Чтение онлайн

Я достал из инвентаря зелье на максимальное восстановление маны и залпом выпил его.

— Баффы проверены? Эликсиры наготове?

Слитный, громогласный рев двадцати четырех глоток был мне ответом. Оружие взметнулось вверх, щиты ударили о панцири. Страха больше не было. Был только охотничий азарт элиты, готовой разорвать любого, кто встанет у них на пути.

— Тогда открываем, — я шагнул к дверям и толкнул свинцовую створку.

Она поддалась с тяжелым, протяжным стоном, открывая нам путь в темноту, расчерченную холодными неоновыми линиями. Рейд двинулся внутрь единым, несокрушимым потоком. Мы шли убивать совершенство.

Полностью обманув наши ожидания, за воротами оказался не босс, а начало очередного квартала, заполненного мобами.

Квартал Порядка встретил нас пугающей, стерильной утопией. Как только мы миновали порог Зеркальной Галереи, перед нами раскинулся город, который мог бы принадлежать богам, если бы те окончательно лишились рассудка.

Здесь не было камня или дерева. Все здания, от изящных многоуровневых пагод до циклопических арок, были выращены из живой, ослепительно белой кости. Гладкая, лишенная пор поверхность отражала свет парящих в вышине геометрических светил, создавая эффект операционной. Улицы были вымощены широкими плитами из натурального перламутра. Они переливались радужными разводами под нашими ногами, но этот блеск казался мертвым, как радужная пленка нефти на воде.

Все вокруг было подчинено закону абсолютной, болезненной симметрии. Ни одной лишней детали, ни одной трещины, ни одной упавшей ветки. Если слева возвышался костяной шпиль, то справа, на точно таком же расстоянии, стоял его зеркальный близнец.

— Это… это слишком правильно, — Зера невольно притормозила, оглядываясь. — Даже в эльфийских городах есть жизнь, есть беспорядок. А здесь как будто кто-то выставил настройки графики на «идеал» и удалил всё лишнее.

Впереди, на широкой площади, замерли мобы.

Слуги Совершенства

Уровень: 115 (Элита)

Тип: Системная матрица

Это были существа, отдаленно напоминающие эльфов, но лишенные индивидуальности. Их тела, казалось, были выточены из того же алебастра и кости, облачены в доспехи, которые являлись частью их плоти. Они словно были встроены в ритм этого места. Сотни Слуг двигались синхронно, одновременный поворот головы, одновременный шаг, одновременный взмах клинков, сверкающих в унисон. Это было похоже на работу гигантского часового механизма, где каждый живой объект — лишь шестеренка.

Шнырь внезапно остановился и согнулся, прижимая ладонь к животу. Его лицо, теперь полностью восстановившееся, исказилось от тошноты. Он судорожно забарабанил пальцами по воздуху, вызывая интерфейс.

[Группа][Шнырь]: Босс, меня сейчас вывернет. Тут пахнет формалином. Концентрированным, едким. Как в морге, где трупы накрасили для богатых похорон. Это не жизнь, Маркус. Это издевательство над самой идеей жизни. Всё это место… оно смердит химией и пустотой.

— Он прав, — Елена-Урса принюхалась, её медвежий нос сморщился. — Запах дезинфекции. Роланд вычистил отсюда всё «грязное» запахи.

В этот момент мой посох, [Лунный Светоч], начал вибрировать. Это не было обычным магическим откликом. Вибрация была тяжелой, низкочастотной, она передавалась от ладоней к локтям, заставляя кости ныть. Темный камень навершия налился иссиня-черным светом, и в моей голове, перекрывая шум системных логов, раздался голос.

Это был голос Удира. Но теперь он уже не шептал, а говорил весомо, как обвал в горах.

«Смотри, Искатель… Он пытается создать чистую версию нас. Он хочет излечить мир, удалив из него противоречия. Он думает, что если убрать расщепление, если лишить нас двойственности, мы снова станем совершенными.»

Я замер, вслушиваясь в этот голос, пока рейд медленно продвигался по перламутровой мостовой. Удир же продолжал.

«Но он ошибается, Боги стали больны не потому, что они несовершенны. Они стали больны, потому что мир стал болен. Нельзя лечить плоды, когда корень отравлен ложью. Роланд создает марионеток, лишенных памяти о боли, но боль, это часть кода мирозданья.»

Посох вспыхнул, и я увидел на мгновение истинный облик Удира — колоссальную фигуру, застывшую между льдом и цветущим лугом.

«Мы, Спящие, это не просто древние боги. Мы, память о том, какими божества были до того, как Война Раскола разбила каждого из нас на Свет и Тьму. Мы, целостность. Нас нужно не просто разбудить, Маркус. Нас нужно привить этой новой памятью. Сделать инъекцию истины в зараженную систему. Если ты разбудишь нас правильно, вирус Роланда не сможет нас переписать. Он не сможет ассимилировать то, что осознает свою полноту.»

— Вы, антитела, — прошептал я, осознавая истинную цель своей божественной цепочки квестов.

Странник не просто хотел, чтобы я «нашел богов». Он хотел, чтобы я создал систему защиты, основанную на первоначальном, неискаженном коде.

Голос Удира начал затихать, оставляя после себя лишь холод в пальцах.

«Иди, т вой путь лежит к ядру. Роланд уже тянет свои нити к эльфийской душе. Не дай ему завершить обновление, иначе память будет стерта навсегда.»

Я встряхнул головой, возвращаясь к реальности Квартала Порядка. Слуги Совершенства уже начали разворачиваться в нашу сторону. Их движения были идеально плавными, лишенными малейшего замаха или подготовки.

— Внимание, рейд! — я поднял посох, чувствуя, как внутри него пульсирует мощь Спящего Бога. — Не дайте им зажать нас в коробку! Они, детали механизма, ломайте их ритм! Ренджи, бьем по коленям, сбиваем синхронизацию!

Бой в Квартале Порядка обещал быть математически выверенным и беспощадным. Но теперь я знал не только «как» бороться, но и «почему». Мы были здесь, чтобы спасти память мира от идеального забвения.

Расправится со Слугами Совершенство не составило никакого труда, идеальный порядок переломлен в мгновение ока, так как все действия противника были предсказуемы и прозрачны.

Порог следующего зала не просто отделял одну локацию от другой — он служил границей между совершенством порядка и кошмаром духа.

Едва костяные своды Квартала Порядка остались позади, рейд оказался в пространстве, где само понятие «направления» утратило смысл.

Зал [Зеркала Истины] ошеломлял. Здесь не было ни единого клочка поверхности, который бы не отражал свет. Пол, стены и уходящий в бесконечную высь купол состояли из сплошных зеркальных панелей, подогнанных друг к другу с такой сверхъестественной точностью, что швы казались тонкими волосками золотого света. Мы замерли в центре этого сверкающего лабиринта, и тысячи наших отражений, множась до бесконечности, заполнили всё видимое пространство.