Чтение онлайн

Посмотрим на психоисторическое поле — тут у России нет серьезных позиций — социализм мы рассмотрели ранее, можно конечно попробовать сыграть на евангелизации Кореи, защите христиан Филиппин и идеях справедливости и коллективизма, но этого будет мало, да и что уникального в сравнении с той же Британией? Т. е. как дополнение можно поискать, но это не основа союза.

Для сдерживания данного панрегиона необходима глобальная проектность, идея, что будет на много поколений соединять столь непохожие культуры и народы. Как вариант, это может быть ноосферный коммунизм, но собранный воедино на основе православного социализма.

Война Ареса (вооруженная борьба) — тут традиционно мы много можем предложить и в первую очередь, именно то, что нужно странам региона — защиту от Китая. При этом если для проекта «СССР-2» большую роль играл ядерный зонтик, то здесь наше внимание практически полностью переключиться на Дальний Восток и ключевым станет ВМФ — в идеале Южно-Китайское море должно стать ЮжноРусским. Исходя из целей — защита, минимизации затрат, тактики гарантированного взаимного уничтожения и отечественных наработок, обоснованные для противостояния с другими морскими державами (на первом этапе видится развитие «убийц авианосцев» и подводного флота). Вопросы целесообразности развития авианосцев — следующий этап развития флота и решения внешнеполитических задач.

Что у нас сейчас есть:

? возможность сдерживания Китая после ухода США на перезагрузку гражданской войной;

? перспектива стать островом стабильности в распадающимся на панрегионы мире;

? потенциальная возможность и отсутствие жестких противоречий со стороны стран анти-Китая для вступления в политическую и экономическую зону России;

? возможность взять на себя роль арбитра среди не любящих друг друга стран и народов;

? территории, энергоресурсы и люди для формирования новой производственной базы (минимум 30-40 млн человек) сразу в шестом технологическом укладе.

Почему ядром может стать именно Россия, а не Япония, например? В период катаклизмов на первое место выходит военная сила и боевой дух, а Япония до сих пор оккупированная территория, да и историческая помять в регионе присутствует. Пойдет ли Япония к нам? Если не хочет стать внешним врагом для Китая, а она не хочет, то да. Остальные также не горят желанием поближе «познакомиться» с великоханьским шовинизмом.

Каким будет образ будущей России восточного выбора:

? геополитический соперник (не враг) Китая и военный защитник стран анти-Китая;

? регионы Дальний восток и Сибирь — новый экономический, финансовый и политический центр страны;

? сухопутный транспортный коридор Япония — Россия — Корея (Хоккайдо — Сахалин — Хабаровск — Владивосток — Сеул);

? рост транспортной связанности региона как внутри себя, так и с остальной Россией;

? один из трех крупнейших флотов мира, основная база ВМФ России расположена на Дальнем Востоке, лидер военного блока со странами «анти-Китай»;

? приграничные с Китаем области спланированы в формате «непотопляемых авианосцев» сразу в экономике шестого технологического уклада.

Чем интересна эта стратегия? У нее не было исторического прототипа, это может быть очень сильный сценарий и условия для поиска новых смыслов для России на несколько столетий.

Таким образом, суть дальневосточной стратегии развития России заключается в переносе внимания и развития в Тихоокеанский регион, геополитический центр мира в XIX в., формировании 30-40 млн агломераций сразу в шестом технологическом укладе и союзе со странами анти-Китая, замечательно дополняющими Россию в части технологий и объектов экономики.

Данную стратегию автор назвал «Царица морей» и ее сила в развитии морской компоненты, которая позволит России, традиционно являющейся империей суши (суша + сеть), стать геостратегическим игроком, способным вести противостояние во всех трех типах: вооруженная, торгово-экономическая и психо-историческия войны.

42.2. Риски восточного пути России

Основной риск восточного пути России — скатиться в стратегию «Новой Орды», т. е. в полную зависимость от Китая. Как этого избежать?

Стратегию страны должны определять люди, не мечтающие о союзе с кем-то конкретным, и четко понимающие, что есть лишь интересы России, а союзники могут предать и/или подставить. Нельзя чтобы стратегию в отношении Исламского мира определял религиозный мусульманин, а реализовывал — можно и нужно. На тактическом уровне он сможет лучше понять оппонента, найти общие моменты, компромиссы и сгладить противоречия.

Много лет нашу политику определяли люди, мечтающие дружить с западным миром, боготворящие его, результаты нам разгребать еще долгие годы, если не десятилетия.

Важно заранее получить согласие на союз Японии и Кореи — это работа для руководства страны, хотя в таком союзе должны в первую очередь быть заинтересованы эти страны. Если не понимают, то до них надо донести вероятность и перспективы «дружбы» с Китаем, и что кроме нас никто их не сможет / не захочет прикрыть.

Реализация восточной стратегии будет провоцировать сепаратизм европейской части России, попытки раскола по Уралу, рост внутренних противоречий «сухопутная»/«морская» держава. Полноценной морской державой России не стать — другой менталитет, но в современном мире это и не надо.

Рассмотрим противоречия в мире реализации «Царицы морей» (рис. 131), тут много интересного для нас: все морские нации и Китай — наши потенциальные противники. Британия становится прямым конкурентом и высока вероятность конфликта при возрождении «Новой Британской империи». Для них мы становимся прямым конкурентом и отказываемся от вассалитета их потенциальному партнеру — Китаю.

Есть еще один очень важный вопрос в долгосрочной перспективе — идеология и смыслы, что будет скреплять союз России и стран анти-Китая. Не развалится ли союз, как только ослабнет угроза со стороны Китая? К кому побегут наши «новые друзья»?

Чего в этом союзе не хватает? Общих позитивных психоисторических, смысловых конструкций (хотя бы на уровне регионального проекта). Как показывает история, долгосрочные союзы государств/народов нуждаются в общих интересах по всем трем направлениям противостояния — оборона, экономика, психоистория. Помимо этого, для устойчивости конструкции желательно наличие доминанты — ядра союза.

У нас нет позитивных объединяющих смыслов с Японией, Кореей, Вьетнамом и Филиппинами. Социалистическая идеология разбиралась отдельно, вопрос общей веры неоднозначен, единый закон — путь англосаксов, нравственный кодекс — смотри судьбу «Великой Ясы» и «Кодекса строителя коммунизма». В условиях современного мира все процессы пойдут много быстрее...