Чтение онлайн

– А эту, зачем привел? – показала Алла рукой на Наталью.

– У меня дело государственной важности, – пропустил Скоков вопрос секретарши. – Но прежде хотелось бы знать, что мне полагается за содействие власти.

– За что? – не понял Непряхин.

– За содействие государственной власти, – еще раз повторил Скока.

– Если вознаграждение было объявлено заранее, тогда нет вопросов. В противном случае все зависит от важности твоих сведений, – объяснил Неваляев. – Выкладывай, что там у тебя.

– Товарищ Скоков, нельзя, защищая государственные интересы, торговаться, – вмешался Семипостол. – Родина никогда не забывает своих верных сынов.

– Ну раз про верных сынов заговорили, точно мне ничего не обломится.

Скока уже понял, что в этом кабинете родиной за свой счет не торгуют.

– Тогда хоть выпить налейте что ли, – предложил тогда он компромиссный вариант.

– Товарищ Скоков, это администрация, а не кабак, – возмутился Семипостол. – Откуда в кабинете руководителя может быть выпивка? Здесь только документы государственной важности.

– Вань, ты прикидываешься или вправду немного того, поврежденный? Не видишь, что избиратель пришел, одноклассник твой к тому же, и хочет всего лишь выпить. Где оно школьное братство? Разуй глаза, вон в сейфе пузырь стоит.

Непряхин впервые сегодня растерялся, такого напора от Скокова он явно не ожидал, поэтому только и сказал:

– Это не мое.

– А я и не спрашиваю, чье? – окончательно разошелся Скока. – Хочешь узнать государственную тайну, наливай.

– Иван Сергеевич, пусть выпьет. Все равно не отстанет. Может, действительно что-нибудь путное знает, – примирительно предложил Неваляев.

В следующее мгновение Скока уже стоял у сейфа, по – хозяйски раскупоривая бутылку. Налил в заворуевский стакан по «Марусин поясок», и одним глотком опрокинул содержимое стакана в себя.

– А ты, что с ним не будешь? – неожиданно зло Неваляев спросил Наталью. – Может, тоже налить? Посмотри, с кем связалась? Губишь ты себя, губишь, – но жалости в голосе не было, скорее злорадство.

– Пришла суженого своего навестить, – кивнула Алла на вконец потерявшегося Заворуева. – Зря пришла, он все равно ничего не помнит. Затмение нашло.

– С кем связалась? Я смотрю, что вас Сергей Николаевич, жизнь моя беспокоит. Не беспокойтесь.

Наталья отреагировала вяло, что вполне вязалось с ее обликом: черты лица ее были анемичны и малоподвижны. Она, как вошла, так и осталась стоять на прежнем месте.

– Не беспокойтесь, Сергей Николаевич, – повторила Наталья. – Сашка, – назвала Скокова по имени, – хоть на человека похож. Уж лучше пить, чем так жить, как вы живете, я… Да что мне теперь станется? Я была уже для вас покойницей. Хуже уже не будет. Ты, что злишься?

Наталья повернулась к Алле все с тем же спокойно – безразличным видом.

– Нужен он мне очень. Ты посмотри на него, разве это мужик. Так одно недоразумение. А вечер с ним провести, почему бы и нет. Ты же себе в этом удовольствии не отказываешь? А мне сына надо на ноги поднимать. Петр Фомич много чего интересного обещал.

При последних словах Натальи Заворуев очнулся. В разговоре он не пропустил ни слова.

– Это провокация. Меня чем-то напоили. Ничего не помню. Это она меня пыталась отравить.

– Я же говорила, какой это мужик, – в первый раз улыбнулась Наталья.

– Зачем? – привычно по должности спросил Неваляев.

– Обстановку хотела дестабилизировать.

– Петр Фомич, будьте мужиком, – Наталья оживилась. – Дестабилизировать. Вы сами сплошная дестабилизация. Только неизвестно, где ее больше. В голове или в штанах.

– Это точно, пошла на примирение Алла. – Он, когда нажрется, ничего не может. Сплошная дестабилизация. Только обещает. Так ведь, подруга?

– Так.

В это время Скока хочет налить себе еще, но Неваляев отбирает у него из рук стакан.

– Все, хватит. Выкладывай свою государственную тайну.

– Хороший коньячок попиваете. Если, что важное скажу, на бутылку дадите? Без бутылки не скажу, – решительно заявил Александр Скоков. – Что одноклассник? Будет мне бутылка, – Скоков фамильярно обнял Семипостола.

– Будет, – пообещал Семипостол. – Говори, не томи.

– Тогда получайте.

Скоков из кармана трусов вытащил печать.

– Ее искали? Вот она. Гоните на бутылку.

Вот она миленькая, всполошился Заворуев и на удивление бодро выскочил из-за стола. – Говорил же я, что украли. Вот он и украл. Он и деньги украл. Где деньги?

Неваляев выхватывает из рук Скоки печать.

– Ты свой фокусы брось. Где взял ее? Украл? А деньги где? Я с тебя все до копейки вытрясу, – пригрозил милиционер. – Из-за тебя вся власть на ушах стоит.

– Это у власти любимое положение, – перешел в оппозицию Шмелев. – Петр Фомич, если ко мне претензий нет, отдавайте разрешение.

– Не будем спешить, товарищ Шмелев, – вновь проявил политическую бдительность и дальновидность Семипостол. – Мне кажется, что это не просто кража, а политический заказ. Надо понять, кому это выгодно. Необходимо найти заказчика.

– Володь, подожди со своим разрешением, С этими надо разобраться.

По неопределенному движению трудно было понять, кого имел в виду милиционер – Скоку или главу.

– Так, гражданин Скоков, говорите по – хорошему, где деньги?

Скока с неподдельным удивлением смотрит на Наталью.

– Наташ, какие деньги? Ты мне про них ничего не говорила.

– Оставьте его в покое, – Наталья встала перед Неваляевым. – Не брал он никаких денег. И печать не брал. Она у меня была. Сашка просто на бутылку хотел заработать.

– У тебя? Зачем она тебе сдалась? – не могла скрыть удивление Алла.

– Вы Наталья… не знаю, как вас по отчеству в какой-нибудь партии состоите? – поинтересовался зачем-то Семипостол.

– У меня одна партия, – усмехнулась Наталья. – Сына надо вырастить. Меня Петр Фомич, когда инспекцию магазина делал, пригласил на ужин. Сказал, что тогда не будет меня штрафовать за нарушение. Я согласилась. Куда деваться было? Денег лишних у меня нет. Знала, конечно, чем ужин закончится.