Чтение онлайн

На четвертом одно из креплений чуть вышло из кирпича. Я почувствовал, как труба подалась под пальцами – на сантиметр, может, на два. Мелкая кирпичная крошка посыпалась вниз, застучала по подоконнику третьего этажа.

Замер, не дыша. Снизу, из окна третьего этажа, донесся чей-то храп – густой, с присвистом и причмокиванием. Мужик спал крепко. Крепление держалось. Я подождал, пока сердце перестанет колотить в горле, и полез дальше.

Между четвертым и пятым труба завибрировала. По всей длине от фундамента до крыши прошла дрожь, как по гитарной струне. Крепления заскрипели, один болт вырвало из стены на палец. Если эта штука сейчас отвалится, грохот разбудит половину дома.

Не отвалилась. Я добрался до пятого этажа, ухватился за край карниза и перенес вес с трубы на выступ. Колено, подбитое при падении с Вирра, отозвалось резкой болью, когда я уперся им в стену.

Узкий карниз примерно на уровне пола квартиры был шириной в ладонь, не больше. Ботинки помещались, если ставить стопу вдоль. – Шершавый кирпич стены холодил пальцы. Ветер на этой высоте тянул ровно, несильно, но достаточно, чтобы заставить покачнуться.

Двинулся по карнизу влево. Первое окно – вид на коридор. Через него сейчас должен ходить второй Маг. Мне нужно было пройти мимо, не попавшись ему на глаза, и добраться до второго окна – комнаты Вики.

Ладони были мокрые от растаявшего снега на трубе. Вытер правую о куртку, потом левую. Вытащил нож из зубов правой рукой на секунду, чтобы перехватить поудобнее, из-за чего замедлился у первого окна. Духовное зрение включилось чисто инстинктивно, по сигналу Духа Зверя, чтобы проверить, где патрульный. Вот он.

Тело сработало раньше, чем мысль оформилась: присел, пальцы обхватили край подоконника, и я повис. Всем весом на кончиках пальцев левой руки. Стена перед лицом, внизу – пять этажей, темнота и снег. Ноги упирались в карниз, но в такой позе опоры никакой не давали.

Мышцы предплечья за такое резкое движение явно не будут мне благодарны. Аккуратно, чтобы не зашуметь и не сорваться, переложил нож обратно в зубы и схватился за подоконник правой рукой тоже. Стало полегче.

Отсчитав минуту, за которую маг должен был пройти свой маршрут где-то полтора раза и никак не мог снова оказаться у двери в первую комнату, подтянулся, выпрямляясь, и двинулся дальше по карнизу.

До следующего окна нужной мне комнаты еще семь шагов, из которых четыре я сделал, ни за что не держась руками.

Дошел, схватившись за угол оконного проема и подтянув себя к опоре. Перевел дыхание. Осторожно заглянул внутрь.

Все было по-прежнему. Вика на кровати, укрытая до подбородка. Маг на стуле, спиной к окну, с чуть опущенной головой. Может, дремал, может, просто сидел так. Расстояние от подоконника до его шеи – метра полтора.

Окно было чуть приоткрыто, образуя щель в ладонь шириной. Если толкнуть – откроется шире, и, возможно, даже без скрипа. Но нужно было учитывать еще и ветер. Если в комнату хлынет холодный воздух, Маг обернется. И тогда мне придется столкнуться с ним лицом к лицу в закрытом пространстве, с ребенком рядом. Этого я не хотел.

Однако каждая секунда промедления увеличивала шанс, что он обернется сам. Или что патрульный в коридоре решит заглянуть проверить. Или что я просто свалюсь с этого карниза, потому что правая опорная нога начинала неметь.

Дух Зверя активировался на полную, формируя в моей голове почти идеальную копию комнаты. Там каждый сантиметр был мне полностью понятен и известен, и я мог рассчитать свои движения с точностью до этого самого сантиметра.

Одна рука – на створку. Во второй – нож. Встал на карниз обеими ногами. Слегка выпрямился, но не слишком, чтобы сохранить силу толчкового движения.

Створка распахнулась. Холодный воздух ворвался в комнату, и Маг начал оборачиваться. Медленно, как мне показалось, хотя на самом деле быстро, просто Дух Зверя расширил секунду до предела.

Я влетел внутрь. Маг успел довернуть голову – я увидел его молодое, расслабленное лицо с только начавшим складываться выражением тревоги. Глаза еще не успели расшириться, рука дернулась к поясу…

Мой нож вошел в его шею сбоку, под ухом. Глубоко, до рукоятки.

Тело дернулось подо мной: Маг попытался встать, но я навалился на него сверху. Мы рухнули на пол вместе со стулом, но я успел ногой подцепить стул за спинку, чтобы он не грохнул об пол и не наделал шуму. Сам приземлился на плотный ковер, погасив удар изгибом спины, и уронил тело Мага рядом. Все это заняло даже меньше пары секунд.

Маг еще жил, коротко, тихо хрипя. Горячая кровь шла толчками по моим пальцам, по рукоятке ножа, капая на пол. Но исход для него был очевиден. Через несколько секунд хрип прекратился и тело обмякло.

Я медленно отпустил его, придерживая голову. Выпрямился. Нож остался в шее: вытаскивать сейчас не было смысла – зальет все вокруг.

Вика спала, не шевельнулась даже. Темные волосы на подушке. Дыхание ровное, тихое. На тумбочке рядом стояла тарелка с остатками каши и кружка. Либо у девочкижелезные нервы, так дрыхнуть в столь серьезной ситуации, либо я так мастерски все проделал, что не издал вообще ни единого звука.

Перевел взгляд с нее на труп и вздохнул. Это был первый человек, которого я убил не в бою. Не лицом к лицу, после обмена ударами, не в горячке схватки. Тихо, со спины.

На секунду внутри шевельнулось какое-то противное чувство потери того, что можно было бы назвать честью. Но потом я снова посмотрел на маленькую фигурку под одеялом. На тарелку с засохшей кашей.

Похитили ребенка, заперли в квартире, приставили вооруженную охрану. После такого – какая честь? Какой рыцарский кодекс? Ублюдки, которые стерегут беззащитную девочку в чужой квартире, вышли из-под действия любых правил в тот момент, когда согласились на эту работу.

Я вытер ладонь о штанину и выпрямился. За дверью в коридоре продолжал ходить второй Маг. Он не среагировал. Значит, шума я действительно не наделал. Но он мог заглянуть, чтобы проверить, в любую минуту. И вообще-то, еще неизвестно, один ли он остался в квартире.

Мне нужно было разбудить Вику и выяснить детали, но сделать это так, чтобы она не закричала.

Подошел, присел на корточки рядом с кроватью. Осторожно положил ладонь ей на рот и одновременно другую – на плечо, чтобы она не вывернулась.

Вика дернулась, как от ожога. Глаза распахнулись – огромные, темные, полные мгновенного ужаса. Ладонь мою она попыталась укусить, щелкнув зубами по пальцам, но я держал крепко.

– Тихо, – сказал едва слышно. – Меня прислала Катерина, твоя сестра. Не кричи. Кивни, если поняла.

Она замерла. Секунду смотрела на меня, точнее, на наволочку, через прорези в которой были видны только глаза. Потом быстро кивнула.

Я убрал руку. Она не закричала, лишь села на кровати, прижав одеяло к груди.