Песочные часы вселенной. Возвращение.
Шрифт:
Нехотя все покинули кабинет. Доктор Морис закрыл за ними дверь.
– Черт знает, что такое, - сказал он сам себе.
– Как вы себя чувствуете? – спросил доктор Артура.
– Не знаю, - довольно бодро ответил Артур.
– Это хороший ответ, значит, вам не очень плохо.
Доктор сел на край дивана, на котором лежал Артур.
– А теперь рассказывайте мне, за каким чертом вы устроили все это?
– Догадались?
– Думали, что я совсем никчемный доктор? Ошибаетесь, Артур. Обморок от притворства я легко различаю, - насмешливо сказал доктор Морис.
– Надеюсь, это не единственное, что вы можете делать? – серьезно спросил Артур.
– Нет, конечно… то есть, что за намеки? Зачем я вам понадобился? Не могли позвать меня менее экстравагантным образом? – сердито спросил доктор.
– Между прочим, я вас не звал. Со мной, действительно, случился обморок, - спокойно ответил Артур.
– Да?
– Да. Когда я пришел в себя, то понял, что успели вызвать вас.
– А, почему вы не дали понять, что пришли в сознание?
– А, зачем? Так хорошо, лежишь спокойно и слушаешь, как все вокруг оплакивают мою преждевременную кончину и взывают Богу о помощи.
– Ну, знаете ли, меня ждут мои больные, а вы позволяете себе, черт знает что. Это возмутительно. Стыдно должно быть, - доктор резко поднялся, но тут же сел обратно.
– Подождите, так у вас, действительно, был обморок? Это уже серьезно. Дайте мне ваш пульс.
– Я не могу дать вам пульс, доктор.
– Не придирайтесь к словам, дайте руку.
С этими словами доктор Морис взял Артура за руку и стал считать его пульс.
– Знаете, доктор, мне сегодня впервые стало страшно, - медленно произнес Артур.
– Почему? – удивленно спросил доктор.
– Меня испугала эта женщина, Томмати Джеральд. Казалось бы, приятная, красивая женщина, а вот ушла она, и словно ужас какой-то в меня вселился. А тут еще Патрик сказал, что она – Дьявол. Что все это может значить? Может быть, мне обратиться к психиатру? Что вы молчите, скажите мне хоть что-нибудь?
– Я сам вздрагиваю каждый раз, когда вижу эту женщину, - тихо и грустно ответил доктор Морис.
– Да? Как интересно. Хотите рюмочку коньячку? – неожиданно спросил Артур вставая.
– Хочу, - охотно согласился доктор.
Артур открыл бар и достал оттуда запечатанную бутылку с коньяком, два бокала и жестяную коробку с соленым печеньем.
– Давайте, доктор, выпьем с вами за здоровье, - сказал Артур.
– Давайте, - согласился доктор и залпом проглотил свой коньяк.
Артур удивленно на него посмотрел, и, удобно устроившись в кресле, сказал:
– Нужно беречь свое здоровье, а то, уже хорошенькие женщины доводят меня до обморока.
Доктор устало посмотрел на Артура и сказал:
– Зачем она к вам приходила?
– О, у нее была очень уважительная причина. Я бы сказал, причина, заслуживающая уважения.
– Да? – спросил доктор, и голос его прозвучал как-то надтреснуто.
– Он наполнил бокалы коньяком и сказал: - Я желаю вам, Артур, чтобы никакие причины больше не приводили бы ее в ваш дом. Будьте здоровы.
– А, что так? – спросил Артур.
– Она мне понравилась.
– Да?
– Да. Очень. Такая интересная женщина. Она меня так растрогала своей просьбой.
– Она просила вам о чем-то? – настороженно спросил доктор Морис.
– Ну, да. Я, ведь, говорю, у нее была причина для своего визита. Бедняжка, она не могла обратиться с этой просьбой к Эмели.
– А к вам смогла, - сказал доктор и снова наполнил бокалы.
– Доктор, печенье, - сказал Артур, но тот проигнорировал его предложение. – Да, а ко мне смогла.
– О чем же она вас просила?
– Пустяк. Только женщина с тонкой душой могла плакать о книге, когда-то подаренной Джеймсу.
Доктор помрачнел и схватил Артура за руку.
– Что, доктор, хотите узнать, какой у меня пульс? Я чувствую себя, как нельзя лучше.
– Простите, я просто несколько взволнован. Вы сказали, что она просила книгу? Какую именно?
– А вот эту. На полке…
Артур встал со стула и, слегка пошатываясь, подошел к книжному шкафу. Он снял с полки книгу и показал ее доктору.
– Вот за этой книгой она и приходила. Зеленая. Походы крестовые, то есть, крестовые походы.
– И вы не отдали ее?
– Как не отдал? Отдал, - уверенно сказал Артур.
– А, почему она снова у вас? – спросил доктор.
– У меня? – Артур растерянно посмотрел на книгу и сказал:
– Что же это такое?
Артур отбросил книгу в сторону и сел на свой стул.
– А я ведь ее отдал, - медленно и тихо сказал он. – Выпьем, доктор.
Тот послушно кивнул.
– Доктор, что со мной? Я - сумасшедший?
– Нет.
– Нет?
– Нет, вы вполне нормальны. Но больше ни-ни, - и доктор погрозил в воздухе пальцем.
– Что, ни-ни? – не понимая, спросил Артур.
– Не пускайте ее к себе, эта женщина может дурно повлиять на вас, - печально сказал доктор.
– Каким образом, позвольте вас спросить, она сможет на меня дурно влиять? – спросил Артур, жуя печенье.
– Я не знаю, как она будет дейстовать с вами, но каждый, кто имел с ней дело, потом сильно сожалел о том, что, вообще, познакомился с ней, - ответил доктор и с тоской посмотрел на опустевшую бутылку.
– Так значит, ты и есть мой новый дом? – сказал Артур, стоя перед бывшим домом Эмели.
Дом молчал. Он смотрел на Артура своими темными окнами, на которых не было гардин, портьер, и на подоконниках которого не стояли цветы. Окна были темны, но живы. Дом, несмотря на то, что нуждался в капитальном ремонте, не казался заброшенным и пустым. Отнюдь, он, скорее, походил на некое существо, которое не нуждалось в гардинах, цветах и прочем убранстве. Дом жил своей жизнью и, как будто, не зависел от заботливых рук людей. Ему даже было все равно, нравятся людям его потрескавшиеся стены или нет.