Чтение онлайн

Из соседнего подъезда, опираясь на палочку, вышла старушка с кошелкой и направилась к троллейбусной остановке.

По рации (он был снабжен ею, как и остальные участники захвата) Тормис услышал, как наблюдатель спрашивает у привлеченных к акции понятых:

– Вы знаете эту бабушку?

Ответа не было слышно, но спустя минуту в наушниках снова послышался голос наблюдателя:

– Внимание! Бабушка не опознана. Повторяю: объект с палочкой не опознан.

Еще через полминуты вокруг старухи стало стягиваться невидимое постороннему взгляду кольцо. Бабка, будто почуяв неладное, прибавила шаг, явно стараясь успеть в приближающийся автобус. Навстречу ей устремились двое крепких парней. При виде решительных молодцев старая карга стремительным движением метнула руку в кошелку, но оступилась, пошатнулась - и рухнула в грязный снег. Подскочивший парень пинком отбросил кошелку в сторону и лишь затем склонился над упавшей, чтобы убедиться в том, в чем уже был уверен, - в смерти старухи.

– Объект мертв, - доложил оперативник.

В трех шагах от неподвижного тела лежал автомат "Узи", выпавший из раскрытой кошелки.

– Кто стрелял?!
– раздался рык руководителя операции.

К соседним домам, где мог скрываться снайпер, уже бежали группы сотрудников ФСБ.

Тормис подошел к убитому, склонился над телом. Снял с головы вязанную женскую шапку с приклеенными седыми локонами. Провел по стынущей щеке Охотника пальцем, на котором остались следы грима. Всмотрелся в заострившиеся черты лица.

– Это он, - обернулся Ян к стоящему рядом Старостину.
– Опять ушел. Теперь уже навсегда.

– Кто его мог ликвидировать?
– с подозрением посмотрел на приятеля генерал.

– Уж наверно - не я, - отрезал Тормис.
– Мне он был нужен живым. Чтобы узнать имя заказчика.

К Яну Эдуардовичу приблизился, конвоируемый чекистом, сотрудник службы безопасности "Цесаря".

– Мы записали все радиосигналы в этом районе и прогнали через компьютер. Посторонних передач нет. Переговоры членов группы захвата, два "сотовика", движение которых мы отследили, рация "Скорой помощи". Все остальное - в этом же роде.

– Произведите проверку и анализ всех переговоров без исключения, - распорядился Тормис.
– Включая сотрудников ФСБ. Если работала группа, они должны были поддерживать связь.

– Ты знаешь, что подслушивать противозаконно?
– ухмыльнулся Старостин.
– Значит, я подозреваю тебя, а ты - меня?

– Не могу сказать, что тебя конкретно... Но ход мысли правильный.

– А если тебе не удастся вычленить "чужаков"?

– Значит, действовал одиночка. Ликвидатор экстра-класса.

– Способный к тому же перехватывать и расшифровывать закрытые каналы спецслужб. Они наверняка слушали наши переговоры, - добавил генерал.

Теперь, когда Охотник был мертв, настало время нанести удар по заказчикам. Но действовать следовало тонко. Ян был уверен, что чекисты внимательно следят за деятельностью его подразделения, считая Тормиса и Бачурину организаторами ликвидации Охотника.

Честно говоря, Ян сомневался в непричастности Татьяны Николаевны. Для профессионала, подобного ему, не составило труда высчитать, что в Ровске параллельно с его подразделением действовала еще одна хорошо законспирированная группа, возглавляемая умным и дерзким руководителем. Смерть Боксера и Бекаса Ян Эдуардович относил за счет именно этой группы. Неизвестно, отдавала ли сама Бачурина приказ на устранение уголовного авторитета, но обе ликвидации были явно в ее интересах. Не потеряла ли графиня голову, попробовав вкус крови? Тормису было важно выяснить это.

Татьяна Николаевна сидела за письменным столом, закутавшись в теплую шаль, и что-то писала. При появлении Яна вопросительно подняла голову.

– Охотник мертв, - сообщил Тормис, пристально глядя на женщину.

Бачурина лишь бесстрастно кивнула, будто ожидая именно такого исхода.

– Я предвидела, что без перестрелки не обойдется, - спокойно произнесла Татьяна.
– Может, это и к лучшему. Теперь хотя бы буду знать, что убийца мужа понес заслуженное наказание.

Она вновь принялась подправлять что-то карандашом. Ян сел в кресло напротив, взглянул через стол и увидел эскизы платьев. Изображения красавиц в бальных туалетах, подобные тем, что рисуют школьницы, удивили его не меньше, чем спокойствие, с которым женщина встретила известие о смерти своего потенциального убийцы. И только теперь он заметил, что в глазах Бачуриной вместо обычной в последнее время ледяной решительности одна лишь усталость.

– Перестрелки не было, - после некоторой паузы сказал Ян Эдуардович.

Таня вновь кивнула, механически продолжая ретушировать пышную прическу красавицы. Затем, словно что-то осознав остановилась и подняла глаза:

– Что вы сказали?

– Перестрелки не было. Охотника застрелил снайпер.

– Как это произошло?
– Она вновь была собранной и энергичной.

Тормис в общих чертах описал ход операции.

– И к какому выводу вы пришли?

После секундного раздумья - стоит ли что-либо говорить, он задал встречный вопрос, прозвучавший отчасти как утверждение:

– В Ровске у вас был человек. Где он сейчас?

– Думаете, это я дала указание на ликвидацию Охотника?

– Вы не ответили, - настаивал Ян.

– Он выполняет мое поручение. Здесь, в Москве. Но оно не связано с убийством киллера, - заверила Бачурина.

– Хочется этому верить. Потому, что если это не так, этого человека да и вас тоже ожидают крупные неприятности от которых не смогут защитить ни миллионы, ни телохранители. ФСБ теперь вплотную займется поисками убийцы киллера, и мы с вами в числе первых подозреваемых. Если уж я вышел на вашего человека в Ровске, то они и подавно. Тем более, что Шанхай их давний знакомый.

– Как вы сказали - Шанхай?

– Это прозвище человека, который работал... и работает на вас.

– Я его знала как Авакума.

– Авакум, - улыбнулся Ян.
– Алексей Васильевич Кумов. Под этим именем Шанхай появился в Ровске.

– И давно вы знали об Авакуме?

– Парадоксально, но сперва мы приняли его за Охотника, - признался Тормис.
– Искусствовед Борис стал вызывать у нас подозрения значительно позже.

– Извините, Ян Эдуардович, но давайте проанализируем прошедшие события несколько позже. Сейчас меня больше интересует, кто ликвидировал Охотника. Если не я и не ваши люди, то кто? ФСБ?

– Может, и они. Но не сотрудники группы захвата. Вероятно кто-то из чекистских начальников узнал о предстоящем аресте и решил избавиться от Охотника, чтобы навсегда уничтожить следы его деятельности в качестве офицера спецназа. Но скорее всего киллера подстрелили заказчики.

Бачурина покачала головой:

– Заказчики отпадают. Мы с вами знаем, что силовые акции исходили от Паши. Его неизвестный союзник только поставлял информацию и интриговал, так сказать, на "политическом" уровне. А у Паши не хватит умения устранить человека прямо под носом у ФСБ. Если бы это был Паша, исполнители уже отдыхали бы в Лефортово. Это кто-то другой. Неизвестная нам и очень серьезная фигура. Я не понимаю его игры. И это очень беспокоит.

– Скорей всего неизвестный ликвидатор - из ФСБ или ГРУ.

– Может быть... Но нам следует просчитать и другие варианты. Что-то тут не состыковывается. Но это потом... Давайте решать: что делать с Пашой. Мне кажется, смерть Охотника вынуждает нас действовать немедленно. Пока слухи об убийстве не разошлись по Москве.

– Что ж, мы можем провернуть комбинацию уже этим вечером, - после паузы согласился Ян Эдуардович.

На подготовку потребовалось несколько часов, хотя все предварительные мероприятия выполнили еще накануне.