Чтение онлайн

На следующее утро она встала ещё раньше, чем обычно, плотно позавтракала и целый час потратила на подбор подходящего наряда — не из тех, которые оплатил мистер Рэтч, а из своего старого гардероба. Ей помогала недоумевающая Марта, изо всех сил старающаяся не задавать вопросов. Ровно в 12.00 Эмилия стояла у ворот, собранная и решительная, и ровно в 12.00 на дороге затормозил блестящий автомобиль Рэтчей с неулыбчивым водителем в шлеме и очках, закрывающих половину лица.

— Храни вас Бог, мисс Эмилия, — растерянно пробормотала Марта, провожающая свою хозяйку. Вид у Эмилии был такой, будто она собралась на войну.

Полчаса пути пронеслись незаметно: Эмилия слишком волновалась о предстоящем разговоре, чтобы обращать внимание на живописные окрестности, проносящиеся мимо с невообразимой скоростью, или о мелкой песчаной пыли, летящей ей прямо в лицо. Шофёр за время пути не издал ни единого звука, но даже если бы он пытался заговорить со своей пассажиркой, Эмилия его не услышала бы из-за шума ветра и мыслей в собственной голове. Относительная тишина — вокруг и в мыслях — установилась лишь тогда, когда автомобиль затормозил прямо у лестницы, ведущей в великолепное поместье Рэтчей, и шофёр, обогнув автомобиль сзади, открыл дверцу и помог девушке выйти.

У лестницы Эмилию никто не встретил, так что она поднялась наверх в одиночестве и сама постучала дверь. Ей открыл дворецкий, который, видимо, был предупреждён о её визите, так что ему ничего не пришлось объяснять. Дворецкий сразу позвал горничную, горничная сделала быстрый реверанс и повела Эмилию за собой в библиотеку — чтобы попасть туда, им пришлось преодолеть целую анфиладу великолепно обставленных комнат. Когда у Эмилии зарябило в глазах от роскоши и блеска, которые ей будто бы специально демонстрировали, её нелёгкий путь окончился за дубовой дверью последнего помещения в этой череде бессмысленных и шикарных комнат.

Библиотека выглядела… как библиотека: высокие шкафы, уходящие под потолок, заполненные бесчисленными томами книг. Эмилия почти не сомневалась, что всё это богатство принадлежит вовсе не Рэтчам, а настоящим хозяевам дома, которые сдавали его внаём: вряд ли сам мистер Рэтч или его равнодушная супруга, или даже шустрая Джессика, увлекались чтением.

Нынешний хозяин дома, видимо, приспособил библиотеку под свой рабочий кабинет. Мистер Рэтч сидел за столом и перебирал какие-то бумаги. При появлении Эмилии он встал — не слишком резво, но с достоинством.

— Мисс Лестер, какая приятная встреча, — произнёс он, благодушно и слегка настороженно улыбаясь.

— Добрый день, — вежливо поздоровалась Эмилия, — мне нужно с вами поговорить.

— Ну что вы так сразу, — мистер Рэтч вздохнул и, наклонившись, сгрёб документы в кучу, — чаю? Или, может быть, лимонад?

— Благодарю вас, я не отказалась бы от стакана воды, — честно ответила Эмилия, которая вначале не собиралась ничем угощаться, но теперь поняла, что вода ей жизненно необходима. Без возможности смочить горло вряд ли она сможет сказать мистеру Рэтчу всё то, что крутилось у неё в голове.

За те пять минут, которые потребовались горничной, чтобы принести воду Эмилии и оршад мистеру Рэтчу, хозяин и гостья успели поговорить о погоде и посетовать на вездесущую пыль. Оба сошлись на том, что лето — это прекрасно, но немного прохлады уже не помешает. Потом горничная подала напитки и вышла, деликатно затворив за собой дверь. Это означало, что разговор пора начинать, каким бы трудным это ни казалось.

Эмилия глотнула воды. Вода была удивительно холодная и свежая — должно быть, Рэтчи держали питьевую воду на льду.

— Мистер Рэтч, — Эмили с усилием оторвала взгляд от запотевших боков хрустального стакана, на котором остались следы от её горячих пальцев, — я пришла вернуть вам долг.

— Долг? Что ещё за долг?

— Пятьсот фунтов, которые вы заплатили за меня в магазине одежды… весной, — Эмилия поставила стакан на тяжёлую столешницу, чтобы скрыть дрожь в руках. — Это был благородный поступок, вы выручили меня из неприятной ситуации и я безмерно вам благодарна. Но долг всё это время тяготил меня, и теперь я наконец могу его вернуть.

— Погодите, — нахмурился мистер Рэтч, — я помню эту историю. Да, я оплатил какой-то там чек, но что с того? Это был подарок.

— Мы оба с вами понимаем, что вы не можете делать мне такие подарки, — мягко ответила Эмилия, — это не принято.

— Да бросьте, — мистер Рэтч махнул рукой, — кто об этом узнает? Какие пустяки. И вы приехали в такую даль, чтобы просто отдать мне деньги?

— Не только, — руки всё равно дрожали, и Эмилия спрятала их под оборку, — ещё я пришла просить вас о помощи. Но я не уверена, что вы захотите мне её оказать. Если говорить откровенно, то помощь требуется не мне, но я…

— Подождите минутку, — мистер Рэтч сел на диване боком, чтобы лучше видеть лицо Эмилии, — я вас не совсем понимаю. Почему вы так настойчиво хотите вернуть мне деньги? Я думаю, вам они были бы не лишними.

— По двум причинам, — с достоинством ответила Эмилия, которая готовилась к этому вопросы, — во-первых, леди Саммерфорд никогда не приняла бы деньги от мужчины, который не был ей близким родственником или супругом, а я стараюсь хотя бы в чём-то походить на мою тётю. А во-вторых… Джессика, то есть мисс Рэтч, не рассказывала вам, почему я вынуждена была исключить её из членов Клуба Прогрессивных Женщин?

— То есть как — исключить?! — глаза мистера Рэтча расширились, а шея начала багроветь. — Вы исключили эту девчонку?

— Ну… да, — сбилась Эмилия, — я думала, вы уже знаете…

— Нееет, она мне ничего не сказала, — протянул мистер Рэтч с таким кровожадным видом, что у Эмилии затряслись поджилки. — Ах она маленькая врунишка… ну погоди у меня…

— Мистер Рэтч, — Эмилия, хоть и задрожала от страха, попыталась вернуть беседу в разумное русло, — я только хотела сказать, что не считаю более возможным удерживать у себя ваши пятьсот фунтов, тогда как наша договорённость была расторгнута!

— Расторгнута?! — прогремел мистер Рэтч. — Ну, она у меня получит! Шкуру спущу!

Эмилии на мгновение показалось, что она видит перед собой второго мистера Гризли. Но что-то — возможно, интонация или какая-то черта в выражении его лица — подсказывало ей, что за Джессику можно слишком сильно не опасаться. Как бы ни бранился её отец, как бы ни сыпал угрозами, но по-настоящему спускать с Джессики её шкуру он, конечно, не будет. Мистер Рэтч не был злодеем и негодяем — он был не слишком отёсанным и сердитым человеком, злополучная дочка которого опять влипла в неприятности по причине своей непомерной гордыни и склочного характера.