Чтение онлайн

Время шло. Многие перемены произошли в этой семье. Изменился и сам дом, он перестаивался, становился больше, но та вещь, котороя была входом в другой мир, так и оставалась в доме нетронутой. Из поколения в поколение передавались и записи об удивительных событиях этой семьи, которые, откровенно говоря, никто толком и не читал, пока не попали они в руки одного из потомков Мартина. Это был юноша с очень ранимой психикой, неуравновешенный и впечатлительный. Прочтя все эти записи, он не отнесся к ним, как к сказке. Он поверил каждому написанному слову и решил, как можно больше, узнать о загадочных событиях тех лет. Он долго думал об этом, и не придумал ничего лучше, чем вызвать дух своего предка, погибшего при таинственных событиях. Кто надоумил его сделать это, как у него это получилось – неизвестно. Может быть, сама атмосфера дома помогла ему в этом, что дух погибшего младшего сына Мартина предстал перед пораженным юношей.

Впечатлительный юноша никак не ожидал увидеть перед собой призрак своего предка. Его фигура была несколько прозрачна, голос тихий и зловещий. Нервы юноши не выдержали, и он впал в глубокий сон, который продлился несколько дней. Но и во сне этот юноша не нашел для себя спасения от вызванного им видения. Сколько длися этот сон, столько времени и страдал этот юноша. Дух предка преследовал его и грозился увести с собой за то, что он проявил неуважение по отношению к нему. Напоследок он рассказал ему о том, что некогда в доме был вход в иной мир и даже показал, как открыть этот вход. Зачем дух сделал это, теперь трудно сказать. Близкие юноши, обеспокоенные его долгим и крепким сном, обратились к врачу, но он оказался бессилен разбудить его. И только, спустя три дня юноша проснулся сам и был совершенно здоров. Теперь он все знал, но открыть этот вход он не решился. Он только продолжил фамильные записи, описав, что с ним произошло, и что он узнал. Таким образом, в семье появилась еще одна, весьма необычная тетрадь с очень опасными знаниями.

Время шло. Тетради лежали среди старых вещей, никому не нужные. Они ни для кого не представляли интереса, пока не попали в руки другого потомка Мартина. На этот раз это была женщина, которая любила новодить порядок по всему дому и нашла старые, пыльные тетради. Женщина была не только хозяйственная, но и любопытная. Она прочитала эти записи, и покой покинул ее некогда веселое сердце, потому что она поняла всю серьезность хранившейся в доме информации. Выкинуть эти записи она не могла, но и оставить их лежать в доступном для всех месте она тоже не решалась. Тогда она решила поступить иначе. Она придумала зашифровать текст и переписать его заново. На это занятие у нее ушло много времени, но она реализовала свою идею. Новая тетрадь со странным текстом легла на полку среди других старых книг, сами старые бумаги были сожжены, а придуманный шифр женщина поспешила забыть.

Время шло. Менялась жизнь, менялся и сам дом, который теперь перестал быть домом на краю кладбища, потому что и самого кладбища уже не было, как не было и могил людей, которых дом не мог забыть – Мартина, Лиззи и их сыновей. Теперь дом был просто домом в лесу, исторической достопримечательностью, и домом, на ремонт которого у его хозяев не было денег. Шло время и, однажды, в доме появился Генрих Блор.

Дом отвлекся от своих воспоминаний и посмотрел на Артура Блора, который тщетно пытался узнать его тайну, внимательно всматриваясь в его потемневшие от времени стены. Сюзанна вполне достоверно изображала интерес к этому занятию, хотя дом знал, что на самом деле ей нет никакого дела до поисков Артура. Дом еще раз глянул на Сюзанну, усмехнулся и снова погрузился в свои воспоминания.

Генрих Блор влюбился в молоденькую и хорошенькую девушку из рода Мартина, которая впоследствии станет тетей Эмели. Девушка была настолько очаровательна, насколько капризна. Она никак не хотела принимать ухаживания Генриха Блора, и, однажды, решив посмеяться над ним, поставила ему условие. Она выйдет за него замуж, если он прочтет тарабарщину из старой тетради, передававшейся в ее семье из поколения в поколение. Генрих Блор выхватил тетрадь из милых ручек своей любимой и умчался к себе домой для того, чтобы, как можно скорее, разобрать старые и непонятные записи. Дом был против такого легкомыслия, но помешать девушке не смог.

Однако, капризная девушка явно недооценила своего кавалера. Не прошло и месяца, как Генрих разобрал все то, что некогда было зашифровано. Он вернул тетрадь, рассказал своей возлюбленной вкратце о том, что сумел прочесть и ждал ее согласия на брак с ней. Но Генрих Блор ошибся. Девушка не собиралась за него замуж. Чтобы потянуть время и подольше помучить Генриха, она поставила ему новое условие: они обязательно поженятся, но сначала она очень хочет узнать, где находится этот самый вход в другой мир, и, что кроется за этим входом. Как не был влюблен Генрих, он понял, что все, о чем просит его девушка, лишь повод для того, чтобы потянуть время, а, затем, отказать ему. Тогда, Генрих решил проявить хитрость и со своей стороны. Он заверил девушку, что обязательно сделает так, как она хочет, вот только, как быть? Ведь для этого, ему нужно находиться в их доме. Недолго думая, ветренная девушка предложила ему стать воспитателем для своего младшего брата. Почему родители девушки согласились на то, чтобы «жених» их дочери стал учителем и воспитателем их младшего сына - это остается загадкой. Скорее всего, их прельщало состояние Генриха Блора, и они надеялись на то, что, выйдя замуж за Генриха, их дочь сможет вырваться из той нищеты, которая уже давно пришла к ним в дом. Нужно отдать должное Генриху Блору, он вел себя безукоризненно, держался от «своей невесты» на почтительном расстоянии и много времени уделял ее брату. В конце концов такая ситуация надоела девушке, которая рассчитывала на совсем иной ход событий. Она была уверена в том, что, попав к ним в дом, Генрих будет добиваться ее расположения к нему, а она будет играть с ним, как кошка с мышью. Но все оказалось совсем иначе. Генрих Блор, будучи по природе умным и наблюдательным человеком, сумел понять где, в какой части дома может быть то, что в тетради называлось входом в иной мир. Подвижный и озорной мальчик во многом помог Генриху, и с его помощью он попадал в различные комнаты, где они играли в прятки, «искали сокровища» и придумывали многие забавные игры. Генрих был молод, и ему не составило труда сыграть роль большого мальчишки, с увлечением игравшего с мальчиком. Шаг за шагом Генрих узнавал об этом доме все больше и больше. И, однажды, он нашел то, что могло быть той самой дверью.

 Дом был поражен такой догадливостью, он насторожился и внимательно следил за Генрихом Блором. Не хватало еще того, чтобы этот Блор обнародовал тайну дома или открыл дверь, которая не открывалась уже много лет. Но Блор поступил иначе, он не стал никому ничего говорить, не стал открывать дверь, он принял решение, которое потрясло дом от крыши до самой последней ступени. Пока Генрих Блор решал, как осуществить задуманное им, старый дом поспешно искал решение своей проблемы. И он нашел его. Недаром, он столько лет был не совсем обычным домом. Ночью, когда все домочадцы заснули, дом напряженно прислушивался в ожиданни своих гостей. Гости не заставили себя ждать. Сквозь его стены проникали тени тех, память о которых давно исчезла с лица земли. Это были семь привидений, согласившиеся прийти в гости к дому. Они собрались в старой комнате, возле очага которой сидела, когда-то замерзшая и испуганная, Лиззи. Эта была самая старая комната дома, покой которой хотел потревожить Генрих Блор. Услышав новость, сообщенную им домом, тени возмущенно зашептали. Они долго совещались и приняли свое решение. Теперь, если Генрих Блор решит коснуться тайны дома, привидения будут следовать за ним, и не будет ему от них покоя.

Самые худшие подозрения старого дома оправдались. Генрих Блор унес из дома то, что могло позволить перейти из этого мира в мир иной.

Мысли дома были прерваны … Сюзанна и Артур уходили. Они уходили ни с чем, потому что иного просто не могло быть.

– Я уверен, мы обязательно найдем разгадку, - сказал Артур.

– А мне надоело искать неизвестно, что, в этих покрытых паутиной комнатах, - ответила ему Сюзанна.

– Мне, конечно, будет тебя не хватать, но ты можешь не приходить сюда со мной.

– Я подумаю, может быть, я так и сделаю, - сказал Сюзанна и открыла входную дверь.

Они уходили все дальше и дальше от дома, который смотрел им вслед и думал. Он думал о конце. Все имеет свой конец. И у этой истории тоже должно быть свое завершение. Дом почувствовал это, он уже ясно понимал, что конец этой истории уже близок.

Артур с волнением подходил к дому, в котором жила Томатти Джеральд. Безусловно, ее дом никоим образом нельзя было сравнивать со старым домом Эмели Блор. Все в этом доме и вокруг него говорило о том, что хозяйка не привыкла себе ни в чем отказывать. Здесь были и ажурная, словно из кружев, ограда и красивые фонари, и чистые ухоженные аллейки, ведущие к дому. О саде, который окружал дом, можно было бы говорить долго и с восхищением. Артура встретил безупречного вида дворецкий, который, не задавая лишних вопросов, проводил его в гостиную. Гостиная произвела на Артура большое впечатление. Все в этой комнате, до мельчайших деталей, было изысканно, подобрано со вкусом и несколько старомодно.

Дворецкий, не в пример, дворецкому мистера Хаббарда, не стал стоять в дверях, следя за каждым движением гостя, а оставил Артура одного. Это позволило ему спокойно передвигаться по гостиной, рассматривать картины и дорогие безделушки, стоящие на каминной полке.

Томатти Джеральд появилась в дверях тихо и неожиданно. Артур даже вздрогнул.

– Я испугала вас?
– добродушно спросила хозяйка.

– Нет, что вы, я всего лишь задумался, - ответил Артур.

– Здравствуйте, Артур. Я рада тому, что вы пришли. Мне очень понравилось с вами разговаривать, - сказала Томатти и жестом пригласила Артура сесть на диван.

– Здравствуйте, мисс Джеральд. Мне тоже очень понравилась наша предыдущая встреча, - сказал Артур, садясь.
– Я еще долго не мог прийти в себя после вашего ухода.

– Неужели я еще могу производить такое впечатление на молодых людей?
– спросила Томатти и поднесла к глазам очки, которые висели у нее на длинной цепочке.

– По-видимому, да. И, потом, я до сих пор не могу понять, зачем вы приходили.

Томатти ничего не ответила, только удивленно на него посмотрела. Видя, что его вопрос остался без ответа, Артур продолжил: