Чтение онлайн

Ветер сбивал короткие волоски из хвоста. Голос его дрожал, хоть Анариэль верил, что все пройдет по ровной волне. Все были насыщены волнением. Вдруг перед глазами их стремительно пролетело черное пятно: чайка взмылась вверх, размахивая крыльями, и закружилась у камней. Отскочив, Афелиса приложила ладонь к груди.

— Вот же!.. — пробурчала она, нахмурившись от громкого птичьего крика. — Хоть не в лицо, поганая!

— Афелиса… — все замерло. Прозвучал тихий голосок.

По Диамет точно побежали искорки. Вздрогнув от таково разряда, она обернулась и увидела улыбающееся личико, залитое лучами пробуждающего солнца. Это была Илекс. Глаза ее светились прозрачным, неуловимым светом. Приставив ладонь к сместившимся бровям, она укрывалась от пронзающих лучей. Рукой она обхватила странный пятнистый мешок, набитый учебными книгами. Натаскала из библиотеки книжек! Перебирая ногами, девочка с теплой улыбкой сказала:

— Мы поплывем домой! — восторженная радость отзывалась в голосе. В упоении Илекс стряхнула корни с ног. На месте не стоялось. — Я и Элид ведь с тобой поплывем, да?

— Со мной, — кивнула Афелиса, утихомиривая волнение в груди. — Не нужно из-за спины подходить! Сколько раз уже?..

Афелиса не договорила, но даже этот отрывок-пинок хорошо ударил Илекс. Отвлекла ее Леотар, непринужденно бродящая по песку: надменный, серьезный взгляд, точно панику сняло, стоило лишь вогнать предательницу в клетку. Необыкновенным явлением глаза Диамет восприняли и ее прическу: ее вовсе не было. Распущенные волосы приверженицы кос колыхались на ветру, открывая взору высокий, выпуклый лоб. Руки, одетые в белые, кружевные перчатки, расположились на груди. «Экая мадонна — госпожа!» — отозвалось в голове у Афелисы. За ней, согнувшись в три погибели, плелся Элид, таскающий остальные книги из подземной библиотеки.

— Это не честно! — с возмущением воскликнул Элид, утирая грязной рукой лицо. — Почему у Илекс так мало? Я что, раб какой-то? Эти книжки и черту не нужны! Все, это последний груз.

Пыль на его щеке засверкала на солнце. Потирая затылок пальцами, он чуть выгнулся назад, расставив ноги, и протянул усталый стон. Илекс лишь отвела взгляд от него, недовольно фыркнув.

— Смеешься еще? — вдруг он поставил руки на бедра, разминая плечевые мышцы. — Ну смейся! Сама бы потаскала по склону, чуть не надорваться. Эх ты… Неженка.

— Я не смеялась, — сказала Илекс, точно дураку. — Я не виновата в том, что ты сглупил и не пошел вместе со мной. Я взяла только свои учебники, а тебя заставили потащить все.

— Но все равно, — отгрызнулся Элид, давая проход подоспевшим грузчикам. — Можно было посочувствовать. Мы все же не просто так друзья, Илекс.

— Сейчас грузятся и корабль будет полностью годов к отплыву, — отозвалась Леотар, медленно подходя к Афелисе. — С вами будет плыть ценитель своего дела. На палубу уже взошли матросы, будут сменяться. Чтобы грести, нужна силушка великая.

Трое мужчин, склонились над громадными мешками, исподлобья глядя друг на друга. «Поднимай!» крикнул один матрос, напрягая все свои мышцы. По команде все разом подняли, медленными шагами восходя по деревянному мостику, ведущему на палубу. Загремел груз, кричали голоса. Один матрос, стоявший на носу корабля, приложил тыльную сторону ладонь к губам, крича: «Господин Яромил! Господин Яромил!» Сквозь толпу прорвался старик: узкие глаза его хмурились, густые, не уложенные брови нахмурились. Берег кипел взбушевавшимся народом. Ясное дело, все хотели узреть первый отплыв корабля! Даже ребята как-то стихли. Лишь подступали к берегу, садились на корточки и мочили ладони, впиваясь пальцами во влажный песок: «Холодно!» — проронил мальчишка, усмехнувшись, и стал брызгать водой в девчонку. Благо, женщина ухватила сына за шкирку. «Не смей хаос разводить! — погрозила она пальцем. — Никто не простит!». И опечаленному ребенку, понурившему нос в песок, пришлось стоять под грозным надзором матери. Эту семейку Элид хорошо знал, даже успевал пакостить этим детям. Он лишь усмехнулся, и свистом привлек взгляд негодяя. Пальцем указав на корабль, Элид дал понять, что в плавание пуститься он — один из первых!

— Ваш путь удлинится. Обычно корабли приплывают к городу, но, как вы знаете, над ним охотники. Даже если пустить барьер, то долго он не продержится. Времени слишком мало. Поэтому вам придется плыть через маленький островок на северо-востоке, а уж потом высаживаться за горами чернокнижников, — продолжала Леотар, отвлекшись на свист. — Я подробнее все обсудила с Яромилом. На борту вы успеете разговориться.

— Чернокнижники разве не смотрят в оба? — спросила Афелиса. — Будут риски, если они заметят наши разноцветные паруса.

— Они давно уже спрятались в лесу, сами высунуться не могут. Благо, что охотники не доходят до мертвого озера. Настоящая преграда. Так ведь, господин Яромил?

Прихрамывая, старик повел рукой к горам, кивая матросу. Увидев его жест, юноша спрыгнул с лестницы и скрылся в капитанской каюте. Причесывая пальцами сбившуюся бороду, он обернулся, удостоив магов поклоном. Яромил не услышал вопроса, и госпожа Леотар неловко переспросила:

— Чернокнижники ведь в лесах водятся?

— А что ж не в лесах-то? — ответно спросил он, снимая черную фуражку. — Все в лесах: боятся, как знать, волки дремучие. Домишки их пали у подножья, это точно! Они сами всех бояться, хоть и выставляют из себя великий народ! — он смеялся. Смеялся едва ли не до боли в животе. Что же такого забавного? Именно то, что бессильные и потерявшие свою значимость темные маги, обзывают себя великими! — Где же тут, в прятках, величие? Я пожалел о своих словах, когда сказал, что им бы лучше вступить в наш народ. Моя беда.

— Предатели возвращаются, — вдруг сказал Анариэль, выходя из-за спины Афелисы. — Но наше дело: пустить их или нет. Один раз наши предки допустили это, из-за милости, и что они получили в дружеский подарок? Только развал! Не более!

— Они испугаются нашего появления, я уверена в этом, — Диамет посмотрела на Анариэля, и потрепала его по плечу. — Что ж, наше дело больше не может терпеть. Не хочется наткнуться ночью на кого-нибудь… Увидимся?

Спросила она, словно плохое предчувствие вселяло ей неуверенность: «Всего лишь навязчивые мысли, — думала она. — Если бы намечалось действительно что-то плохое, то не только я бы учуяла».

— Я поплыву с вами, если тебе угодно, — ответил Анариэль, не понимая по началу, к чему прощание. — Конечно увидимся, но я хотел бы сопровождать вас. Путь долгий, скучный. Да и поговорить тебе не с кем. Конечно, если хочешь, но я уже настроился на отплыв.

— Сопровождать, — повторила Афелиса, опуская руку с его плеча. — Вот же неожиданно ты, Анариэль! В самую минуту! Ты только скрасишь нашу компанию. Не вижу преград…

— Тогда я рад, — он вздернул уголки губ. — Что же, капитан, на палубу.

— Не время. Пусть загрузят мешки, тогда и проходите, Ваше Сиятельство! — сказал Яромил, и после направился на палубу.

Афелиса удивлялась больше не известию о том, что Анариэль пересечет океан с ними, а тому, что ее не предупредили. Собрания всегда проводились после прихода всех лиц, однако в это знойное, бодрящее время — все пошло по-другому. Но ведь, если ее уже почитают за важнейшего человека, то почему же так сложилось? Диамет принимала все говоры, как новости послов. Впрочем, это известие было не значимым для народных дел. Получив приказ и спустившись с палубы, колдун, непринужденно и чуть размахивая руками, подошел к Афелисе, низко кланяясь.

— Господин Яромил поручил дать Вам знать, что корабль готов к отплыву. Капитан требует взойти на борт сейчас же, — монотонно, будто заучил. — Просим Вашей милости.

Не поднимая глаз, он через мгновение скрылся за мачтами корабля. Шум поднялся, маги подступили к самому берегу, где ног их едва ли касались тихие волны. Женские платки и накидки вздымались на ветру; мужчины, те, что не вышли матросами, угрюмо сидели на глыбах, пережевывая за щекой твердый хлеб. Во все впитался дух торжественности, но в щелях толпы проглядывала и тоска — та тоска неудачи, вызванная завистью, ведь, кто знает, когда корабль вновь переплывет целый мир… Громко, необъятно, но грусть заставляет увеличиваться терзающие моменты! Все поплелись к кораблю. Леотар застыла на месте, отвлеченная от всей кучки колдунов. Да, сильное желание было у Афелисы — неудачное послание судьбы. Нигде не выглядывал синий горб Хакан. Синий, потому что эта накидка стала будто ее частью. А как хотелось видеть свою наставницу! Сколько времени пройдет, сколько раз парусник доберётся до этих гор? Никто и не мог предположить, гадать уж боялись. Но ее взгляд не улавливал ни синего горба, ни насупившегося лица. Вдруг, стоило девушке отвернуться и ступить на лестницу вслед за Илекс, то раздалось восклицание Анариэля: