слегка изменила свои действия – теперь Ната, не забирая член ртом, только облизывала языком уздечку, иногда отвлекаясь на то, чтобы очень и очень бережно, попеременно, заглотнуть яички. У меня всё плыло перед глазами… Было такое ощущение, словно уже всё закончилось – и мгновенно начиналось заново! Ната опять стала целовать головку члена, вбирая его в себя. Она положила свои ладони мне на бёдра, ничем не ограничивая мои непроизвольные устремления погрузиться в неё как можно глубже. В какой-то момент мне показалось, что от моих порывов она может задохнуться, и я отпрянул назад. Но Ната, прижавшись к моим ногам, опять взяла инициативу в свои руки. Она всё чаще и всё глубже насаживала себя, почти дотрагиваясь губами до корня моего отростка, так, что я чувствовал, как касаюсь головкой стенок ее горла. Это было неописуемо! Сдерживаться больше не было сил – я застонал…

Ната на мгновение оторвалась от меня и тихо произнесла:

– Ну что ты, родной мой… Не мучай себя… Кончай, не бойся… Я хочу этого… хочу тебя всего. Полностью…

Она вновь приняла мой член, и через несколько секунд у меня все поплыло перед глазами… Я извергся в неё, как мне казалось, нескончаемым могучим потоком бурлящей лавы… При каждом движении её узкое горло так плотно обхватывало ствол члена, так нежны и настойчивы были эти касания – мне в затуманенном разуме чудилось что я весь таю и вхожу в неё и растворяясь там. Наверное, я кричал от блаженства… Ната ни на секунду не отрывалась от меня, и я потерял способность что-либо соображать… Она жадно целовала мой член, собирая капли моей силы и промокнув все салфеткой, выгибаясь и мурлыча как кошка, прилегла рядом, подложив под голову мою руку.

Мы не произносили больше ни слова. По её счастливой, умиротворённой улыбке, по чуть дрожащим перебирающим мои волосы пальцам, по наступившей у неё истоме, я догадался, что доставленное мне блаженство, она разделила вместе со мной… И, возможно, оно было не меньшим, чем если бы я брал ее обычным способом. Или, сам, лаская ее лоно… Это открытие ещё больше наполнило меня нежностью к лежавшей возле меня девушке. Я осыпал её поцелуями, что-то шептал бессвязно и повторяясь бессчётное количество раз. Ната, видя до чего меня довела, сама с подозрительно заблестевшими глазами, уткнулась лицом в мою шею.

– Я так боялась…

– Все было прекрасно!

– Боялась, что не получится… Что я в последний миг вспомню тех…

– Не надо! – я закрыл ей рот, сразу прижав к себе Всё было просто прекрасно! Так хорошо мне не было никогда! Спасибо тебе, солнышко!

По её вздрагивающим плечам, я догадался, что она плачет, приглушённо всхлипывая и роняя слезы мне на лицо. Спазмы скрутили меня самого, и, еле удерживаясь от проявления такой же слабости, я с силой прикусил себе губы, так прижав к себе девушку, что она вскрикнула от боли.

– Ната! Наточка! Не надо, родная моя! Не надо, хорошая! Забудь об этом, навсегда забудь! Нет ничего между нами! Только ты имеешь для меня значение, а больше я ничего не хочу знать! Есть только мы с тобой, ты и я! И я… Я люблю тебя! Люблю!

Я усыпал её поцелуями, снимая губами, солёные капли с ресниц, гладил по вьющимся волосам, проводил ладонью по узким лопаткам… Ната затихла, доверчиво прижавшись ко мне, как ребенок прижимается к матери… Я уже подумал, что она, наконец-то, уснула, но девушка неожиданно тихо произнесла:

– Вымотала я тебя сегодня… Но мне хотелось, чтобы ты взял меня всюду. Чтобы стать твоей полностью… Ты не сердишься?

– О такой женщине… девушке можно только мечтать. И я благодарен небу за то, что оно дало мне тебя!

– Я того не стою… Ты так все воспринял… Неужели ты не испытывал такого раньше?

– Почти нет. Вернее – точно, что нет. Не стоит даже вспоминать. Мне никто этого не давал.

– Даже?. она запнулась Значит, я смогла все сделать правильно… Вот ты и убедился в том, кто я есть.

– Наточка…

– Молчи, хороший мой, молчи… Я с ума по тебе схожу – так ты меня приручил! Так мало было у меня хорошего в прошлом, такая дикая безысходность… А потом еще и этот кошмар, машина с трупами и мешками… Я бы сдохла там, на острове, так и не узнав, что счастье было так близко! И мне больно, очень больно…

У меня хлынули слезы из глаз. Меня самого начало трясти, и я, отпустив ее, сжал кулаки до хруста, стараясь не выпустить рвущийся наружу крик…

Ната, увидев что натворила, быстро прижалась ко мне, целуя мои глаза…

– Прости меня! За все обиды, какие я тебе нанесла! За твои слезы! Ничего больше не хочу я от жизни, только бы ты всегда был со мной…

Больше она ничего не произнесла – только так и осталась лежать на моей груди, как на самом безопасном месте, во всей вселенной…

– Дар! Дар!

Ната вбежала в подвал и кинулась ко мне. Я все еще нежился в постели, совершенно не желая вставать, после почти бессонной ночи…

– Что случилось?

– Весна! Весна началась!

Я недоуменно посмотрел на девушку.

– Весна? Но так она уже недели четыре тому назад началась, если не раньше…

– Это – по твоему календарю, на стенке нарисованному! А настоящая – сегодня! Да вставай же, соня! Выйди на улицу – там так тепло, что загорать можно! А ты все лежишь…

Я ухмыльнулся.

– Ну, кое-кто, мог бы и не упрекать… Не ты ли мне всю ночь спать не давала?

– Это ты мне спать не давал! – возмущенно парировала Ната А еще прикидываешься, невинной овечкой! А ну вставай, лежебока несчастный!