Чтение онлайн

– Он знает.

– Он знает?
– шокировано переспросила девушка, - И каково его мнение?

Ответом ей послужило молчание. Ревены вдруг утратили всю свою уверенность и растерянно переглянулись.

– Значит, вы его не спрашивали... Но как вы вообще тогда можете рассуждать об этом? Быть может, Падиф вообще не согласится на подобное!

– Он согласится. Иначе он не ослушался бы Танхета. Иначе он не тот, кто нам нужен!

Энди уронила голову в подставленные ладони. В глазах ревенов Падиф сам совершал все необходимое, чтобы заручиться их поддержкой и занять место отца, но она-то знала, что все действия друга были направлены на создание ее жизни в Инскримен: именно из-за ее поисков он стал тем, кем был. А потому она не могла верить в то, что Падиф страстно желает руководить ревенским народом.

– Ваша уверенность не распространяется на меня, - пробормотала она и поднялась, намереваясь уйти.

– Значит, твой голос будет против?
– задержал ее один из ревенов.

– Я не знаю...
– прошептала девушка и, напуганная, поспешила прочь.

Быстрым шагом она направилась к выходу из Приюта, желая забыться на просторах Уделимых холмов вместе с Ветром. От спокойствия, с коим она проснулась, не осталось и крохи: руки ее тряслись от волнения, а голова кипела от негодования. Она думала о том, как же прекрасно все было, когда Падиф оставался только Падифом, а не сыном ревенского правителя, на которого возлагают лавры всеобщего руководства... Быть может, он и действительно уже тогда знал все это и именно потому скрывал от девушки правду? Он, как и всегда, старался ее защитить...

Не разбирая дороги, Энди натолкнулась на кого-то, и тут же чья-то рука схватила ее за плечо, не давая ей возможности продолжить идти. Эта настойчивость разозлила девушку, и она грубо смахнула с себя руку в тонкой черной перчатке. Переливчатый смех раздался у нее над ухом.

– Ох-хо, чудное утро, а ты уже нервничаешь!
– громко заголосил Падиф, и несколько голов обернулись на этот звук.

Энди, осознав, кто перед ней, перестала трепыхаться и безвольно обмякла. Волна облегчения захлестнула ее с головой, и она глубоко вздохнула, вдыхая запах костра, исходивший от одежд друга. Сегодня он выглядел не лучше, чем вчера: правая рука по-прежнему висела на боку, кожа полупрозрачным белым слоем покрывала мышцы, и двигался Падиф, все так же подбираясь под себя. Но все эти лишения отнюдь не отобрали у него силу здоровой руки, и захват оказался достаточно цепким, чтобы удержать брыкавшуюся девушку.

– Будешь тут нервничать, когда...
– начала Энди, но запнулась: в радостных глазах Падифа вдруг отразилась тревога, вызванная ее резким выпадом, и девушка решила, что не может нарушать спокойствие друга, - Когда еда из рук валится...
– добавила она и пожала плечами.

– Хм, ну это поправимо!
– голосом, не допускающим тоски, воскликнул мужчина и унесся взглядом поверх ее головы к поварской стойке.

А Энди внимательно всмотрелась в его лицо: внутренние механизмы его сознания дали сбой. Пару месяцев назад он бы с легкостью заметил истинные причины беспокойства подруги, а сегодня она смогла так запросто его провести. Хотя, быть может, Падиф просто перестал контролировать каждый поворот течения ее жизни, ведь сейчас ему было, о чем подумать кроме нее.

– Да ничего страшного! Я наелась, - заверила она его.

– Даже если так, то почему ты уходишь?
– спросил он с таким наивным удивлением, что у девушки брови сами собой поползли вверх от умиления.

– А что тут еще делать?

– Армад собирает всех для обсуждения праздника!
– возвестил Падиф не хуже гонца, доносящего благую новость, - Ты позабыла?

– Э-э-э... Да, - призналась Энди, а про себя подумала, что думать о веселье достаточно сложно.

– Но это не означает, что пропускать праздники из-за этого позволительно!
– задорно воскликнул он и потянул подругу за собой обратно в Приют, где собиралось все больше и больше людей.

Падиф шел медленной, но осанистой походкой. Все вокруг приветствовали его, а он отвечал доброжелательными кивками и лучезарными улыбками. Энди, волочась за ним, чувствовала себя грозовой тучей на фоне ясного солнца, поэтому старалась стряхнуть хмурость, но это у нее не очень-то получалось. Все, что она могла, это только удивляться безграничному запасу любви, что исходила от Падифа, и его непоколебимой воле к жизни. И тогда странная мысль зарделась в мозгу девушки: быть может, все ее тревоги - пустое? Быть может, Падиф должен стать их спасителем, а не она?

Они уселись, прислонившись к одному из зданий, окружающих башню. Падиф, присаживаясь, попросил у Энди помощи, потому что не мог напрягать мышцы пресса. Всем своим весом он налег на девушку, и она, стиснув зубы, усадила его на мягкую траву, а затем и сама ухнулась рядом. Благодарные черные глаза обдали ее терпким взором, а она только махнула рукой: наконец пришла и ее очередь выручать друга. Падиф понял это и промолчал, и его спокойствие было для девушки лучшей наградой.

Армад появился скоро. Его блондинистая шевелюра и хищнический взгляд неожиданно возникли в центре толпы. Он каким-то образом умудрился подкатить к этому месту пень и проворно залез на него, чтобы видеть всех и быть видимым. Широко расправив руки, он разнесся над таленами мощным мысленным призывом, спрашивая всех присоединиться к его сознанию и создать огромный мысленный шатер. Энди влилась в общее сознание.

Девушка ощутила, как непривычно слабо вибрирует коллективный разум: талены, утомленные битвой, еще не наполнили свои Хранилища снов сполна. Мысли же Падифа едва ощущались. Она заметила, как темные круги резко очертили его глаза: ему было очень тяжело поддерживать со всеми связь.

– Ничего, связанного с основаниями!
– начал мысль Армад, - Наставники учили нас уважать союз физической силы и мысли, но сегодня заново объединяются два народа, и объединяются, в первую очередь, для противостояния врагу, а сделать это можно, только если сами люди останутся живы! Если останутся живы их тела, если в наших венах будет пульсировать кровь! Много таленов уже отдали свои жизни за право быть живыми. Союз ревенов и леканов служит выживанию таленов. Мы талены, но мы и люди из плоти! Поэтому Селемер, Ламар, Квирнар и Илень не участвуют в празднике! Вы согласны?
– и тут общий разум дрогнул от шквала одобрения, - талены были так слабы, что радовались, что им не придется общаться с основаниями, и Армад продолжил, - Праздник пройдет здесь, в Приюте, через пять дней. Устроим танцы и песни, разожжем костры, приготовим вкусные блюда, проведем игры и поймем, что без мысли мы можем быть едины!
– и еще одно согласие прокатилось в коллективном сознании, а Падиф почему-то усмехнулся, - А теперь мне нужно несколько человек для подготовки...

Армад, сплотив вокруг себя небольшую группу, удалился, и все остальные талены начали расходиться. Девушка удивленно повернулась к Падифу.

– И все?
– в голос спросила она, оберегая сознание друга.

– А что еще ты ждала?
– вопросом на вопрос ответил друг.

– Здесь явно есть что-то еще...
– процедила девушка.

– Да, да, есть, - вздохнул он, - Армад дал понять, что не одобряет зацикленности отца на единственно мысленной сущности таленов. Он посвящает этот праздник сохранению таленов как таковых, а не только их морально-духовной сути, - он сделал паузу, - И, как ты видела, очень многие поддерживают его в этой идее.

– А ты поддерживаешь?
– проникновенно спросила Энди.

Падиф не сразу отозвался на ее интерес. Он задумался, и лицо его покрыла смертельная тоска.

– Энди!
– неожиданно возвышенным и строгим голосом произнес он, и его черные туннели просочились сквозь задворки ее разума, - Показывай мне то, что именно думаешь, - от этих холодных звуков у девушки все съежилось внутри, - Не играй с моим сознанием - оно еще недостаточно сильно, чтобы раскусить твое изощренное любопытство, - сказав это, он снова расслабился и посветлел лицом, а Энди замерла, не смея громко дышать.

Она поняла, что ошиблась, позволив своему состраданию заставить себя думать, что разум мужчины не может работать четко и слаженно. Пусть душа его болеет, но он по-прежнему в силах постоять за себя. Она поняла, что он отлично осознает ответственность, которую возлагают на него ревенские собратья.

– Что бы с тобой ни случилось, ты никому не дашь победить себя, - прошептала она, смотрясь в отражение в огромных глазах друга.

Падиф улыбнулся. Он понял.

– Да, - сказал он так, как будто действительно мог справиться со всем на свете.