Чтение онлайн

– Глупости. В вашем возрасте хочется навещать хорошеньких девушек, а не стареньких бабушек.

– Я - исключение из правил.

– В самом деле? Рассчитываете на мое наследство?

– Что вы? В последнее время на мою долю выпало столько наследства, что хотелось бы, чтобы его было меньше или, чтобы его, вообще, не было. Я не жаден, бабушка.

– Не называйте меня бабушкой.

– Хорошо, миссис Клайнс, как скажете.

– Думаете, что, если у меня нет собственных внуков, я буду называть внуком вас?

– Нет, миссис Клайнс, я так не думаю. Просто хотел быть вежливым с женщиной, которая является моей родственницей. Но, если такое родственное и ласковое слово, как «бабушка» вам не нравится, я не стану его больше употреблять.

– Последний раз я видела вас на похоронах.

– Да, миссис Клайнс.

– Хорошие были похороны, пышные. Я даже расчувствовалась. Вот, ведь, не думала, что способна на это. Молодые не должны умирать. Нет, они должны жить, стареть и болеть. А, когда жизнь станет им уже не в радость, вот тогда и должна прийти к ним смерть. Это может быть и жестоко, но справедливо. Что молчите? Не согласны? Я прожила очень долгую жизнь. Сейчас я жалею о том, что не писала мемуаров. Это было бы очень поучительно для вас, молодых. Кто еще научит вас чему-нибудь путному, как не мы, люди, которые имеют такой большой жизненный опыт.

– Я согласен с вами, миссис Клайнс.

– А, зачем вы пришли? Только для того, чтобы соглашаться с тем, что я говорю?

– Я пришел навестить вас, узнать о вашем здоровье. А также о том, не нужна ли вам моя помощь в чем-либо.

– Это было бы очень похвально, если бы было правдой.

– Не могу не восхищаться вашей проницательностью, миссис Клайнс. Я пришел не только навестить вас, но и спросить вашего совета.

– Моего совета? Это странно, и даже забавно. Я уже не помню, когда у меня спрашивали совета. Последний раз это было еще тогда, когда был жив мой муж. Он был необыкновенным человеком, теперь таких людей уже нет. Мы прожили счастливую жизнь. А, может быть, мне, все-таки, начать писать мемуары, а? Как думаете?

– Конечно. Я думаю, что с вашей прекрасной памятью вы напишете хорошие мемуары.

– Да, я посвящу их моему мужу. Он был для меня единственным любимым человеком. Сейчас у вас, молодых, все иначе. Нет настоящего долга, настоящей любви. Так, что там у вас? Какой вам нужнен совет?

– Я хотел бы посоветоваться с вами относительно старого дома Эмели.

– А, что вам в этом доме?

– Вы, вероятно, не знаете. Эмели оставила этот дом мне в наследство.

– Как? Она завещание составила? – удивилась миссис Клайнс.

– Да. Нотариус Кинстон огласил содержание завещания через три дня после ее смерти.

– Странно, - тихо произнесла миссис Клайнс и встала с кресла.

Пройдя немного по комнате с задумчивым видом, миссис Клайнс снова села в свое кресло.

– Продолжайте, - произнесла она.

– Да, этот дом теперь мой, и я хотел бы посоветоваться с вами. Вы, конечно, меня простите, что я отвлекаю вас такими пустяками, но я не могу принять решения, не узнав мнения такого умного и опытного человека, как вы, миссис Клайнс.

– Ничего, вы меня не отвлекли. Это правильно, что вы решили прийти ко мне за советом. Надеюсь, что вы не только выслушаете мой совет, но и поспешите им воспользоваться. Переходите к делу.

– Так вот, этот старый дом теперь мой, и вот я подумал, может быть, лучше продать его?

– А, что, есть покупатель? – строго спросила миссис Клайнс.

– Да, покупатель как раз имеется, - ответил Артур.

– Кто он? – нетерпеливо спросила миссис Клайнс и даже наклонилась вперед.

– Вы его хорошо знаете, это мистер Хаббард, - слегка небрежно ответил Артур.

– Он? – тихо спросила миссис Клайнс. – Никогда бы не подумала. И, что он говорит, зачем ему дом?

– Говорит, что обещал Эмели отреставрировать его. Хочет сдержать свое обещание в память о ней, - ответил Артур, внимательно следя за реакцией миссис Клайнс.

– Память… память у него, оказывается, хорошая.

– Что вы хотите этим сказать?

– Не продавай дом, пусть лучше развалится, - твердо сказала миссис Клайнс.

– Почему? Это хорошая сделка, и, к тому же, его желание продиктовано благими намерениями, - сказал Артур.

– Не продавай, - крикнула миссис Клайнс и стукнула кулаком по столу.

– Хорошо, только я беспокоюсь вот о чем, а, вдруг, это неправильно поступать против последнего желания Эмели, вдруг, это грешно? – спросил Артур.

– Грех? – снова крикнула Гертруда.
– Что ты знаешь о грехах, мальчишка?

– Ради Бога, не нужно нервничать. Я с вами согласен, вот только…

– Что только? – перебила его Гертруда.

– Только, если я вас правильно понял, вы против не самой продажи дома, а против того, чтобы дом был продан именно мистеру Хаббарду. Если он такой уж плохой человек, быть может, мне вообще не стоит в будущем иметь с ним дела?

Гертруда прищурилась и слегка надменно сказала:

– Я знаю, что ты лжешь.

– О чем?

– Я знаю, что твоя инфантильная манера говорить со мной – наиграна. Ты хочешь услышать от меня мое мнение об этом человеке и напускаешь на себя вид простачка, который нуждается в бабушкиных советах. Думаешь, что я старая дура? Я стара, но никогда не была дурой, не стала ею и в старости. Ум – это мое наказание. Иногда нужно быть глупой, не понимать, не замечать и не высказываться. Впрочем, я тебя не виню. Ты поступил совершенно правильно, рассчитывая спровоцировать меня на беседу. Давай поговорим, ты неплохой человек, совсем не похож на Блоров.

– Простите меня, жаль, не могу назвать вас бабушкой. Но я, действительно, очень нуждаюсь в вашей помощи. Если вы мне не поможете, я просто не знаю, что и делать.

– Ладно, уж, зови бабушкой, если так сильно хочется. Так, значит, Хаббард хочет купить у тебя дом. Я хорошо знала его родителей и хорошо знаю его. Он нечестный человек. Остерегайся его. Если он задумал купить эту старую развалюху, значит, задумал что-то нехорошее. Не может быть такая покупка коммерческой сделкой. И, тем более, не может это быть обязательством перед этой Эмели. Я не хочу, чтобы тебя втянули в какую-то авантюру. Раз ты пришел ко мне за советом, так слушай меня и не имей с ним никаких дел. Я еще доживу до того дня, когда над Хаббардом замахнется меч правосудия! – сказала Гертруда и взмахнула рукой, словно показывая, как меч правосудия опустится на голову мистера Хаббарда.

Сюзанна с нетерпением ждала возвращения Артура и от нечего делать ходила по комнатам старого дома. Она настолько погрузилась в свои размышления, что ничего вокруг не замечала. А, между тем, по углам комнаты, в которой была сейчас Сюзанна, сгущались темные тени. Тени возникали, росли, уменьшались, перемещались, надвигались друг на друга, словно это были тени всех тех людей, которые жили когда-то в этом доме, а теперь возникли и, толкаясь, с любопытством смотрели на Сюзанну.