Чтение онлайн

— Что будет с ними теперь? — спросил Лукан у Блохи, когда заключенных увели; Зандруса смотрела в сторону ложи для торговых принцев.

— Их отведут обратно в Длань, — ответила Блоха. — И потом сделают все это снова.

— Снова? Когда?

— Через десять дней.

— Значит, Зандрусе придется столкнуться с этим... существом снова?

— Как и мальчику, — Блоха кивнула. — И будет новый заключенный, взамен того, которого съели.

Лукан покачал головой. Кровь Леди.

— Значит, это всего лишь отсрочка, — сказал он, чувствуя, как исчезает его облегчение от того, что Зандруса выжила. — Не более чем отсрочка исполнения приговора.

— Что?

— Не имеет значения. — Он потер щетину на подбородке, задумчиво наморщив лоб. — Значит, они просто продолжают возвращать каждого заключенного обратно? Пока червь, наконец, не заберет их?

— Да, хотя люди говорят, что, если ты выживешь семь раз, Хранители отпустят тебя на свободу.

Как великодушно с их стороны.

— Ты когда-нибудь видела, чтобы такое случалось?

Девочка покачала головой.

— Я видела женщину, которая выжила пять раз, но на шестой раз ее съел червь. — Она пожала плечами. — Есть истории о заключенных, которые выжили и были освобождены, но все это было очень давно.

Некоторое время они сидели в тишине, пока люди вокруг них направлялись к выходу, разговаривая и смеясь, как будто они только что посмотрели комедийное представление, а не ужасающую казнь.

— Итак, — наконец произнес Лукан, — если у Зандрусы есть десять дней до того, как она вернется туда, это означает, что у меня есть десять дней, чтобы попытаться поговорить с ней.

— Поговорить с ней? — спросила Блоха, бросив на него испепеляющий взгляд. — Она будет в Длани. Это... одно из самых охраняемых мест в городе. Ты никогда не попадешь внутрь.

Лукан украл у нее виноградину и отправил в рот:

— Предоставь мне позаботиться об этом.

Глава

7

ВОПРОС ТОЧКИ ЗРЕНИЯ

— Как ты узнал?

— Хм? — Лукан поднял взгляд от тарелки с холодным мясом и сыром. — Узнал что? — Он провел языком по деснам, подцепив кусочек копченого сыра, и отхлебнул из своего бокала — белое вино, немного слишком сладкое на его вкус. Еще не было и полудня, но после утренних событий ему захотелось чего-нибудь выпить, и не имело значения, чего именно.

— О том, что близнецы Констанца — мерцатели, — продолжила Блоха, подцепив кусочек салями и отправив его в рот. — Ты сказал, что можешь сказать наверняка.

Лукан откинулся на спинку стула, наблюдая за тихой боковой улочкой и вереницей людей, проходящих мимо таверны.

— За эти годы я повидал несколько мерцателей, — ответил он, возвращаясь к блюду и выбирая полоску вяленой ветчины. — Какое-то время я был знаком с парой. Со временем начинаешь понимать, как их распознать. На что смотреть.

Блоха моргнула:

— Ты... был знаком с мерцателями? Но я думала, что...

— …они все полубоги, которые сдерут плоть с твоих костей, если ты только взглянешь на них? — Лукан слабо улыбнулся и покачал головой. — Да, им бы хотелось, чтобы ты так думала. Но нет, они всего лишь люди. Они едят и пьют, жалуются, что не высыпаются... и в карты тоже плохо играют.

— Ты играл в карты с мерцателем?

— Вообще-то, с ними обоими. В то же самое время. Ничем хорошим это не закончилось.

— Что случилось?

— Они подожгли таверну. — Он поднял руку, предупреждая вопрос, который уже готовился сорваться с губ девочки. — Они были частью экспедиции, в которую я записался пару лет назад. Это долгая история. И не со счастливым концом.

— А как насчет колдовства? — спросила Блоха с неослабевающим энтузиазмом. — Ты знаешь, как они это делают? Обасса сказал мне, что они черпают свою силу из места, которое мы не можем увидеть, но, я думаю, он просто пытался надо мной подшутить.

— Нет, в этом старик прав, — ответил Лукан, пытаясь вспомнить то немногое, что он знал о колдовстве. — Мерцатели черпают свою силу из места, называемого Мерцание, мира теней, который граничит с нашим собственным, но никогда не сливается с ним. Это как если бы ты налила масло и воду в бутылку. Они занимают одно и то же пространство, но всегда находятся отдельно друг от друга.

— Но если мы не можем видеть Мелькание...

— Мерцание.

— Именно это я и сказала.

— Это, безусловно, не так.

— Это, безусловно, не так, — передразнила его Блоха, закатывая глаза. — Ты всегда так говоришь?

— Как кто?

— Как буржуй.

— Кто, кто? О, ты имеешь в виду...

— Богач.

Лукан указал на свою поношенную дорожную одежду:

— По-твоему, я выгляжу богатым?

— Ты говоришь, как они.

— Ну, вопреки твоему впечатлению...

— Опять. — Девочка отправила в рот оливку, прожевала и выплюнула косточку. — Так что, если мы не увидим Мелькание...

— Мерцание, — нетерпеливо поправил Лукан. — Я уже говорил тебе... — Он замолчал, когда на лице Блохи появилась хитрая усмешка. — А-а. Ты надо мной издеваешься.

— Ага. — Девочка щелкнула еще одной оливкой, которая отскочила от его груди. — Итак, если мы не видим Мелькания, откуда мы знаем, что оно вообще существует?

— Ну, мы не знаем, — ответил Лукан. — Но мерцатели могут его чувствовать. Я не знаю как. Что еще важнее, они могут прикоснуться к нему — они могут проникнуть в Мерцание. Именно там они находят проблеск.

— Проблеск?

— Силу, которую они используют. Говорят, что это похоже на вспышки света среди теней.

— И это то, что они используют, чтобы творить колдовство?

— Вот именно. Они переносят проблеск в наш мир, а затем формируют его по своей воле. Но одному человеку невозможно выполнить обе задачи, поэтому мерцатели всегда работают парами, как близнецы Констанца. Один вызывает проблеск, а другой придает ему форму.

— Итак, мужчина был призывателем, — сказала Блоха, задумчиво нахмурив брови, — а женщина была формовщиком. Она придала проблеску форму змеи, а затем клетки.

— Верно.

— Но как? Как они это делают?

— Я задал этот вопрос одному из своих знакомых мерцателей. Однажды вечером я напоил его крепким виски — думал, что это развяжет ему язык.