Чтение онлайн

— Да семъ-ка я ее провожу. Такъ ужъ она и будетъ знать, гд лавочка. Здсь три лавочки на деревн и только въ одной хлбъ хорошій, а въ другихъ-то норовятъ продать такой хлбъ, что твоя замазка — вотъ до чего сыръ.

Женщины улыбнулись.

— Лясы по дорог съ землячкой поточить хочешь? — отвтилъ кто-то.

— Ну, пусть его идетъ, пусть проводитъ, ршила Анфиса. — Иди, Андрей, иди. Кстати и гвоздей выберешь, какихъ нужно. А то гд-же двушк выбирать! Ничего она въ гвоздяхъ не смыслитъ. Принесетъ да не такихъ. Иди.

— Иди, иди! Заговаривай ей зубы-то!.. — крикнуло въ добавокъ нсколько голосовъ.

Арина застыдилась и закрыла глаза рукавомъ.

— Что это вы, двушки, говорите такое… — застнчиво сказала она.

— Иди, иди… — продолжали кричать женщины. — Рукавомъ закрывается, а сама рада.

— А вотъ не пойду, коли такъ…

И Арина, нахмурившись, остановилась.

— Полно, Ариша, или. Он шутятъ, сказала ей Анфиса. — Веди ее, парень, обратилась она къ Андрею.

Потоптавшись на мст, Арина потихоньку пошла. Андрей направился за ней слдомъ. Минуты три они шли молча. Наконецъ Андрей поровнялся съ ней и началъ:

— Кириллъ Терентьевъ изъ вашей деревни здсь недалече живетъ. Онъ въ Ижор, восемнадцать верстъ отсюда, на лсномъ двор въ вощикахъ.

— Да что ты! удивилась Арина.

— Вотъ товарищъ-то мой къ нему и пошелъ. Ждемъ письмеца изъ деревни. Уходили изъ дома, такъ просили, чтобъ ему писать, а онъ-бы ужъ намъ передалъ. Мы вотъ пріхали въ Питеръ изъ деревни на пятой недл поста и маемся гд день, гд ночь, а Кириллъ-то Терентьевъ все-таки на постоянномъ мст.

— И мы тоже съ вербной недли маемся гд день, гд ночь, отвчала Арина, — Рады ужъ очень, что сюда-то попали. Здсь, кажется, работы на долго хватитъ.

— До Петрова дня хватитъ — вотъ какъ!.. И даже дальше!

Вспоминая объ Акулин, Арина спросила Андрея, не знаетъ-ли онъ Акулины изъ Федосева, и сообщила ему о ея смерти въ больниц. Оказалось, что Андрей зналъ и Акулину. Оба пожалли о ней, при чемъ Андрей сообщилъ, что и одинъ изъ его товарищей, пріхавшій съ нимъ вмст изъ деревни и работавшій вмст въ Питер при расчистк рельсовъ конно-желзной дороги, тоже слегъ на Вербной недл въ больницу, но живъ-ли или померъ — неизвстно. Андрей назвалъ его по имени, но Арина его не знала.

Разговаривая такимъ образомъ, они дошли до села Ивановскаго. Когда они шли по селу, Андрей указывалъ Арин на дома и говорилъ:

— Вотъ это кабакъ… Вотъ здсь волостное правленіе и мировой тутъ судитъ… Вотъ тутъ становой живетъ… А вотъ и лавка… Вотъ здсь мы гвозди купимъ, а хлбъ покупать не будемъ. Хлбъ купимъ вонъ въ той лавк, которая подальше. Тамъ хлбъ лучше.

Въ лавк, гд Арина купила каравай хлба, Андрей спросилъ подсолнечныхъ зеренъ на дв копйки и, подавая ей тюрикъ, сказалъ:

— А вотъ это теб гостинчику для перваго знакомства. Кушайте…

— Ну, вотъ… Зачмъ это? Товарки увидятъ и опять смяться будутъ, — сказала Арина, отстраняя отъ себя тюрикъ.

— А пущай смются. Имъ-бы только зубоскалить.

— Нтъ, нтъ…

— Бери, бери, коли даютъ! Я отъ чистаго сердца.

Арина взяла подсолнечники и спрятала ихъ въ карманъ, а сама такъ и вспыхнула.

На обратномъ пути разговоръ былъ опять про земляковъ и про родныя деревни. Андрей взялъ отъ Арины каравай хлба и несъ его самъ на голов. Когда они приблизились къ тому мсту, гд были товарки Арины, Арина стала отнимать у Андрея каравай, но онъ не отдалъ его ей, а побжалъ впередъ и вручилъ старостих Анфис.

Демянскія женщины опять встртили Арину улыбочками.

— Да что это вы все сметесь! Онъ-же самъ отнялъ у меня каравай и понесъ, а не я ему передавала, сказала она полусердито, полузастнчиво.

Андрей, взявъ топоръ и гвозди, принялся мастерить изъ дровяныхъ плахъ козлы.

Вскор козлы были сдланы Андреемъ. Женщины хотли начать пилить дрова и положили уже изъ полнницы въ козлы плахи и круглые чурки девятки, но Андрей остановилъ ихъ.

— Чего-жъ вы чужія-то дрова пилить будете? Эти полнницы вашъ сосдъ, крестецкій мужикъ-съ женой и съ свояченицей изъ воды натаскали. А вы выберите мстечко для себя свободное, сами натаскайте изъ воды на берегъ полнницы дровъ, да ихъ и пилите, сказалъ онъ.

— Какъ? А эти разв нельзя пилить? удивились. женщины.

— Да вдь это чужая работа. Другіе таскали. Нешто они позволятъ вамъ пилить? Напилите, такъ они за вашу работу и деньги получатъ.

— Стало быть и новые шалаши придется строить? Вотъ теб разъ!.. съ сожалніемъ сказали женщины.

— Ну, это что за бда! Такой шалашъ сложить не каменный домъ построить. Сложимъ.

Женщины пошли искать свободное мсто подъ свое становище. Мсто было съ помощью Андрея найдено. Андрей зналъ дло и выбиралъ мсто повыше и ровное, избгая чтобы оно приходилось подъ покатостью берега, дабы во время дождей подъ шалаши не затекала вода. Женщины разулись и принялись таскать изъ воды длинныя дрова и укладывать ихъ въ полнницы на берегу, близь самой воды… При вытаскиваніи дровъ пришлось входить иногда въ воду по колно, а то и выше. Вода была холодна и ноги коченли. Намокшіе въ вод чурки и плахи были тяжелы и ихъ приходилось вытаскивать на берегъ двоимъ, троимъ. Голова и туловище потло, а ноги зябли. Дабы согрть ноги, женщины время отъ времени садились и выставляли ноги на солнце.

— Ну, теперь одн пилите дрова, а другія пусть таскаютъ ихъ, такъ по перемнк и будете работать, а то вы вс за одно дло принялись. Вдь пилъ у васъ все равно на всхъ не хватитъ, училъ Андрей.

— И то, и то, голубчикъ, подхватила Фекла. — Вотъ онъ умъ-то что значитъ! А мы-то дуры…

— Бывалый!… Знаемъ это дло-то, похвастался Андрей.

Женщины подлились, Козлы были перетащены на новое мсто и началась пилка вытащенныхъ изъ воды дровъ. Съ непривычки работа шла туго: при прикосновеніи къ дровамъ пилы соскакивали, пропиливъ себ ложе и въвшись въ дерево, он застревали и плохо двигались. Женщины надсажались, обливались потомъ, но дло не спорилось. Плахи и чурки, какъ на зло, были все толстые, вковаго лса.

— Легче, легче. — Чего вы надсажаетесь-то! Тутъ сноровка нужна, а не надсадка. Натягивайте другъ отъ дружки пилу и дло пойдетъ ровне, училъ Андрей и, отпихнувъ отъ Арины ея землячку Аграфену, схватился за аграфенинъ конецъ пилы и сталъ показывать женщинамъ, какъ надо пилить.

Къ полдню женщины нсколько понаторли въ пилк, но работа все-таки не такъ спорилась, какъ слдуетъ.

— Большую сноровку къ этому длу надо имть, говорилъ Андрей, кряхтя при раскалываніи топоромъ перепиленныхъ крупныхъ чурковъ и складывая напиленное и расколотое въ мрныя полнницы.