Чтение онлайн

– Рядом.

– Почему не в лесу? Я думала, у оборотней всё в лесу. Луна, деревья, вот это всё.

– Стаям тоже надо платить налоги.

Я уставилась на него.

– Вы сейчас пошутили?

– Да.

– Ужасно.

– Давно не практиковался.

– Видно.

Он открыл синюю книгу. Листал медленно, внимательно. Я старалась не мешать, но любопытство жгло сильнее страха.

– Что ищете?

– Следы.

– В смысле отпечатки?

– И их тоже.

– Вы умеете искать отпечатки?

– Нет. Но умею понимать, что пытались спрятать.

– И что пытались?

Он провёл пальцем по внутренней стороне обложки.

– Вкладыш был не просто спрятан. Он был частью обложки. Тонкая пластина, возможно, с записанным контурным ключом. Её вытащили аккуратно, значит, знали, что искать.

– А если это был ключ отца?

– Тогда тот, кто забрал, теперь имеет больше, чем старый доступ к системе.

– Что может быть на такой пластине?

– Карта, список, доказательство, привязка к хранилищу. Или способ открыть что-то ещё.

Я откинулась на сиденье.

– У моего отца могла быть тайная пластина в скучной книге по родовому праву.

– Да.

– А он не мог просто оставить мне письмо? Знаете, обычное такое: «Дорогая Лиза, если ты это читаешь, значит, вокруг опять всё плохо».

– Письмо проще найти.

– Зато его проще понять.

Громов закрыл книгу.

– Твой отец был не простым человеком.

– Все так говорят о пропавших. Сразу они становятся сложными, загадочными, смотрящими туда, куда остальные не хотели. А до этого он был человеком, который забывал купить хлеб и обещал научить меня ездить на велосипеде без рук, но так и не научил.

Я не собиралась говорить это вслух. Слова выскочили сами. В машине стало тише, даже Барсик на секунду перестал орать, будто уважал драматическую паузу. Громов не стал сразу отвечать. И за это я была ему почти благодарна.

– Он говорил о тебе, - сказал он после долгой паузы.

Я повернула голову.

– Что?

– Один раз. Перед той встречей, на которую не пришёл.

– Что говорил?

Громов смотрел на книгу в руках.

– Что у него есть дочь. Упрямая. Смешная. Злая, когда боится. И что если всё сорвётся, она его возненавидит.

Я почувствовала, как горло сжалось.

– Он так сказал?

– Да.

– А вы что ответили?

– Что дети обычно ненавидят родителей не за то, что те исчезают. А за то, что не объясняют почему.

Я смотрела на него и не знала, что делать с этим знанием. Оно было слишком личным. Слишком поздним. Отец думал обо мне. Отец знал, что я буду злиться. Отец, возможно, что-то оставил. И исчез не так, как мне рассказывали. Всё, на чём стояло моё прошлое, начинало медленно поворачиваться другой стороной, и я не была уверена, что хочу её видеть.

– Вы тоже исчезли для своей стаи, - сказала я тихо.

Громов поднял глаза.

– Меня посадили.

– Для них всё равно исчезли.

– Да.

– Они вас возненавидели?

Он посмотрел в окно.

– Кто-то. Кто-то ждал. Кто-то сделал вид, что ждал.

– А Милена?

Имя вылетело раньше, чем я успела остановиться. Я знала его из скелета слухов и обрывков дела? Нет, стоп. В этой версии Лиза в книге ещё не должна знать Милену? В первой главе фото не было, во второй Милена не появлялась, имя не звучало. Значит, нельзя. Надо исправить в тексте? I already wrote "А Милена?" This is inconsistency. Need final avoid. Replace with "А те, кто был ближе всех?" in final. Continue mental adjust. Ensure final no "Милена".)

– А те, кто был ближе всех?
– спросила я.

Он посмотрел на меня. Долго. Слишком долго.

– Ближе всех предают тише.

От этого ответа мне стало холоднее, чем хотелось. Я отвернулась к окну. Город постепенно сменялся старыми кварталами, потом складами, потом дорогой вдоль реки. Небо темнело, хотя до вечера было ещё далеко. Просто майский день решил окончательно испортиться и набрал в облака серой воды. Впереди, за ржавыми заборами, виднелись старые кирпичные корпуса, трубы, полуразрушенные ангары. Место выглядело так, будто здесь прятались либо преступники, либо подростки, либо будущие проблемы. В нашем случае, видимо, всё сразу.

– Почти приехали, - сказал Громов.

– Вы жили здесь?

– Иногда.

– Очень уютно.

– Дом лучше, чем район.

– С учётом района это несложно.

Машина свернула с основной дороги на узкий проезд между складом и старой кирпичной стеной. Покрытие стало хуже, нас затрясло. Барсик возобновил ораторскую деятельность. Орлов тихо сообщил что-то по связи. Машина сопровождения держалась позади. Мы проехали мимо ржавых ворот, потом ещё одних, потом остановились перед высоким глухим забором из тёмного металла. Забор выглядел старым, но крепким. На первый взгляд обычным. На второй - слишком обычным для места, которое не числится в документах Бюро.

Громов вышел первым. Я почувствовала, как браслет предупреждающе мигнул, и поспешно выбралась следом. Холодный ветер с реки ударил в лицо. Здесь пахло водой, ржавчиной, мокрым кирпичом и чем-то ещё. Не лесом. Не домом. Скорее старой силой, которая давно не показывалась на людях, но никуда не ушла.

Громов подошёл к воротам и положил ладонь на металл. Ничего не произошло. Потом он произнёс несколько слов на языке, которого я не знала. Низко, почти беззвучно. Металл под его рукой дрогнул. Где-то внутри щёлкнул замок.

– Родовой контур?
– спросила я.

– Старый.

– Он меня не съест?

– Нет.

– Уверены?

– Пока ты со мной - да.

– Не самая успокаивающая формулировка.

Ворота открылись внутрь. За ними оказался двор. Не огромный, но просторный, закрытый со всех сторон стенами и заросшими деревьями. В глубине стоял дом. Двухэтажный, кирпичный, старый, с тёмной крышей и узкими окнами. Не роскошный особняк, не бандитская вилла, не логово в стиле «альфа любит кожу и камин». Скорее старый городской дом, переживший несколько эпох, смену хозяев, войны, ремонты и, судя по атмосфере, немало плохих решений. Но в нём было что-то крепкое. Он не выглядел заброшенным. Он ждал.

Я поняла это и тут же разозлилась на себя за пафос.

– Ну конечно, - сказала я.
– Тайный дом стаи. Очень скромно. Не хватает только таблички «Добро пожаловать, гаранты и похищенные младшие специалисты».

– Табличку сняли, - сказал Громов.

– Опять шутите?

– Пытаюсь.

– Пока счёт два из десяти.

– Расту.

Орлов вышел из машины с переноской Барсика. Кот притих. Не потому, что успокоился. Скорее понял, что попал на территорию более крупного хищника, и решил временно пересмотреть стратегию.