Чтение онлайн

Принц Кевендил с широкой улыбкой рывком поднялся с места и восторженно воздел свой бокал.

– За прекрасную леди Рослин! За изумительную виновницу этого торжества! – нарочито радостно воскликнул он, будто всецело поддерживал тост жениха.

Зал наполнился одобрительными возгласами гостей.

Все пили за стыдливо опустившую глаза Рослин.

И лишь Крис осушил бокал за свою вишенку, не проронив больше ни слова.

А Кевендил, довольный тем, как вовремя успел погасить ненужный скандал, опустился на свое место. Гвин встретилась с ним глазами, едва уловимо сжала губы, безмолвно поблагодарив. Но младший Мейхарт отвернулся к отцу. Как обычно, он видел в Гвин не живого человека, а лишь источник неприятностей.

Ближе к девяти вечера подали торт, такой громадный, что выносить его пришлось троим лакеям сразу. Многослойный, украшенный засахаренными фруктами и свежими сливками. Необычайно красивый. Обещающий молодым счастливую и сладкую совместную жизнь.

После торта, по сложившейся традиции, чету ВарДейков отправили в отведенные для них покои под задорные возгласы мужчин и аплодисменты женщин. При этом Рослин продолжала демонстративно смущаться и отводить взор, что показалось Гвин смешным лицемерием. А раскрасневшийся от выпитого вина Крис игриво подхватил прекрасную супругу на руки, чем вызвал еще больше восторгов, и понес прочь.

– Хоть бы уронил, – процедила себе под нос Девана, так тихо, чтобы ее могла услышать лишь Гвин.

Чародейка усмехнулась, но, повернувшись к любимой сестрице, вместо злорадства прочла на ее лице одну только печаль.

– Можно я у тебя сегодня заночую? – прошептала принцесса. И затем торопливо добавила: – Чужие люди в замке нагоняют на меня тоску.

– Конечно, – с пониманием ответила Гвинейн.

Праздник продолжался. Он грозился завершиться за полночь, как и любая веселая свадьба, но обе принцессы Мейхарт дожидаться его окончания не стали. У Гвин вконец разболелась голова, а спина затекла от долгого сидения. Девана же начала зевать и ныть, что утомилась. И король благосклонно разрешил им отправиться спать.

Колокол на башне прозвонил полдень, когда обитатели Высокого Очага высыпали на улицу, чтобы попрощаться с уезжающим семейством ВарДейков.

Рослин плакала и висела у отца на шее. Бедняжка никак не могла оторваться от родителя, будто бы только сейчас поняла, что покидает родной Нордвуд навсегда. Что это больше не ее дом, а до нового жилища несколько недель пути. Прощание вышло крайне мокрым и трогательным.

Венворт Халлен тоже пустил слезу. Он бережно обнимал дочку и ласково гладил ее по спине через нарядный новенький плащ с горностаевым воротником. Это был один из его подарков на свадьбу. Бургомистр не поскупился на приданое. Он привез молодым несколько сундуков со всевозможным добром, от постельного белья из голубого сатина до набора серебряных ложек в тяжелом ларце. Только вот дороги в преддверии весны не позволяли увезти с собой все сразу. Поэтому навьючили лишь одну дополнительную лошадь, чтобы она везла плотно уложенные личные вещи Рослин, а все остальное решили отправить по весне, когда тракт окончательно просохнет. Крисмер ласково шутил, что если его славная жена будет так убиваться и лить слезы до самого Идариса, то дорога не высохнет никогда.

Имерия тоже искренне плакала, провожая, пожалуй, свою единственную подругу. Она оставалась единственной фрейлиной при юной принцессе, и это леди Эрхофф явно не радовало. Ее миленькое личико опухло и раскраснелось от слез, отчего большая родинка на щеке выделялась особенно четко.

А вот Девана, напротив, держалась весьма спокойно. Она почти не разговаривала с Рослин, которая, казалось, и вовсе позабыла о ней. Девочка была молчалива. Она старалась держаться поближе к Гвин. Торопливо ответила на прощальное объятие юной госпожи ВарДейк. С рассеянной улыбкой протянула Крисмеру руку для поцелуя. А потом в какой-то момент осталась одна на ступенях замка, потому что отец, брат и их свита обсуждали в стороне лучший маршрут до Идариса в это время года.

Они давали указания четверке стражников, которых Бариан Мейхарт выделил ВарДейкам в сопровождение. Солдаты Нордвуда должны были проехать полпути, а там молодых уже будут встречать адепты Академии, которых направил Авериус Гарана. Принцесса Девана сомневалась, что такому воину, как Крисмер, вообще нужно сопровождение, но король настоял, и из уважения к нему чародей согласился. Девочка наблюдала за ВарДейком, не в силах отвести глаз. Украдкой вздохнула. Однако более никак не проявляла эмоций, даже когда Крис увел Гвин к лошадям, чтобы проститься со старой подругой без лишних глаз и ушей.

Оставшись наедине, адепты обнялись. Крисмер уткнулся лицом в алые волосы подруги, прикрытые лисьим капюшоном тяжелого плаща. Они стояли так, замерев, не меньше минуты. Крис не мог пошевелиться. А Гвин не хотела.

– Ненавижу прощаться с тобой, вишенка, – наконец прошептал он ей в самое ухо. Так, что сделалось щекотно.

Чародейка отстранилась, положила ладонь на его щеку. Крис накрыл ее прохладные пальцы своей рукой в ответ.

– Так не прощайся, – Гвин ободряюще улыбнулась. – Езжай со спокойным сердцем. И сделай так, чтобы, когда я приеду в Идарис, я обнаружила тебя там подле Императора. Помни, что я горжусь тобой.

– Тогда до встречи в Идарисе, – он подмигнул. И нехотя разжал объятия, ощутив у своей груди холодную пустоту в том месте, где прижимал к себе Гвин. Повернулся на жалобные всхлипы Рослин. – Родная, мы уезжаем не на войну, незачем так убиваться! Поторопитесь. Путь неблизкий, а мы и так припозднились. Выезжаем за полдень, где это видано?

Чародей со смехом направился к супруге. А Гвинейн возвратилась на крыльцо и встала подле принцессы.

Крисмер усадил Рослин в седло. Обнял на прощание тестя. Поклонился королю и принцу, поблагодарив за гостеприимство, и услышал в ответ от Бариана Мейхарта вполне доброжелательное:

– Доброго пути.

– Пусть светлые силы хранят этот дом, – ВарДейк бросил прощальный взгляд на черную махину замка и подмигнул принцессам у его входа.

Со скрипом распахнулись ворота.

Путники двинулись прочь. Крисмер в багряном облачении Академии ехал первым на черном как смоль Ониксе. За ним на стройной лошадке в яблоках, подарке королевского семейства, следовала его хлюпающая носом жена. От нее не отставала пара стражников, один из которых вел в поводу навьюченную кобылу со скарбом Рослин. Двое других стражников замыкали небольшую процессию.

Кони выехали на дорогу и пошли быстрее. Привратники принялись закрывать тяжелые створки ворот. А мужчины во дворе собрались вместе возле плачущей Имерии. Кевендил протянул ей чистый платок. Венворт Халлен со вздохом завел с королем очередной разговор о минувшем празднике и еще раз поблагодарил монарха.

А принцесса Девана все так же стояла на месте тихим изваянием.

Гвин окинула хмурую девочку придирчивым взглядом.

– Пойдем, – вдруг сказала адептка.

Она схватила Девану за руку и потянула за собой.

Принцесса часто заморгала, будто пробудившись от сна.

– Что ты как статуя! Давай живее! – Гвинейн даже опомниться ей не дала.

Не обращая внимания более ни на кого, они двое почти бегом преодолели внутренний двор и торопливо поднялись по пологим ступеням на каменную стену возле ворот. Оттуда меж высокими стрельчатыми зубцами открывался вид на дорогу.

Темная полоса петляла средь голых чернильных деревьев на фоне посеревшего снега. По ней цепочкой ехали лошади, которые еще не успели удалиться от замка на почтительное расстояние.