Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Новый Раскольников

Панкин Борис Александрович

Шрифт:

«какой-никакой роман…»

какой-никакой роман — упал, отжался, уснул. у неё муж — мариман, ушёл в истанбул. у неё в окнах — рассвет, почти как живой. и практически нет проблем с головой. в доме налажен быт — камин, попугай, герань. и к тому же на вид — ничего так герла. можно сказать, шарман. побудка, поёбка, душ. вялый такой роман. пока не вернётся муж.

«по образу и подобию своему…»

по образу и подобию своему вылеплю куклу, отправлю блуждать во тьму. — пусть постигает, что к чему, почему зайцы дружны с мазаем, герасим с муму. по образу и подобию, вкривь да вкось, авось не развалится, выправится авось, вылеплю куклу, выставлю за порог — дурь в голове, в котомке сухой паёк. по образу и подобию… пусть хлебнёт то, что и спьяну сложно принять за мёд, то, чем пристало потчевать от души — ртутной отравы из ненависти и лжи. выживет — станет стоек, что твой солдат. то есть, достоин почестей и наград. словом, займёт одно из вакантных мест, для тех, кто прошёл-таки этот поганый квест.

«это как наполнить пустоту…»

это как наполнить пустоту. (эту, ту). внутренней могильной тишиной. (ты — со мной). забирайся в чёрный тарантас. (водка, квас). да поедем в гиблые места. (жизнь проста). вдоль дороги топи да туман. вскрой карман. что упало? — мелочь, перезвон. — для ворон. что в итоге? — та же пустота. жизнь — проста.

#404

#404

…где рыжеет автобус

1. автобус сменил окрас, — был рыжим, стал бело-синим. маршрут, на котором нас не встретить уже. Насильно, как говорится, мил не будешь, вот и не стали… билет, не забудь, возьми, остальное детали. 2. я ли тебя не баловал, не носил на руках, к дому не подвозил на такси, не ставил на пьедестал? всё — устал. я ли тебя не воспевал, не пел песен тебе под окнами, не болел тобою до лихорадки, до тёмных снов? всё — здоров. 3. маршрут простой: от «автово» и далее, с привычными за столько лет деталями, — дома, деревья, люди по обочинам и прочее. за сорок пять минут поездки в прошлое всё вспомнишь: и плохое, и хорошее. все огорченья, радости, оплошности. под нож, прости. очнёшься: петергоф. считай, доехали. ларёк, сберкасса, арка за аптекой, и почти что дома. то есть, не пора ли нам к реалиям. 4. всё уже поздно, даже сказать прости. даже по звёздам не отыскать пути. вот и плутаешь, кружишь без цели, да изобретаешь способ прожить и так. вечность по кругу, чёртово колесо. вытяни руку — что там? — вода, песок. скоро ли пряжа, нитка сойдёт на нет. небо, как сажа, пусто внутри, во вне.

«свет в окошке понарошку…»

свет в окошке понарошку — кто-то пошутил. заведу, пожалуй, кошку, господи прости. пусть встречает у порога, трётся да урчит. будем вместе понемногу медленно влачить бытиё своё смешное, свой покой стеречь. слушать звуки за стеною, свет на кухне жечь.

«всё так трагично и печально…»

всё так трагично и печально как будто чёрный пистолет твой череп выстрелом нечаянным разворотил и больше нет ни этой женщины в сорочке ночной ни девушки в трико что танцевала так легко как будто залепили скотчем небрежным брешь в твоей башке и закопали в землю впрочем не где-нибудь в глухом леске а на кладбище честь по чести с музыкой прочей маетой звездой гранитною плитой и профилем эмаль по жести

«в своей печали пребывая…»

в своей печали пребывая не забывай меня дружок ходи с оглядкой на трамваи ставь аккуратней сапожок когда скользишь по тротуару оледенелому в толпе под наплывающие фары навстречу проклятой судьбе когда прохожих задевая идёшь меня не узнавая я тоже помню о тебе всё время помню о тебе

«в гулких ладонях ладожского вокзала…»

в гулких ладонях ладожского вокзала это не я придумал но ты сказала в марте апреле мае уже не помню да и не суть тем паче что ты никто мне всё это было было но в прошлой жизни в позапрошлой ты говорила пока не кисни а в нынешней только письма и те по делу но даже от них невольный озноб по телу и в ночи отдаётся эхом твой голос давний и сердце бьётся как будто каблук о камни стучит по мраморным плитам пустого зала в гулких ладонях ладожского вокзала

«Бредущий краем жизни пилигрим…»

Бредущий краем жизни пилигрим, Летящий краем неба шар воздушный, Язычник, виршеплёт прекраснодушный, Останься до утра — поговорим. Ты зря сюда явился. — Третий Рим Величием своим и равнодушьем Античному подобен. И не лучше Людская участь в нём. — Необорим И неподкупен город. Жрец пера, Ударно выдающий на гора Едва ли шедевральные творенья, Бессмысленна неравная борьба. Остынь, пока хранит тебя судьба. Коснись руин, и — в путь, во мглу забвенья.

«отходит вагон от перрона…»

отходит вагон от перрона вдоль чёрных обугленных крон в процессе тягучем разгона скрипит и качается он и в коконе этом железном под стук чугуна о чугун ты едешь зачем неизвестно исчезнуть в одной из лакун извечная тяга к побегу сорваться с насиженных мест петлять словно заяц по снегу скитаться пока не заест тоска ностальгия неважно как эту хандру ни зови она разрастётся однажды до внутренней язвы любви войти в эту бывшую воду отмыться от прошлой вины махнуть на былую свободу и выяснить что не нужны твои добровольные цели готовность осесть навсегда что зря ты на самом-то деле идёшь по обратным следам и вот начинай всё сначала мечтай о ничейной земле уходит баркас от причала скрывается город во мгле и жить удивительно просто когда за верстою верста и в небе над тёмным погостом холодная злая звезда

«теперь я знаю где тебя искать…»

теперь я знаю где тебя искать холодными тугими вечерами какими обоюдными словами полосовать я точно знаю сколько это ноль помноженный на значимость момента делить на бесполезность аргументов плюс алкоголь я слышу что скрипит пустой трамвай на этом ежедневном повороте о чём молчит звезда твоя напротив скажи давай
Поделиться с друзьями: