Чтение онлайн

Какая тонкая издевка над Генри, который после празднования сядет в самолет и улетит управлять своей компанией. Сомневаюсь, что кто-то еще это понял. А Генри?

Я смотрю на него и вижу, как он наблюдает за Джедом с нечитаемым выражением лица. Но эта легкая усмешка... Он улыбается. Почему?

Раздаются одобрительные возгласы, и Джед ухмыляется мне. Он обожает внимание. Именно такого всеобщего одобрения он и добивался.

Я ценю его помощь на ферме. Но, Боже, это значит, что он будет здесь каждый день, настойчиво пытаясь смягчить меня и вернуть обратно. Он видел меня с Генри. Видел, как я счастлива. Он что, слепой или просто бестолковый?

Или он видит что-то настолько очевидное, чего не замечаю я?

Преподобный забирает у него микрофон.

— Ладно, все угощайтесь и веселитесь!

Я тяжело вздыхаю.

— Это звучит невесело, — бормочет мой папа, достаточно тихо, чтобы слышала только я.

Я заставляю себя улыбнуться. Несмотря на это, улыбка получается натянутой.

— Помощь всегда пригодится. Наверное.

— Ну, не жди, что этот парень быстро сдастся. Он идиот, что сделал такое, и еще больший идиот, потому что не понимает, что у него нет шансов, пока твой парень здесь.

— Ты слышала, Эбигейл? — кричит мама, ее грузное тело покачивается с каждым шагом, когда она направляется к нам. — Джед ставит свою жизнь на паузу ради нас. Вот что делает настоящий семьянин. Он остается, когда в нем нуждаются.

Она не договаривает, но подразумевает, что он не садится в частный самолет и не летает по миру, отправляя работников разбираться с делами.

Мы с папой переглядываемся.

— О чем вы тут болтали? — Подозрительно прищуривается мама.

— О кукурузе, — отвечает папа.

— О сене, — одновременно с ним говорю я.

Я устраиваюсь на тюке сена, грубые концы соломы колются сквозь ткань платья.

— Этим балкам не меньше ста лет. Мой прадед рассказывал мне, как их поднимали с помощью блоков, когда ему было всего пять лет.

Как бы мне ни хотелось наброситься на Генри перед его отъездом, похоже, судьба распорядилась иначе. Разве что мы уедем куда-то на его грузовике, но я не могу этого сделать, пока гости не разошлись. Поэтому я решила провести ему экскурсию по ферме.

Я не уверена, насколько ему это интересно, но если я что-то и узнала о Генри, так это то, что он любит архитектуру.

Генри вдыхает вечный аромат сена, его взгляд скользит по стропилам примерно в пятидесяти футах над нами. Он выглядит так неуместно в этом старом амбаре, где теперь хранится оборудование, в его дорогих замшевых туфлях на земляном полу и разбросанной тут и там соломой.

— Вам нужна новая крыша.

Три зияющие дыры над нами подтверждают его слова.

— За последние десять лет ее сильно потрепало. По долине пронесся сильный ураган. Уничтожил много посевов и построек. Нам повезло, что ущерб ограничился этим.

Он подходит к маленькой мастерской, удивленно хмурясь.

— Что это такое?

— Щелок, глицерин, формы... кокосовое масло. Все, что мне нужно для приготовления мыла. Помнишь тот сад с травами, через который мы прошли? Он немного зарос, пока меня не было, но там я выращиваю все необходимое.

Сейчас там только кусты лаванды, шалфея и мяты.

Он берет лист с этикетками, которые я напечатала на домашнем принтере на прошлой неделе.

— Я подумывала о том, чтобы нанять кого-нибудь для создания более профессионального дизайна.

Я сделала их сама в Word с помощью Clip Art, что, конечно, заметно с первого взгляда.

— Скажи еще раз, что ты делаешь? Мыло и...

— Эфирные масла, увлажняющие кремы... Просто для удовольствия.

— Давно ты этим занимаешься?

— Несколько лет. Это всего лишь хобби, но мне нравится. Я немного на этом зарабатываю, но мне хватило, чтобы оплатить билет на Аляску.

— Важно иметь что-то свое. — Затем тихо добавляет: — Для меня — это Wolf Cove.

— Мне нравится, когда люди говорят, как хорошо их кожа чувствует себя после использования моих средств. Наверное, это звучит глупо.

Почему мне так неловко говорить с ним о своем маленьком бизнесе? Наверное, потому что мое кустарное производство мыла в углу амбара отца кажется таким нелепым на фоне его сети роскошных отелей.

Он еще какое-то время задумчиво смотрит на этикетку с непроницаемым выражением лица, прежде чем положить ее обратно на стол.

— Ты была занята.

— Старалась не сидеть без дела, пока застряла здесь.

Теперь, когда родители дома, мама наверняка завалит меня поручениями. А ночные видеозвонки с Генри... с этим покончено.

Неужели он начнет удовлетворять свои потребности с кем-то другим?

Его голубые глаза останавливаются на мне.

— Что ты будешь делать с этим местом, когда твой отец станет слишком стар?

Семь месяцев назад я бы сказала, что возьму управление на себя. Таков был план — выйти замуж за Джеда и управлять фермой.

Но сейчас...

— Не знаю. Наверное, зависит от обстоятельств.

— От каких?

От того, где будешь ты.

Но я боюсь сказать это. Он все еще в режиме «посмотрим, как пойдет», а я уже безумно влюблена и хочу провести с ним всю жизнь. Я не хочу отпугнуть его, сообщив, как сильно и быстро я влюбилась. Насколько я готова на все ради него.

— Я останусь здесь, пока папа не встанет на ноги, — говорю я вместо этого.

— Зачем? Кажется, Придурок хочет сам обо всем позаботиться.

Я закатываю глаза.

— Это было неожиданно, но моей семье нужна помощь, так что я не могу отказаться.

— Ты понимаешь, почему он это делает?

— Да. Он считает, что я недостаточно хороша, чтобы заинтересовать тебя надолго. Что я скоро тебе наскучу, и он будет рядом, чтобы подобрать осколки. Мама думает так же.

Может, они правы? Не слишком ли я ослеплена любовью, чтобы видеть правду?

Бровь Генри взлетает, будто он читает мои мысли, но ничего не говорит.

— Что?

— Не сомневайся во мне. Тебе не о чем беспокоиться.

Он говорит это так спокойно, так уверенно... Я прикусываю нижнюю губу, стараясь сдержать нервную улыбку.

— А что насчет учебы?

— Взяла академический отпуск до января. Если понадобится, продлю до следующего сентября.

— То есть ты привязана к этому месту и Чикаго на два года.

— По сути, да. — Неужели это слишком долго для тебя, Генри? — Я могу снова устроиться в Wolf Cove на следующее лето.