Чтение онлайн

– Использовать?
– ухватилась она за сомнительное последнее утверждение, а потом пласты памяти всколыхнулись в ней: старик в увешанных сухими листочками и веточками балахонах ворвался в ее сознание, проговаривая ту же идею - использовать Мертвое озеро.

Леран не ответил. Энди засомневалась: сколько же ему лет? И был ли у него возраст?

– Леран... Почему ты говорил со мной так в нашу первую встречу там, в тюрьме?

– Потому что я видел за тобой присутствие Салиест Темпелы, слышал, как мир говорит твоими устами... Я видел в тебе олицетворение его, так же, как вижу сейчас...

Словно в рассыпчатой дымке Энди видела, как они вскочили на спины своих коней, как обогнули Ревен. Она ехала, ничего не понимая и почти не ощущая.

Когда они преодолели половину пути, Леран остановился.

– Я возвращаюсь в Хафис, - сообщил лекан.

– Почему?

– Моя миссия в Приюте выполнена, да и к тому же я не умею толком веселиться, - ответил он.

Они немного помолчали. Энди пыталась сообразить что-то заключительное, но у нее никак не получалось. В конце концов, сообразил Леран.

– Я буду ждать тебя.

Он развернул коня и помчался в Слепой лес.

А Энди, словно пьяная, кивнула и что-то бессвязно пробормотала, направив Кристо к Приюту. Хотя, быть может, это он сам избрал направление - мозг ее был не в состоянии принимать решения.

Но чем дальше от нее удалялся Леран, чем больше шагов делал Кристо, приближая ее к горящему множеством огней Приюту, тем яснее становился ее ум. Отпуская Кристо перед воротами крепости, она знала, что овладеет возможностями Мертвого озера.

Шум и галдеж, проносящиеся туда-сюда в пространстве Приюта, несколько ошарашили ее. Талены разбуянились вовсю. Повсюду кто-то что-то пел или говорил, там и сям смех перекрывал любые голоса, а отрывистые визги разбивали воздух вдребезги, и оттого казалось, что вдыхаешь теплые расплавленные осколки. Мужчины и женщины, не стесняясь, горланили всякие житейские песни, а дети и взрослые играли, кувыркаясь в воздухе и катаясь по земле. Но настоящих танцев нигде не было видно, и даже не слышно музыки кроме той, на которую слагались песни:

Тернистый путь ни долог, ни краток,

Яд от ран его всегда сладок,

Небо над ним сыплет теплом,

А земля усмиряет пытливым умом.

Прозрачный путь усмиряет силу,

Повинуется ленности призыву,

В его пустотах желанно утомление,

Единственно доступное забвение...

Так пели женщины, нежно растягивая слога, а напротив певиц мужчины весело захлопали в ладоши и начали притоптывать в такт ногами:

Сказал Ревен: "А ну ка, друг!

Пойдем с тобой ловить подруг!"

Хафис поморщился и стал

Сгребать с листков ненужный хлам.

Оглянулися друзья вокруг:

Пустырь! Но не взял испуг!

Поднатужимся: шаг один,

Постараемся - взлетим!

Бродили долго: искали они

Пополнение брачной родни.

Но дороже им стала братская любовь

И не захотели они любить врозь.

"Эх, дружище, на что жены нам -

Пригреем невинность к нашим сердцам!"

Так они нашли себе сестру:

Быстротечную и Огибающую реку...

...И казалось, что мужчины и женщины играют друг с другом, общаясь музыкой и ритмом. Энди невольно заулыбалась: звонко и прозрачно она залилась тихим смехом, и восторг оживил ее дух. Она, позабыв о Леране и Мертвом озере, с писком побежала к группе играющих девиц.

Они стояли парами, вместе прыгая через веревку, которую держали другие девушки. Если прыгуньи не справлялись, то им полагалась начать песню, которую подхватывали все. Эта игра не подразумевала проигравших - как и все таленские игры.

Энди мигом приняли в компанию, и она схватилась за руку с какой-то рыжеволосой ровесницей. Вместе они справлялись достаточно неплохо! Однако, пришлось-таки начать песнь, но от этого радости только прибавилось. Она запела известную всем таленам историю. Девушки, едва заслышав первые слова, подхватили и создали мелодию: десяток голосов обласкал ночной воздух, горячий от жара таленских умов.

Небо вздохнул громко,

Слезами землю оросив,

Было ему тяжело и томно:

Он познал смерти призыв.

В первый раз его снега

Почвы зеленые накрыли.

Земля была ему верна,

Но холода ее убили.

Долгой его печаль была -

Удлинялась серыми тучами.

И зима пред собой мела

Его ледяные слезы колючие.

Снова поднялись времена -

Сквозь снег потекла вода!

Время напиталось тепла,

И небу предстала весна.

Ему открыла она

Их с землей дитя -

Прекрасный цветок. И тогда

Понял небо времена.

Где-то вдалеке раздался гром, и одновременно с этим в воздухе над крепостью стала разноситься музыка. Постепенно все притихли, и когда единственным звуком стала мелодия, Армад провозгласил начало танцев.

Один за другим, мужчины и девушки начали кружиться вокруг костров. Они звали друг друга, вытягивая из толпы. Энди тоже подскочила к какому-то лекану и схватила его за руку.

Она танцевала до тех пор, пока в голове не стало совсем пусто. Разгоряченная, она оставила своего кавалера и отыскала Падифа. Он сидел у костра вместе с другими таленами, которые либо не могли танцевать, либо слишком устали.

Лицо Падифа выражало мягкое спокойствие и еще какое-то чувство, еще не виданное девушкой на его лице. Пытаясь понять, что это, она спросила:

– Что ты чувствуешь?

– Покой... Хоть и ложный...
– прошептал он.

– Любовь вдыхает вкус этого праздника...
– после молчания сказала она.

– Любовь...
– как в тумане, повторил Падиф.

– Что это с тобой?
– спросила она.

– То же, что и со всеми, - мило улыбнувшись, ответствовал он, - Любовь.

И он тихо забулькал смехом, переливчатым и коротким. Энди, не зная, как ей быть, тоже заулыбалась. Падиф словно бы снова был счастлив, как в начале праздника.