Чтение онлайн

– Ищем, Евдокия Семеновна, ищем. Вот и на вашу помощь надеемся.

– Да, какая же от меня помощь? Я ж ничего не видела.

– Для начала назовите нам фамилию убитой. Откуда она? – спросил капитан безо всякой надежды, так как уже знал ответ.

– Да откуда ж я ее фамилию могу знать? Она ж только ночевать приходила. Или же домой к сыночку ездила. Очень она о нем беспокоилась. А уж заботилась как. И фрукты купит, и сладостей разных наберет, и игрушку обязательно ему везет. Таких заботливых матерей поискать еще надо. Не то, что наши свиристелки местные. Упокой, Господь, ее душу, – Евдокия Семеновна перекрестилась..

– Как же так получается, Евдокия Семеновна, – строго начал капитан, – берете жиличку себе в дом, а документы не проверяете? Вы же знаете, какая сейчас обстановка, а вы без регистрации, без документов пускаете в дом незнакомого человека. Закон нарушаете, Евдокия Семеновна.

– А ты меня не стращай. Поздно уже стращать. Хороший человек и без документов будет хорошим. А Наталья и была такой. За жилье всегда исправно и во время платила. Было время свободное, по хозяйству мне помогала. Имя ее знала, мне и достаточно. А документы пусть твоя милиция проверяет. Она мне рассказывала, что твоим архаровцам по двести рублей в месяц платила, чтобы за регистрацию не цеплялись.

– Это бездоказательно, – возмутился капитан, – за клевету на органы правопорядка можно и привлечь.

– На счет правопорядка не знаю, а орган у вас точно есть, – Евдокия Семеновна оказалась остра на язык. – Ты лучше расскажи, товарищ милиционер, что ты у Натальи по ночам делал? Наверное, документы проверял, ту самую регистрацию искал – старуха неожиданно озорно подмигнула присутствующим.

В магазине стало абсолютно тихо. Назревала сенсация местного масштаба.

– Евдокия Семеновна, измышлениями занимаетесь. Не был я никогда у Натальи. Да, знакомы, но не настолько…

– Я еще только вошла, сразу тебя признала. Только к Наталье ты в гражданской одежде приезжал.

– Врет она все, товарищи. Все закончили, – попытался прекратить неприятный разговор капитан.

– Нет, не врет, – вмешалась в разговор Алла. – Мне Наташка рассказывала, что мент к ней наведывается. Имени, конечно, не называла, но все сходится. Так что не отпирайтесь, товарищ капитан. А ты, бабуль, глазастая, – похвалила она Евдокию Семеновну.

– Ну, было, дальше что? Это моя личная жизнь, я хоть жениться не обещал, – на редкость легко сдался Неваляев. – И к убийству это никакого отношения не имеет.

– Еще, как имеет, – взяла инициативу в свои руки Алла. – Ты нас всех пытаешь, как фамилия, да откуда? Вон, как Костика напугал. Синюшно – бледный весь стал. А сам-то знаешь, как ее фамилия? Неужто в постель полез, а паспорт не спросил?

– Не знаю, – капитан не знал, куда деться от позора. – Мы встречались-то всего раза три…

– Пять, – поправила его Евдокия Семеновна.

– Пусть будет пять… Я же с ней не как милиционер встречался, а как мужчина. Зачем мне ее фамилия?

– А как же на счет бдительности, товарищ капитан? Как же ты с незнакомой женщиной, не узнав фамилии, в постель ложился. А вдруг она террористка, какая, – вовсю куражилась Алла над капитаном. – Лапшу тут на уши вешал о бдительности, о законе. А сам-то…

– Меня все засадить хотел, – подал голос Коровкин. – Я Наталью не осуждаю. Это ее личный выбор. Хотя мне душевно обидно.

– Ты бы лучше бы помолчал, – оборвал его Шмелев. – Ну, капитан, ты даешь! Это, что же получается: использование служебного положения.

– Да, я…

От окончательного позора Неваляева спасло появление в магазине двух мужчин. Один из них решительно направился к капитану:

– Из морга мы. Здесь труп?

– Здесь, – выдохнул с облегчением Неваляев.

– Оформляйте документы, да будем забирать. Нам еще за двумя «жмуриками» ехать.

– Сейчас оформлю, – ответил капитан. – Труп, как неопознанный пойдет.

– Алкаш, что ли какой?

– Нет, продавщица.

– И что никто не опознал?

– Опознать-то опознали. Фамилии не знаем. Паспорт не нашли.

– Вы, народ, даете, хотя нам все равно. Пусть будет неопознанный.

– Это как, неопознанный? – всполошилась Евдокия Семеновна. – Это что ж, как бомжа ее неизвестно где схоронят?

– Да, бабуль, именно так, как бомжа, – подтвердил один из санитаров.

– Сынок, – обратилась она к капитану, – сделай что-нибудь. У нее же сын где-то остался, а он не будет знать, где могила матери. Я заберу ее, да рядышком со своим мужем схороню. Она ж не бездомная, какая.

– Подучается, что бездомная, – как-то печально заметила Алла, и никому не нужная. Каждый попользовался ею, как мог, а теперь, знать не знаем.

– Евдокия Семеновна, успокойтесь. Я обязательно все узнаю о Наталье, хотя бы в память о ней. Обещаю, что она будет по – людски похоронена, – взволнованно ответил капитан. – Землю рыть буду, но узнаю ее фамилию.

– Эвакуированная, значит, получается пока Наталья, – с грустью произнесла Евдокия Семеновна.

– Это как? – спросил Шмелев.

– В войну, в эвакуацию я с матерью потерялась. Мне года два было. Меня в детдом отвезли. Имя свое знаю, а фамилию нет. Вот, как с Натальей, только покойница сказать не может. Дали мне новую фамилию, а мать меня так и не нашла. Только получается, что меня в детдом эвакуировали бесфамильной, а Наталью из жизни, – на последних словах Евдокия Семеновна не сдержалась и расплакалась. – Пойду с Натальей попрощаюсь. Посмотрю в последний раз.

Через мгновение старушка начинает истошно кричать:

– Господи, так это же не Наталья.

– Кто же? – Неваляев уже с трудом понимал, что происходит, а сообщение старушки окончательно дезориентировало его. – Вы, что говорите, Евдокия Семеновна. Все же опознали ее!

– Да, точно не она, – присмотрелся к лицу убитой Шмелев. – Хотя издалека, если смотреть похожа.

– Вы же все говорили, что это Наталья, – милиционер был близок к нервному срыву.

– Так и вы, товарищ капитан, говорили, – с ехидством заметила Алла. – Мне ее лицо вообще не показали, а только сказали. Да, и по правде, кто еще мог быть кроме Натальи.

– Кто первым сказал, что продавщица убита, – вмешался в разговор один из санитаров.

– Вот этот, – Шмелев кивнул в сторону Скоки – синюшника, который, привалившись к прилавку, крепко спал.

– Да он маму родную не узнает, – сказал другой санитар, посмотрев на Скоку.

– Точно. На слово поверили ему, – согласился тотчас Шмелев. – Да и как не поверить. Убитая, точно женщина. А в лицо, конечно, никто и не вглядывался. Зачем?

– Да, кто же это? – в полном отчаянии спросил Неваляев. – И, где тогда Наталья?

– Капитан, нам забирать труп? – нетерпеливо спросил санитар. – Или будет паспорт искать?

Неваляев коршуном набрасывается на Скоку и начинает его ожесточенно тормошить:

– Говори, гад, говори. Куда Наталью дел?

– Нет, мой милый, никуда я не поеду, – в ответ запел Скока, приоткрыв глаза, недовольно спросил: – Что еще? Нашли?

– Ты зачем сказал, что убитая Наталья? – держа Скоку за плечи, спросил капитан.

– А что разве не Наталья?

– Иди посмотри.

Неваляев рывком поднял Скоку на ноги. Тот подошел к убитой.