Чтение онлайн

– Стой!

Я скорее рявкнул, чем нормально произнес это слово. Ната еще больше попятилась назад. А в следующую секунду раздался грохот – и будто само небо упало вместе с ним на землю!

Ната широко раскрыла рот, но я ничего не слышал, оглохнув от этого неимоверного раската! Она нелепо взмахнула руками и вдруг, покачнувшись, стала падать вниз – с откоса в реку. Угар, сбив меня с ног, одним прыжком оказался на краю и, клацнув зубами, успел ухватить девушку за ремни мешка. Она уже скрылась за обрывом, а пес, упираясь лапами и скользя вслед за ней, пытался удержать их обоих от падения. Я кинулся к ним, одновременно выхватывая из-за плеча топор. Одной рукой я схватил собаку за заднюю лапу, а второй вбил топор в землю – это было единственное, что еще можно было придумать в эти секунды! Слишком большой вес собаки не давал мне возможности вытащить их наверх – я мог только сдерживать их падение, скользя рукой по топорищу. Я не смог удержать их, лапа собаки выскользнула из моей руки. Угар сразу съехал еще на полметра ниже. Он продолжал удерживать Нату за ремни, но и сам, через мгновение, упал вместе с ней в реку. Я закричал, позабыв о том, что при таком грохоте никто не может меня услышать, и, ни секунды не колеблясь, прыгнул вслед за ними. Ледяная вода на миг ошеломила меня. Я судорожно бил руками, пытаясь вынырнуть на поверхность и, наконец, увидел перед собой черный бок собаки. Угар продолжал держать Нату, не выпуская ремней из пасти. Я схватился за его шерсть, придерживая одной рукой спадавший мешок. Нас несло течением, ударяя о попавшие в водовороты коряги и бревна. Одно такое оказалось совсем близко – я ухватился за него, подтягивая к себе собаку вместе с девушкой. Борьба с волнами продолжалась около нескольких минут – за это время нас отнесло от места падения на пару сотен метров. Неожиданно Угар, до того придерживающийся лапами за ствол, сильно оттолкнулся…

– Куда?

Угар плыл в сторону берега, унося с собой Нату. Из-за сильной волны я не мог их видеть и терялся в мыслях, не зная что предпринять. Через минуту Угар вернулся – уже без Наты.

– Угар!

Я обезумел – где девушка? Пес рванул меня зубами за ремень и оторвал от бревна, за которое я продолжал держаться. Он плыл, широко загребая лапами, и тащил меня за собой. Я не мог даже помочь ему, захлебываясь от попадающей в рот воды. Пес вырвался на скользкий берег и уронил меня рядом с Натой…

Отдышавшись, я бросился к ней. Девушка была без сознания – при падении она ударилась головой. Рядом с нами, всего в нескольких метрах, в кустарник ударила молния! Запахло жженым, по телу пронеслась холодная волна – мы были на совершенно открытом пространстве и следующая молния могла попасть прямо в нас! Я поднял Нату на руки, бросив ее поклажу собаке.

– За мной! – я не сомневался, что умный пес догадается, что от него требуется. Молнии с неба стали сыпаться, как град – одна за другой. Каждый удар грома сопровождался огненной вспышкой, и было не понятно, почему до сих пор не начался дождь. Одна молния врезалась в откос, на котором мы только что находились – и часть его, отколовшись от остального холма, стала с грохотом сползать вниз, в беснующуюся реку. Нам нужно было немедленно где-то укрыться! Угар потянул меня за собой – он обнаружил чью-то нору. В этот миг я даже не подумал, что там может оказаться кто-либо, кто не захочет делиться с нами своим убежищем. Я швырнул в отверстие мешки, затем вполз сам и протащил следом девушку. Угар замыкал наш отряд, закрыв собой сразу весь проход. Ната не приходила в себя, я положил ее голову на свои колени. Холод, усталость, нервное напряжение – все сказалось сразу. Я прикрыл глаза, желая хоть немного отдохнуть, и не заметил, как уснул…

– Дар… Дар?

Моя рука потянулась к ножу. Ната, быстро прижав меня к земле, прошептала:

– Я тебя теперь на расстоянии будить буду!

Она укоризненно улыбнулась – Я опомнился…

– Прости, солнышко…

– А что случилось? Почему так темно? Дар, я помню, что падала в воду? Где мы?

– Не долетела ,я искал фляжку, так как у меня зуб на зуб не попадал.. А мы с Угаром, как истинные герои, прыгнули следом…

Она с сомнением посмотрела на собаку, потом на меня и покачала головой.

– Нет… там же высоко! Я помню!

– Угар успел тебя схватить, – я старался унять дрожь, которую выстукивали мои зубы А потом я поймал его за лапу. Не романтично, но действенно. Правда, пришлось искупаться, так как я вас не удержал. Мы выбрались и нашли вот эту дыру. А в ней мы потому, что наверху идет такой обстрел, что черту…

– Обстрел?

– Молнии, Ната. Без всяких шуток.

– Бедняга…- она положила мне ладонь на лоб По моему, давно уже все тихо.

Она пошарила рукой в мешке и протянула мне фляжку.

– Пей!

Ната только охнула, видя, какие глотки я делаю…

– Все, все! Хватит! Тут два стакана!

– Да? А я – ни в глазу…

Коньяк или растирания Наты, но через несколько минут моя дрожь стала утихать. Ната выглянула наверх – гром еще продолжался, но молнии больше не сверкали. Зато начался долгожданный дождь. Идти в такую погоду было бы неразумно.

– Останемся здесь…

Только ближе к ночи дождь стал стихать, и мы увидели, что небо немного прояснилось. Это уже была настоящая ночь – с просвечивающими сквозь остатки туч, звездами… Промокшие, продрогшие, усталые и измученные мы встали возле норы, наблюдая за ночным небом. Все переменилось – сама земля поменяла свой облик, создав новые реки и горы, взамен исчезнувших. Но звезды – они остались прежними. Тускло сияющие в непостижимых далях, они равнодушно смотрели на нас сверху вниз… Где-то, в стороне от вершин виднеющихся теперь скал, притулилась луна – мы уже забыли, как она выглядит! А теперь, будто слегка размытая по хмурому, ночному небу, она отражала свет, падающий на эту степь, позволяя увидеть очень отчетливо настороженность пса, впервые в жизни видевшего это явление, и широко раскрытые глаза Наты…

– Жизнь возвращается, Ната!

Ната прильнула ко мне и уже сама повторила:

– Да… Жизнь возвращается. Но есть ли в ней место для нас?

Я не отвечал ей, надолго задумавшись о том, что пришлось нам преодолеть для того, чтобы стоять сейчас вот так, на берегу полноводной реки, наблюдая за звездным небом.

– Есть. И, как мне кажется – не только для нас.

Мы обнялись и уже вместе, не сговариваясь, стали смотреть в сторону юга, откуда неслись стремительные волны… Там, где вдалеке смыкались в темноте скалы и воды Синей реки, нас ожидал ответ на пока еще не выясненный вопрос – есть ли там те, к кому мы стремились и кого столько искали… Есть ли там такие же, как мы – живые, не превратившиеся в зверей, не потерявшие надежды и человеческого облика – есть ли там Люди? И узнать это, мы могли, только продолжив наш поход…

Наше путешествие продолжалось. Потратив еще несколько часов, мы вышли на берег реки, к тому месту, где она делала очередной зигзаг, и, на этот раз, он был направлен на юго-запад. Следуя вдоль береговой линии, мы прошагали полдня и остановились перед самыми скалами – те подходили чуть ли не вплотную к воде. И я и Ната одновременно посмотрели друг на друга – наше невысказанное желание сбылось! Между пенящимися водами Синей реки и этими каменными исполинами был проход около ста метров. А значит – за непреодолимой стеной скал нас ожидают новые земли. Мы вновь переглянулись – все, что мы разведали до этого, было нам хоть немного знакомо и, в какой-то мере, предвидено… Там, за проходом – начиналась новая земля! Что мы могли там увидеть, кого встретить? От каких новых врагов предстояло обороняться и на кого охотиться? И… есть ли там те, кого мы уже отчаялись увидеть?

Ната посмотрела на меня.

– Ты взволнован…

– Ты тоже.

Она провела ладонью по моей щеке.

– Решайся, муж мой…

Я улыбнулся девушке, притянув ее к себе.

– Это так странно и так же приятно – слышать это от тебя. Ну, что ж, пусть так и будет! Вперед!

Через несколько часов, миновав проход между скалами и рекой, мы вышли на пологую равнину и, продолжая идти вдоль берега, приблизились к цепи высоких холмов, которыми была густо усеяна эта сторона побережья. Угар, опередивший нас при подъеме на вершину одного из них, остановился и стал поджидать, пока мы, нагруженные поклажей и оружием, не встанем рядом с ним.

… Мы заворожено смотрели вдаль. Отсюда, с вершины высокого холма, на который мы поднялись, открывался хороший обзор, позволяя увидеть обширные пространства земли.

Прямо перед нами простиралась необозримая долина. Где-то вдалеке, на востоке, поблёскивала тонкой неровной полоской, серебристая речка. Много правее нее, долина упиралась в тёмные возвышенности – возможно, еще более высокие холмы, чем те, на которых мы находились. Одним краем они уходили и пропадали на юго-востоке, сливаясь своими очертаниями с еще более мрачными громадами – скорее всего, началом далекой и мощной цепи гор. Другим, возможно, примыкали к теряющейся вдали Синей реке. Она, делая пару резких изгибов, сворачивала за холмами, на которых мы находились, и уходила к югу. Увидеть этого мы не могли – мешали другие холмы, примыкавшие к реке и скрывающие от нас всю южную часть долины. Я оглянулся назад – берег, вдоль которого мы шли, прятался за скалами на севере, в покинутом нами городе. Отсюда, он, оставленный нами в начале нашего пути, был уже не виден, представляя собой лишь едва заметные верхушки бесконечных холмов, словно утонувших в туманной дымке. Где-то там было наше убежище… Мы словно находились на краю мира, потерявшего привычные для нас краски и цвета: и луга впереди, и степи – позади наших спин, и даже сопки – всё сливалось в однотонное, мрачное пятно, с очень отчётливо прорезающими его изменениями рельефа. Видимость была прекрасной, хотя, вместо синего неба, у нас над головами продолжала висеть белесая пелена. Откуда-то подул ветер, и сразу стало зябко. Он принёс с собой стылый запах ледяной воды – ветер дул с юга, со стороны набегающих вод Синей… Мы видели, как по поверхности реки, пробегают барашки волн, как ветер срывает пенные верхушки и швыряет их вдаль. Там, внизу, по-видимому, дуло ещё сильнее, чем здесь.

Мы тронулись в путь. После внезапного появления солнца, после огненного шквала молний, превратившего степь в изрытое воронками поле, местность, в которую мы входили, показалась нам совершенно не той, к которой мы успели привыкнуть. Здесь так же рос кустарник, тянулась из земли трава, но, кроме этого, мы ощущали под ногами тепло, подобное тому, какое присутствовало на первых порах в нашем подвале. Словно мы шли по нагретой поверхности… Это чувствовалось даже на возвышениях – мы выбирали их сознательно, желая рассмотреть все сверху. Угар шел впереди, обгоняя нас на несколько десятков шагов. Он словно осознавал необходимость быть всегда перед нами в силу того, что его нюх и звериная ловкость, будут способны предупредить о внезапном нападении. После неоднократных столкновений и схваток, с самыми непредсказуемыми животными, мы не сомневались, что подобные встречи ждут нас и здесь. Мы шли по высокому бугру – берег на нашей стороне реки был намного выше, и этот подъем все время продолжался.