Чтение онлайн

Для Ралиса не составило большого труда разыскать комнату, где собралась родня. Во главе стола, принимая поздравления и подарки, сидела прабабушка мальчика, укачивая на руках свою новорожденную дочь. Молодая мать, несмотря на наличие у неё правнука, не была стара — ей только недавно исполнилось шесть сотен лет (для оборотня — возраст ничтожно малый).

— Я хочу посмотреть! Я хочу посмотреть! — расталкивая всех острыми локтями, Ралис пробирался сквозь толпу родственников, твёрдо намереваясь увидеть свою новорождённую двоюродную бабулю. — Бабушка Лаика! — воскликнул он, оказавшись перед лицом родственницы; женщина улыбнулась, припоминая мальчишку. — Можно мне посмотреть? Я очень хочу её увидеть, — тараторил он.

— Конечно, мой мальчик, — поддавшись чуть вперёд, Лаика показала новорожденную дочь, а та удивленно распахнула чёрные глазки, смотря на своего внука, который был старше её самой на 4 года. — А ты ей понравился.

Кто-то из родственников, собравшихся в комнате, громко засмеялся, то ли словам Лаики, то ли от шутки, которую Ралис не услышал.

— Привет, — мальчик улыбался от уха до уха, а после, подумав, протянул руку и неспешно коснулся крохотной ладошки девочки. Та засопела. Несколько пламенно рыжих локонов лежало у неё на лбу. — А как назвали?

— Бодиль, — произнесла Лаика. — Моя маленькая Бодиль.

Ралис не нашёл, что ответить, а потому просто повторил имя:

— Бодиль…

Идя по почти полностью опустевшим утренним улицам, Ралис придавался воспоминаниям о днях минувших. Его детство и юность в Тихом лесу — старшие братья, один из которых только и делал что шутил, да задирал его, а второй неизменно заступался; друзья: Бодиль, Ульв, Далия. Она…

В те годы Ралис был счастлив. Имел всё, о чём только мог мечтать, а теперь…

— Мой король, — ещё один оборотень, проходивший мимо рыжеволосого, низко поклонился, приложив ладонь к груди. Ралис коротко кивнул в ответ и пошёл дальше.

Г од 1703 Второй эпохи

Окраина Тихого леса

Серый, почти что белый, совсем молодой — только обернувшийся волком — оборотень, примерив волчью шкуру, бегал из стороны в сторону, иногда высоко задирая голову и звонко — от души — воя, да так, что эхо проносилось над спящим лесом.

— Не шуми так! — прикрикнула на собрата рыжая девочка с яркими голубыми глазами. — Ещё не хватало, чтобы родители заметили наш уход. Ох, и получим мы за эту вылазку.

— Нет в тебе, Далия, приключенческого духа, — произнёс оборотень, а слова прозвучали в головах его друзей. — Вы себе даже не представляете как это — разговаривать будучи волком. Ни с чем несравнимо! — восклицал серый.

— Если бы во мне не было приключенческого духа, я бы с тобой, оболдуем, не дружила, — фыркнула девочка.

Глядя на друзей алыми — волчьими — глазами, Ралис не понимал, как сердце его ещё не разорвалось от радости: здесь и сейчас он был так счастлив, разделяя этот момент жизни со своими друзьями. Со своей «стаей».

— Не зазнавайся, — усмехнулся светловолосый мальчишка по имени Ульв. — Скоро и мы обернёмся.

— Ох, — Ралис подбежал к друзьям совсем близко, — сколько вам ещё расти? Лет 8–9? Вы ведь малышня. Это я обернулся волком в двенадцать. Очень сомневаюсь, что вы сможете так же, — конечно же, волк так не думал, а друзья его знали, что эти слова лишь шутка — часть их привычной словесной перепалки.

Делая шаг за шагом, оборотень всё больше нависал над девочкой и мальчиком — детьми, которые только-только встретили своё седьмое лето — те, сидя на поваленном дереве, смеялись над шуточной игрой Ралиса в "злого и страшного волка". Никто не обратил внимание на шелест листьев, донесшийся из лесу.

— Ха! — прямо из-за склонившихся к земле веток на серого собрата выпрыгнула снежно белая волчица. Она повалила Ралиса на землю. — Видали мы и тех, кто раньше обращался.

Это была Бодиль — хищница поднялась, отступила от поверженного друга, отряхнула листья с шерсти и выпрямилась, но даже так не стала выше волка-Ралиса. Не удивительно, ведь она ещё совсем ребенок — две луны назад ей исполнилось восемь, а волчицей оборотень и того раньше обернулась (в шесть лет!).

— Никак в толк не возьму, куда ты так торопилась: все нормальные оборотни обращаются лет в 14–15.

— Завидуешь? Так завидуй погромче, я хочу слышать, — засмеялась белая.

— Чему уж тут завидовать? Ты ещё совсем кроха, пусть и волчица, — серый волк выпрямился, без труда возвышаясь над подругой. Будь он сейчас человеком, то позволил бы губам растянуться в привычной ухмылке.

— Это потому, Ралис, что я ребёнок. А через пару лет я вырасту и буду на голову выше тебя, — протяжно завыв, Бодиль сорвалась с места и побежала вдоль леса. Серый волк ринулся за ней. — Не догонишь, — кричала волчица, заранее зная, что не права. Из всего молодняка Ралис — самый быстрый и даже среди взрослых собратьев сложно сыскать тех, кто будет быстрее этого волчонка.

Сбив подругу с ног, оборотень остановился и, гордо выпятив грудь, заявил:

— Теперь ты водишь!

Смеясь и воя, дети-оборотни играли в пятнашки до тех самых пор, пока солнце не поднялось над лесом. Пора было возвращаться домой, ведь — как сказала Далия — не хотелось получить за эту вылазку от родителей.

— Мы готовы к отправке, мой король, — доложил оборотень Ралису. Правитель окинул взглядом выстроившиеся ровными колоннами повозки и телеги, запряжённые волами. Каждая — доверху — была наполнена провизией и питьевой водой.

— Хорошо, — рыжий кивнул. — Отправь первых через час, остальных к вечеру. Пусть растянутся по всему пути в 150 лигах друг от друга.

Оборотень кивнул и ушёл раздавать распоряжения, оставив Ралиса одного.

Вся эта провизия нужна для того, чтобы прокормить его армию в пути. Нет проку заставлять оборотней тащить еду и воду на себе и тратить драгоценные силы — вместо этого Ралис решил отправить вперёд десяток телег, возле них они и будут разбивать лагерь, а после — налегке — отправляться дальше.