Чтение онлайн

– Как получилось, что ты до меня не знал женщин?
– полюбопытствовала она. Если не врешь, конечно. Ведь у вас, кажется, свободные нравы - чуть ли не многоженство.

– Гм.

Юджин задумался. Он слегка поджимает губы при этом, так что образуется приятная ямочка на подбородке.

– Знаешь, у нас люди разные, как и у вас. Мне, например, отец говорил, чтобы не вздумал жениться, пока не получу образования. Дескать, остолопов в его доме и так хватает. И чтобы за девками не бегал, рано еще.

Она хихикнула:

– Так вот зачем ты удрал в Америку, чтобы поскорее жениться? А почему не стал учиться дальше, когда закончил школу? Мне все говорят, что ты умный молодой человек.
– Она подпустила в голос дозу ехидства.

Юджин улыбнулся. Все-таки беспечная у него улыбка - и не скажешь, что бегут от зловещих белых призраков, да и других неприятных встреч хватало.

– У нас совершеннолетие наступает в двадцать один год. Весной как раз исполнится. Отец говорил, что только после этого отпустит в университет, а то там слишком свободные нравы - вечеринки и женщины. А пока, мол, поработай и повидай жизнь.

– Суровый у тебя отец, - улыбнулась она.

– Да нет, часто бывает веселым. Просто у него твердые правила насчет брака, и он против сексуальной свободы... Кстати, моя мать сильно на него повлияла, хотя убежденным христианином он, по-моему, так и не стал.

– Да уж, - рассмеялась она.
– Скорее ислам на него повлиял. Ты рассказывал, что он взял Марьяну в дом, когда твоя мать еще была жива. Вы, русские, вообще язычники...

Навстречу вдруг вывернула машина. Взвыла сирена, приказывая остановиться. Джанет всмотрелась, постепенно тормозя.

– Это патруль, - сказала с облегчением.
– Ничего страшного.

Русов перестал доверять американской полиции, но делать было нечего. Они остановились. Из встречной машины вышел человек и направился к ним, другой остался за рулем. Подошедший носил камуфляжную форму, лицо было мальчишеское, но глаза смотрели настороженно.

– Документы!
– грубовато потребовал он.

Джанет с Русовым полезли в карманы. Лицо патрульного исказилось гримасой, и на Русова глянул черный зрачок пистолета.

– По одному!

В голосе прозвучали истерические нотки. Русова пробрал озноб.

– Спокойно, Юджин!
– сказала Джанет.
– Подожди, пока я достану права. Он боится, что мы оба вытащим пистолеты.

Она протянула свою карточку. Патрульный вставил ее, а потом розовую карточку Русова в устройство, которое Боб Хопкинс называл полицейским блокнотом.

– Куда едете, миссис Линдон?

Джанет глянула на руку с кольцом, и щеки порозовели.

– В Миннеаполис, навестить друзей.

– А почему выбрали эту дорогу?
– В голосе молодого патрульного все еще слышалась настороженность.
– Вы знаете, что район граничит с Черной зоной?

– У нас надежная машина, - пожала плечами Джанет.
– А такой маршрут сэкономит уйму бензина.

Патрульный отступил на шаг, вынул из-за пояса короткую трубку и провел вдоль машины. Потом спрятал обратно, повернул голову к плечу и что-то неразборчиво сказал. Несколько секунд прислушивался.

– Все в порядке, миссис Линдон, - сказал он, возвращая документы.
– Можете ехать. Дорога до Ла-Кросса проверена, сюрпризов не будет.

Он вернулся к машине, та взревела мотором и проехала мимо. Русов заметил, что это такой же "Черный ровер" серо-стального цвета. Сидевший за рулем мужчина внимательно поглядел на них.

– Надеюсь, они не передадут данные о нас в компьютер Мин-Айоу, - огорченно сказала Джанет, трогаясь с места.
– Но просить об этом не стоило. Мы показались бы подозрительными.

– А что это за трубка?
– спросил Русов.
– Патрульный что-то проверял?

Голос Джанет прозвучал невесело:

– Это счетчик вторичного излучения. Вещи, долгое время пробывшие в Черной зоне, начинают испускать излучение, подавляющее иммунитет. Есть мнение, что Черные зоны могут расползаться таким образом. Вряд ли это так, но патрули смотрят, чтобы из них ничего не вывозили. Заодно присматривают и за областями с повышенной радиацией.

В удобном месте с живописным видом на реку они перекусили. Потом поехали дальше и через час миновали Ла-Кросс.

За городом машина въехала на мост через Миссисипи. Справа громоздились синеватые облака, а слева на голубом небе сияло солнце. Река уходила к нему полосой из расплавленного серебра - длинная дорога с далекого севера к дальнему югу.

На другой стороне Миссисипи шоссе влилось в другое и стало заметно оживленнее. Джанет передала управление Русову, а сама устроилась рядом и задремала. Русов с удовольствием вел машину. Ему не доводилось ездить по такому прекрасному шоссе: в несколько рядов мчались разноцветные электромобили, то и дело попадались яркие рекламные щиты, временами проезжали красиво сплетенные транспортные развязки.

Джанет почмокала во сне и повернулась, устраиваясь поудобнее. Русов с нежностью посмотрел на нее. Как неожиданно сложилась его жизнь! Разве он думал, устраиваясь в тесной кабине самолета рядом с Сириным, что найдет свою любовь здесь, за океаном? Разве думал, что спустя несколько месяцев станет женатым мужчиной? А теперь красивая рыжекудрая девушка дремлет рядом, и ночью они обнимут друг друга и станут заниматься любовью...

''А ведь Сирин в земле, - пришла отрезвляющая мысль.
– И белые призраки на хвосте. И это не свадебное путешествие, а гонка со смертью...''

Джанет вздохнула, потянулась и открыла глаза. Внимательно поглядела на Русова.

– Что с тобой, мой любимый? Тебя что-то тревожит?

В голосе прозвучала такая любовь, что у Русова перехватило дыхание.

– Ничего, Джан, - сказал он немного погодя.
– Я просто думал, что с нами будет дальше? Как мы устроимся в Канаде?

– А, - протянула Джанет. Она села прямо и посмотрела вперед, где все выше и темнее становилась стена облаков.
– Ну, я думаю, здесь особых проблем не будет. У нас хорошие друзья, они живут на берегу озера Онтарио. Мы остановимся у них, а со временем найдем работу. Я о другом хотела поговорить с тобой, Юджин...

Она помолчала. Солнце ярко освещало дорогу, и странен был контраст между золотистым светом вокруг и мрачной синевой впереди. Джанет повернулась к Русову:

– О чем ты мечтаешь, любимый? Я более или менее знаю твое прошлое, ты многое рассказал мне. Но чего ты хочешь? К чему стремишься? Как я могу помочь тебе?.. Она умолкла. Солнце отразилось в зеркале заднего вида, и ее волосы загорелись рыжим огнем.

Русов вздохнул.

– Я часто думал об этом...
– неуверенно начал он.