Невинная вдова для императора
Шрифт:
— Цвет волос? Глаз? — я быстро записывала информацию.
— Неважно. Главное, чтобы у девушки была безупречная репутация. Вдовы и разведённые леди не подойдут на эту роль, — меня вдруг кольнули его слова, но я невозмутимо продолжала строчить в блокноте. — И, в-четвёртых, претенденток будет проверять на девственность целитель.
— Даже так, — ухмыльнулась я. Какие, однако, запросы высокие. Наверное, его кузен тоже герцог самых благородных кровей. — И кто же у нас жених? Его статус?
— Я пока не могу вам раскрыть его имя, миссис ди Меррит. Сначала я хочу взглянуть на список претенденток, — невозмутимо смотрел на меня мужчина. — Если мне понравится ваш выбор, устроим отбор невест: свидания, различные задания для девушек, чтобы раскрыть их характер и натуру. Тогда и познакомитесь с вашим главным клиентом. Справитесь с подобным? За услугу вы будете щедро вознаграждены.
Вот с этого и надо было начинать.
— Значит, я не ограничена в выборе заданий для невест? И могу рассчитывать на покрытие всех расходов, запланированных и непредвиденных?
— Абсолютно, — уверенно кивнул герцог, — но в пределах разумного, конечно.
— Мне нравится ваше предложение, мистер ди Бофорт, — люблю щедрых заказчиков, которые дают полную свободу. — Давайте поступим так. Через неделю вы приезжаете, и я предоставляю список претенденток. Если вас всё устроит, заключаем договор об оказании услуги. Идёт?
— Согласен. Благодарю, миссис ди Меррит, что не отказали мне и задержались ради этого дела, — улыбнулся довольный маг, встав с кресла. — С нетерпением жду следующего четверга.
— Всего доброго, мистер ди Бофорт, — мысленно потирала я руки, наблюдая, как мужчина вышел из кабинета.
Отлично! Вдруг кузен герцога какой-нибудь министр или советник? Если я найду нужную невесту и клиент останется довольным, уговорю его ещё и на организацию свадьбы. Крутой клиент — большой доход и признание моих услуг в элитном обществе.
Окрылённая будущими успехами, я поспешила на улицу, где меня ждал в машине Итан. Он купил себе подержанное маг-авто и часто возил меня сам за город к детям, порой оставался даже ночевать в особняке, чтобы утром снова отвезти меня в столицу.
Фотограф стоял у машины и, увидев меня, любезно открыл дверцу на переднем сиденье.
— И где же твой подарок для детей? — сияла я, как начищенный лоер, садясь в салон.
Итан обогнул машину и занял место водителя.
— Новый заказ приняла? — маг уже давно изучил мою мимику и понимал с полуслова.
— Ага! Элитный заказ у меня наклёвывается! — и услышав какое-то барахтанье на заднем сиденье, заглянула туда, да так и замерла как вкопанная.
Глава 20. Идея Эдварда
Бенедикт
В загородной резиденции всегда было тихо, и, казалось, само умиротворение никогда не покидало стены величественного летнего дворца. Я любил это место, где придворных было не так много, как в столице. Все разъезжались по своим родовых гнёздам, чтобы отдохнуть от суеты Нербурга, только фрейлины матушки иногда мельтешили в саду, сопровождая её на прогулке.
Я размеренно шёл по дорожке, а вокруг цвели яркие ирисы. Солнце к вечеру уже не припекало, поэтому фрейлины вывели вдовствующую императрицу на свежий воздух. В каменной беседке три женщины и моя мать пили чай, наслаждаясь тихим вечером.
— Ваше Величество, — две маркизы и герцогиня тут же подскочили со своих мест и принялись раскланиваться передо мной.
— Добрый вечер, леди, — взглянул я на приближённых, потом мой взгляд устремился к матери. Констанция, одетая в бордовое платье, сидела за столиком, её седые волосы были собраны в пучок. Я подошёл к ней, присев на корточки, и заглянул в потухшие глаза.
— Рад видеть вас, матушка, — взял её холодную ладонь и поцеловал, склонив голову, в надежде, что она узнает меня. Вдовствующая императрица вдруг ожила, её глаза засветились интересом.
— Бенджамин, как хорошо, что ты пришёл, — улыбнулась она, смотря на меня. После случая с Виолой матушка совсем сдала, перестала узнавать близких за редким исключением. Меня она постоянно путала с моим отцом, которого уже десять лет как нет в живых. Вот и сейчас назвала меня его именем. — Будешь чаю, дорогой?
— Спасибо, не откажусь, — я сел на соседний стул из ротанга. Маркиза ди Боук кинулась к чайнику, чтобы налить мне в чашку напиток.
— Какой сегодня замечательный вечер. Правда? — улыбалась Констанция наивно, словно ребёнок. — А где же Бенедикт? Почему он не с тобой?
— У него много дел в столице, — тяжело вздохнул я. Видеть каждый раз, как память матери подводит её, было невыносимо. После подобных визитов я чувствовал себя опустошённым и виноватым в её состоянии. — Как твоё здоровье?
— Прекрасно, милый, — её взгляд упал на мой перстень. — Ты так и не узнал, что случилось с артефактом?
— Нет, — покачал я головой и взял чашку, отпив глоток. Каждый раз она задаёт этот вопрос.
Вот уже больше четырёх лет рубин на перстне оставался чёрным, он перестал впитывать людскую кровь. Магия в нём осталась, но словно спала, не реагируя на меня. Императорские маги только разводили руками, не понимая, что случилось с камнем. Искали ответ, перерыв все оставшиеся рукописи блодеров в архивах, но так ничего и не нашли.
— Тебе нужно отдать его Бенедикту, — матушка настойчиво посмотрела на меня.
— Уже отдавал, не помогает, — вздохнул я, отводя взгляд.
— Ты что-то делаешь неправильно, — обидчиво заявила императрица, но тут же нахмурилась, настроение у нее резко изменилось. — Бенджи, ты нашёл для сына подходящую невесту? Ему пора жениться.
— Не переживай, Бенедикт сам найдёт себе жену, — матушка постоянно заводила об этом разговор, чем расстраивала меня ещё больше.
— Ох, Бенджамин, он ещё так молод и горяч. Я переживаю за сына. Вдруг он выберет не ту девушку, — искренне вздохнула она.
— Не волнуйтесь, Ваше Величество, я уже занялся этим делом, — в беседку вошёл Эдвард. Я даже не заметил, как он подошёл. — Добрый вечер, леди.
Кузен поклонился присутствующим.
— О! Ричард! Как я рада видеть тебя, дорогой брат, — императрица засияла, смотря на племянника и путая Эдварда с его отцом. — Ты решил помочь Бенедикту с выбором жены?
— Да, Констанция, беру это дело под личный контроль, — и кузен посмотрел на меня, кивнув на выход.
— Спасибо за компанию, леди, — я отставил недопитую чашку и поднялся со стула.