Чтение онлайн

Лезвие вышло из ножен с тихим шорохом, палец скользнул вдоль кромки, едва касаясь проверил заточку. Порядок. Убрал в ножны и закрепил на поясе, под курткой.

Потом подошел к кровати. Стащил темно-синюю, из плотного полотна наволочку с подушки, сложил вдвое, прикинул на глаз. Прорезал две узкие щели на расстоянии ладони друг от друга, оторвал лишнее. Натянул на голову, и ткань легла на лицо, а щели оказались точно на уровне глаз. Не идеально, но сойдет.

Снял, свернул и убрал за пазуху.

Катерина смотрела на все это сразу с кучей эмоций. Страх, благодарность, тревога, надежда – все было сложно и опознать.

– Вернись к себе, – сказал я. – Никому не говори, что была здесь. Никому не говори, что видела меня после обеда. Ляг в кровать и жди.

– Саша…

– Ляг и жди, – повторил я. – Если все пройдет нормально, Вика будет у Громовых до рассвета. Если нет, то ты ничего не знаешь, мы не разговаривали, ты спала у себя в комнате. Ясно?

Она встала. Постояла секунду, глядя на меня. Потом кивнула.

– Спасибо.

– Не за что пока.

Открыл дверь, выглянул в коридор. Пусто. Я махнул Катерине, она быстро выскользнула, прошелестев мягкими тапочками по каменному полу, и через несколько секунд хлопнула ее дверь.

Я повернулся.

Вирр стоял у подстилки. Хвост неподвижен, уши торчком. Через связь доносилось собранное, острое внимание. Он чувствовал все: мою решимость, мою тревогу, мою злость. И ждал команды.

– Пойдем, – сказал ему.

Мы вышли на улицу. Ночной воздух ударил по лицу – холодный, влажный, успокаивающе-зимний, если бы не обстоятельства.

Лесопарк лежал перед нами тихий, черный, без единого фонаря. Зимний режим – через один – остался позади у общежития. Здесь, за третьим поворотом тропы, горели только крупные и холодные звезды, и от них снег казался синим.

Минуту я стоял рядом с Вирром, прижав ладонь к его загривку, и через связь медленно, отчетливо посылал то, что хотел от него сейчас. Картинкой: бег, ворота, скорость, мимо людей, не останавливаться.

Вирр поднял голову и посмотрел мне в глаза. В янтарных глазах плеснулось понимание. Он мотнул мордой в жесте нетерпения. Бегать он любил.

Мы пошли к воротам по тропе вдоль ручья. Снег под ногами поскрипывал, утоптанный дневными прогулками студентов. Ночь стояла морозная, градусов пятнадцать, но тренировочный костюм держал тепло сносно, да и в любом случае такая температура не была для меня некомфортной.

Ближайшими воротами были западные, через которые я обычно ходил в город на выходных. Ночью они не закрывались, и створки стояли распахнутыми круглые сутки. Но в проходе дежурили двое.

За сотню метров до ворот я остановился, присел за стволом сосны и включил духовное зрение. Знакомое давление за глазами, мир слегка поплыл, и поверх темноты проступили силуэты.

Маги Первого Круга, судя по плотности аур. Стояли прямо в проеме – не у колонн, где крепились створки, а почти ровно посередине, – и о чем-то спорили.

Мимо них было не проскользнуть просто так, ведь ворота как раз таки освещались. А перелезать через забор нельзя: по периметру территории академии были установлены защитные конструкции, которые не только поднимали тревогу, если кто-то перебирался через ограду, но и нехило шарашили магией.

Вот тут и должен был пригодиться Вирр. Его широкий бок приходился мне примерно по грудь. Достаточно. Если повиснуть сбоку, вцепившись в шкуру, и прижаться так, чтобы тело оказалось с противоположной стороны от дежурных. На секунду-две, пока он будет мелькать мимо, был шанс. Паршивый, но другого не было.

Я обошел Вирра слева. Запустил обе руки в шерсть на загривке и вдоль хребта, нащупал, где кожа плотнее и можно вцепиться, не причинив ему боли. Потом подтянулся и повис, обхватив ногами его ребра, прижавшись животом и грудью к боку.

Вирр чуть переступил под моим весом, но устоял: он мало того что был здоровенный, так еще и сила в его теле совершенно не соответствовала габаритам, как и у любого Зверя.

Через связь я послал: максимальная скорость. Вперед. Вирр рванул.

Мир превратился в черную полосу. Ветки хлестали по спине. Снег летел из-под лап комьями, в лицо, в шею. Я вжался в его бок, стиснув зубы, вцепившись пальцами в шкуру. Каждый прыжок Вирра бил мне в ребра, мышцы спины и боков горели от усилия удержаться.

Свет ворот мелькнул сбоку – желтая полоса в темноте. Дежурных я не увидел, так как был скрыт от них телом Вирра, но отчетливо услышал их слегка испуганные голоса и почти сразу последовавшие оклики. Но Вирр уже был за створками, и крик утонул позади.

Расчищенная, с ровной брусчаткой дорога от ворот шла прямо,. Вирр летел по ней, набирая ход. Через связь шла чистая радость, щенячий восторг от скорости. Ему это нравилось. Мне – значительно меньше. Пальцы немели, плечо выворачивало, и каждый толчок грозил сорвать меня с его бока.

На краю расчищенной брусчатки, где дорога начинала забирать вправо, к городу, я подобрал момент и оттолкнулся. Крутанулся через голову, отбив затылок о брусчатку, а затем, на самой границе между расчищенной дорогой и обочиной, вложил в ноги всю силу, какую мог, и оттолкнулся вперед и слегка вверх, чтобы добавить к инерции от скорости Вирра дополнительный импульс. Если Маги побегут за волком, они не должны увидеть мои следы на снегу. Значит, нужно было отлететь подальше от дороги.

Земля ушла из-под ног. Две секунды, и внизу остался снег, а темный склон и черные стволы деревьев резко приблизились.

Потом удар.

Приземление было далеким от мягкого. Два десятка метров от дороги, кубарем по склону, через сугроб, через ветки, с каким-то хрустом, который мог быть как деревом, так и мной. Спина врезалась в ствол березы на полной скорости. Дыхание вышибло, в глазах вспыхнуло белое.

Несколько секунд я лежал не двигаясь, уткнувшись лицом в снег. Рот был полон ледяной крошки и хвои. Спина горела – приложился я знатно. Даже для Тела Духа это было перебором. Где-то в боку под ребрами пульсировала тупая боль.