Острие лезвия, ветер и любовь
Шрифт:
Путь предстоит не малый.
Год 3120 Второй эпохи
Тихий лес
— Далия, ну пойдём домой. Я хочу есть, — канючил мальчишка, прицепившийся к ноге девушки.
— А кто это у нас тут такой голодный? — смеялся Ралис, наклонившись к ребёнку. — Чего же ты вечно увязываешься за нами, если каждый раз как мы отходим от города, начинаешь ныть по поводу и без.
— Не ругайся на него, — заступилась за брата Далия. — Хелтаю скучно сидеть дома. Родители сейчас заняты младшими.
Компания из четырёх взрослый друзей и одного годовалого мальчишки, подобралась к давно знакомой и любимой опушке Тихого леса. Здесь они проводили теперь почти всё своё время.
— А чего ж ты с ровесниками не играешь? Или не берут?
— Да отстань ты от него, — шикнула (уже в который раз) Далия, а Ралис звонко рассмеялся. Хелтай нахмурился, выглядывая из-за ноги сестры, и, не отрываясь, смотрел на старшего оборотня, до тех самых пор, пока тот не прекратил смеяться и не пошёл дальше.
— Бодиль, — окликнул рыжий огненноволосую подругу, идущую впереди, — а ты-то чего такая смурная?
Ульв, подняв глаза к небу, глубоко вздохнул.
— Чего я такая смурная?! — воскликнула, обернувшись и остановив всех, девушка.
— Ралис, ну вот кто тебя за язык тянул? — прибавил Ульв. — Она только успокоилась.
— Я никогда не успокоюсь пока у власти этот идиот. Подумать только! Я маленькая девочка которая не смыслит в политике! Да сам он маленькая девочка. Ни черта не понимает как управлять Тихим лесом, а когда кто-то пытается помочь, то нос задирает. Видели те ли, моя помощь ему не нужна — сам справится.
Бодиль ещё долго не замолкала, перемывая косточки новому вождю их города — Рэндальфру, пришедшему на смену Льётольву, при котором огненноволосая девушка была первой советчицей.
— Идиот расфуфыренный! — воскликнула оборотень.
А всё потому, что Рэндальфр отказался продолжать налаживать отношения с королевством Орофера — правителя эльфов, живущих в северной части леса. Так же он отринул идею дружить с гномами, а про людей и слушать не захотел. В общем — все то, над чем годами работали Бодиль и Льётольв пошло насмарку.
— А я ведь уже смогла убедить Орофера посетить нас с дружественным визитом. Ещё бы немного… А после можно было бы налаживать отношения и с нолдорами. Говорят, что Гил-Галад сам ни раз упоминал, что такой народ как оборотни могут быть прекрасными союзниками. Приспичило же Льётольву ехать в эти горы.
О трагической гибели прежнего вождя ходили разные истории, но всё сводилось к нелепой случайности — старый оборотень, решив отправиться с визитом к гномам Эред Луин, попал под обвал на перевале Мглистых гор. В народе ходили сплетни, что это каменные великаны убили его, но это лишь сплетни.
— Конец всему, — покачала головой Бодиль. — Конец.
А как сокрушалась девушка в тот день, когда Рэндальфр, через несколько месяцев, запретил оборотням покидать Тихий лес…
— Ну чего тебе, Вилос, — Ралис тяжело вздохнул, обратив, наконец, своё внимание на паренька, что молча плелся за ним уже минут пятнадцать.
— Только что доложили, что к северу от перевала видели четырёх незнакомцев. Они пробирались в Рангар из Средиземья. Нам изловить их и наказать за нарушение границ? — парень несмело переминался с ноги на ногу под внимательным взглядом своего короля.
Ралис вмиг погрустнел, а Вилос ещё сильнее вжал голову в плечи, боясь получить наказание за плохую весть (хотя за нынешним правителем не водилось наказывать гонцов).
— Не трогайте их, — произнёс рыжий, и, поразмыслив, прибавил: — хотя лучше приведи этих гостей ко мне, только без лишнего шума, как ты умеешь.
— Да, мой король, — Вилос просиял счастливой улыбкой, низко поклонился и убежал; Ралис проводил его взглядом и покачал головой. Паренёк привязался к нему с тех самых пор как старый оборотень впервые прибыл в Рангар и больше не оставлял одного.
— Странный он, — вновь покачав головой, оборотень продолжил свой путь.
Год 3441 Второй эпохи
Минас Тирит.
Петляя по слабо знакомым улочкам Белого города, Ралис впадал в отчаяние: всё вокруг казалось ему одинаковым и заставляло ужасаться от мысли, что выбраться ему уже не суждено.
— Да чтоб вас, люди, с вашими городами! Где здесь, Моргот вас побери, ворота?! — не выдержав закричал оборотень. Возле него остановился один из пробегавших мимо солдат. Закованный в броню гондорец указал путь, и рыжий пошёл дальше. — Направо, а после через три дома налево, — проговаривал он про себя. — Так вот вы где, ворота мои, родимые!
Не в силах идти медленно — будто боясь снова потерять заветный выход — Ралис побежал.
Прошло уже несколько лет — почти пол сотни — с тех пор, как он прибыл сюда вместе с Бодиль и горсткой других оборотней. Всего их было не больше двух дюжин, но каждый безоговорочно верил в эту огненноволосую женщину с пламенным характером. Оборотень умудрилась поднять их и, вопреки закону нынешнего вождя, увести за собой, за границы Тихого леса и не абы куда, а в Гондор, на войну с Мордором.
— Да где же Эклесс и Рейсо? — остановившись у заветных врат, мужчина стал оглядываться в поисках собратьев. Ульв, Далия и Хелтай ещё с вечера отправились на помощь эльфам и людям к Чёрным вратам, а вот Ралис и остальные припозднились.
— Не мешай мне, человек! — донесся до рыжего до боли знакомый голос. — Лучше помоги чем хватай меня за руки.
Оборотень обошёл белокаменное — как и почти всё здесь — здание и оказался прямо напротив конюшен где огненноволосая женщина упрямо пыталась взобраться на коня, а два гондорца рядом отговаривали её.
— Вы мне не указ! И он тоже. Я должна быть с моим народом, пусть не как волчица пойду, так хоть верхом поеду. Ралис! Помоги мне хоть ты.
Рыжий не мог сдержать улыбку глядя на то, как подруга тщетно пыталась взобраться в седло, а причиной по которой эта картина казалась забавной был не малый срок беременности женщины — огромный живот не позволял ей без помощи усесться на спину животного.
— Хватит смеяться. Помоги! — прикрикнула Бодиль на Ралиса. Тот подошёл к дальней родственнице.