Чтение онлайн

А разгребать придётся мне.

– Браво, - вздыхаю и саркастично хлопаю в ладоши.

Настроения нет. Мрачно посматривая в обманчиво-весёлое небо, плетусь домой и иду прямиком на кухню, в вотчину хлопочущего Владушки.

– Вика, душа моя, - пугало сочувственно шелестит, ловко управляясь соломенными руками с чугунком, в котором закипает суп.
– На тебе лица нет.

Я же вспоминаю, что хотела сварить борщ, и грустно улыбаюсь.

– Устала я, - сажусь за стол и передо мной тут же ставят миску, от которой идёт соблазнительный аромат варёной курицы, морковки и лука.
– Как же было хорошо нам вдвоём, а?

Домовой дух молча поглаживает меня по спине, выражая поддержку, и я опустошаю миску, почти не чувствуя вкуса еды.

Просто потому, что мне требуется много-много сил.

Вижу в окно, как Эйвар то уходит из дома, то возвращается - иногда один, иногда со студентами-боевиками. Лиззи, чья комната находится над кухней, нервно цокает каблуками из угла в угол.

– Пойду, руки займу, - докладываю Владушке, убрав со стола посуду.
– Да голову проветрю.

Вооружившись лопатой, вымеряю по периметру расстояние. Выкапываю на глаз ямки нужной глубины, а чёрную землю смешиваю с золой для подкормки. Лишние мысли испаряются, пока я упрямо перетаскиваю саженцы из подвала и мягко разворачиваю обёрнутые вокруг корней влажные тряпицы.

Надев рабочие рукавицы, бережно опускаю саженец крыжовника в ямку, и почти не дыша, расправляю корни так, чтобы они не загибались. Засыпаю землёй, слегка утрамбовывая её руками.

Закончив с крыжовником, я перехожу к смородине. Откладываю сразу три саженца – решаю посадить их рядом, чтобы в будущем образовалась пышная живая изгородь. Выкапываю три ямки на расстоянии примерно метра друг от друга.

После посадки каждого куста я формирую вокруг него небольшое углубление – лунку для полива. Заодно прошу у мимо пробегающего Криса наполнить водой большую железную лейку.

– Виктория, имей совесть, - возмущается лорд Эллеринг, спускаясь по ступенькам крыльца с кожаной папкой в руках.
– Он, вообще-то, на практике, а не бесплатная рабочая сила.

Внутри что-то перемыкает, и я смело подхожу к нему, загадочно поблёскивая глазами.

– Может быть, ты поможешь, дорогой?
– вкладываю в последнее слово лёгкую, ни к чему не обязывающую насмешку. И тут же с удивлением отмечаю, как он прикладывает усилия, сдерживая рвущуюся на губы улыбку.
– Мне бы водички для полива, а молодой девушке не к лицу таскать тяжёлые вёдра.

Шучу, конечно же. Принесу и не переломлюсь, однако неожиданно лорд принимает правила игры.

– Отчего же?
– голос становится ниже и приобретает бархатистые нотки. Делает шаг, приближаясь ко мне почти вплотную.
– Помогу, Вика. Но за поцелуй.

Возмущение вспыхивает во мне как спичка.

– Нет уж, я пас, - открещиваюсь, делая шаг назад.
– У тебя неподъёмные тарифы.

– Чего?
– недоумённо хмурится лорд, хотя не так красноречиво, как в первый раз.

Видимо, привыкает к необычным словечкам попаданки в моём лице.

– Слишком дорого берёшь за простецкую работу, - терпеливо поясняю, а сама внимательно слежу, ожидая подвох.
– Думаю, попрошу у Криса или Зика. Хорошие, отзывчивые парни.

Взгляд Эйвара становится острым, как лезвие кинжала. Он делает плавный шаг вперёд, будто перетекая с одного места на другое, и я чувствую, как воздух вокруг нас сгущается от напряжения.

– Хорошие парни, говоришь?
– произносит он низким, почти рычащим голосом.
– Отзывчивые?

– Вроде того, - вздрагиваю, но не отвожу взгляд. Не лучшее время для капитуляции.

– Что ж, - он усмехается, и эта усмешка заставляет меня похолодеть. В его глазах мелькает что-то, похожее на восхищение, но оно тут же сменяется привычной надменностью.
– С этой минуты им запрещено переступать границу моей усадьбы.

Ещё и выделил так “моей”, как будто он сажал здесь каждый кустик и полол клумбы с грядками.

– Ладно, - пячусь назад, на всякий случай выставив перед собой руки. Не хотелось бы зазеваться и неожиданно оказаться в его объятиях. Слишком уж не нравится мне моя же реакция на этого мерзавца.
– Сделаю сама. Надо привыкать. Вы же скоро уедете, а мне здесь жить и как-то самой справляться.

– Ошибаешься, дорогая, - вкрадчиво произносит он, растягивая слова.
– Я никуда не уеду без тебя. А сейчас иди, выпей чаю и не мешай.

Не дожидаясь моего ответа, он резко разворачивается и направляется к грядкам. А меня ноги сами несут на кухню, где я хватаю Владушку за рукав рубашки и пошире распахиваю створки.

– У тебя подол в земле, а тут еда, - вяло возмущается Владушка, но стоит ему посмотреть туда, куда я указываю, как он осекается и замолкает.

Вдвоём мы с удивлением наблюдаем, как этот сильный, властный дракон без самого дракона, аккуратно поливает саженцы. Движения лорда Эллеринга внезапно становятся осторожными и нежными, словно он боится повредить хрупкие ростки.

Контраст между его обычным поведением и этой заботой о растениях выбивает меня из колеи. Я вижу, как он бережно касается листьев, проверяя их состояние, и что-то тихо говорит каждому из кустиков.

– Вика, ты…

Владушка замолкает, пытаясь подобрать слова, и я заканчиваю фразу за него.

– Я его сломала, да?

Пугало удивлённо смотрит на меня, а в дырах-глазницах вспыхивают задорные огоньки.

– В детстве он был таким же. Один в один.

“Тоже приставал с поцелуями к поливальщицам?” - хочу пошутить, но понимаю, что слова застревают в горле одно за другим.

– Животных в дом таскал, - продолжает Владушка.
– Выхаживал и отпускал на волю. Был добр к слугам. Я лично это не видел, но у меня, как созданного им стража, есть возможность заглянуть в его воспоминания. Отчасти я - частичка лорда Эллеринга. Был бы он злой внутри, я бы тебя на порог не пустил, кем бы ты ни была.

– Ага, - фыркаю, но как-то без энтузиазма. Часть меня кричит о том, чтобы я как следует поразмыслила над его словами.
– А то, что сначала ты меня до полусмерти напугал?

– Случайность, - невинно пожимает плечами Владушка.
– Я ж дух. Охранник.

– Ладно, - недовольно отмахиваюсь.
– Нечего рекламировать мне лорда. Пока он здесь - потерплю. А как уедет — помашу вслед платочком и мысленно пожелаю, чтоб не возвращался.

А сама невольно подсматриваю за Эйваром. Не могу не отметить, что даже сейчас, в спокойном состоянии его спина остаётся прямой, а плечи напряжёнными. Он с лёгкостью носит тяжёлую лейку столько раз, сколько надо. Льёт воду аккуратно, не разбрызгивая вокруг. В один момент даже оглядывается, ловя мой взгляд, и на его лице появляется едва заметная улыбка - не тёплая или дружелюбная, а скорее, удовлетворённая, как у человека, который знает, что победа уже в его руках.