Чтение онлайн

– - ...Хрен его поймет, Эли, уж не знаю, что и подумать. Как ты и просил, я надавил на Контору и суд, но -- тяжело проворачивалось, не ожидал, честно говоря. В глаза -- улыбки, полное понимание, тут же руку на телефон и все такое прочее, но... Подспудное противодействие было очень сильно, Эли, и если бы не вмешательство Генерального прокурора... Это Жирный (генерал-полковник Сабборг, министр внутренних дел) под меня копает, иначе -- как объяснить? А может, это Ларей якшается с Конторой? И какая разница -где ему сидеть? Ларей не мог направлять все эти дела?

Муртез помолчал несколько секунд, вперился в потолок:

– - Вряд ли. Он на нарах в это время куковал. Сам факт того, что он прихвачен вдалеке от дома по идиотскому делу, о многом говорит, но говорит, к сожалению, иероглифами, которые надо очень долго расшифровывать.

– - Расшифровал?

– - Частично. Мне, к примеру, ясно, что он сам полез за решетку, причем в "Пентагоне" сидеть не захотел. Что у него в банде творится -- неизвестно, то есть почти полностью, разве только косвенно, из сопредельных структур новости приходят. Темп резни сбавлен на порядок, его люди, по слухам, завоевали территории и разделились на несколько структур. Во главе каждой -новый царь, по-ихнему -- Дядька. И в новой иерархии Ларею места не нашлось. Как развал Римской империи, но при живом Цезаре. Видимо, платой за мир стало низложение господина Ларея с последующей головой на блюде. Такова основная версия наших аналитиков. Иначе не укладывается его поведение в рамки здоровой психики. Косвенное подтверждение утраты Лареем своих позиций служит и прохладное поведение на суде адвокатов из конюшни Малоуна -- те могли бы развалить дело по формальным признакам, я следил за процессом...

– - А на фига тебе оно надо, это дело и сам Ларей в придачу, Эли?

– - Вот фишка! Помнишь, я сам тебе задавал этот вопрос -- слово в слово? Что ты мне ответил тогда?

– - Ну, что?

– - Что сам не знаешь, авось пригодится -- держать криминал на коротком поводке...

– - Давно это было, у меня иных забот по горло... И я, кстати, задавался тем же вопросом в адрес папаши Кроули, было дело... Так, говоришь, не в самом Ларее суть затяжки в приговоре?

– - Я ничего этого не говорил. Моя служба, не я, считает, что Ларей утратил влияние и вынужден скрываться от своих людей там, где они его не достанут, в зонах за пределами Бабилона. А отсюда следует, что тормоз не в Ларее и не из-за него... Может, и Жирный демонстрирует свой вес...

– - А ты что считаешь, камрад? Со службой своей не согласен, со мной юлишь -- Эли, сукин ты сын, Жирному, что ли, продался?.. Достань конины из бара, потом оправдываться будешь...

Муртез с преувеличенными охами и стонами сполз с кресла, добыл из бара початую бутылку арманьяка, два пузатых бокала, то и другое поставил на столик между ними, наплескал по полной и первый отхлебнул.

– - Оправдываюсь: никогда не юлил, не кроил, никому не продавался. Второе: свою службу не упрекаю, но вот тут, -- похлопал себя по мягкой груди, -- что-то мне подсказывает некое второе дно в происходящих событиях. Все.

– - Негусто, -- вежливо прокомментировал Доффер, убрал с бокала вторую ладонь и тоже отхлебнул.
– - А-а, зараза, хорошо усвоилась, с огоньком... Вот так люди и спиваются... Тогда копи свои сомнения и ковыряйся в них по воскресным дням. У нас же с тобой есть более серьезные дела, и сейчас мы ими займемся... Но, Эли, держи меня в курсе, ладно? Я по поводу Ларея, пока он жив. Ты его на двадцать шестой спец не просто так отправил, как я понимаю, а с целью утилизации?

– - Верно. Коли он правоверный урка, как о нем говорят, с местными якшаться не станет, да и не сумеет. Это ему не цепи рвать... И нам спокойнее станет... Хотя...

И Доффер и Муртез пили редко и сравнительно мало, но в эту субботу изрядно назюзюкались: подкатило вдруг такое настроение -- если вдуматься, господа хорошие, все на свете дым, тлен, чушь и всяческая суета. Жены... а что жены -- разве они поймут, каково оно жить, не снимая хомута... Обойдутся один субботний вечер и без оперы с театром... Брось, Эли, не трусь, и все будет нормально. Хочешь, я с тобой поеду и все ей объясню? Она умнейшая женщина и все нормально поймет... Да, ты прав, никому нас не понять. Эх...

В тот вечер Муртез был на самом краю полной откровенности, но и будучи пьяным -- струсил в последний момент, не смог признаться старому другу, что обманул его в предыдущей беседе о Ларее. Фотографии в фас и в профиль, показанные Дофферу, были вынуты из архивов, и изображали они бесследно сгинувшего лет тридцать назад Джеза Тинера, сходство которого с Лареем Дэнни отказался признать когда-то. Эли хотел тогда открыться для пущего эффекта, но упустил момент... Официально Тинер был расстрелян в радиоактивной зоне, во время эвакуации, но Муртез провел дотошнейшее архивное расследование, с показаниями, с идентификацией останков во время работы чистильщиков, -- и факты не подтвердились... Отпечатки пальцев не совпадали с Лареевыми -- тоже факт. Но факт и то, что в дерматоглифическом отделе долгое время действовал "крот", за мзду подменяющий отпечатки пальцев. Восемь лет Эли держал разоблаченного на прежнем месте, использовал в качестве приманного фонарика, но -- глухо заросла тропинка, ни Ларей, ни кто другой туда больше не обращались. Старика в конце концов отдали под трибунал и тихонько расстреляли: скольких подонков эта шкура спасла от возмездия...

"Он молодо выглядит..." Эли почти физически слышал выкрик того кривого старика, известного ему только по документам... Козлы тупые и вонючие! Как они могли упустить связного... Без малого тридцать пять лет прошло, а Ларей -- все тот же, хоть сегодня те фотографии в дело вклеивай. Муртез, между прочим, сравнивал: Тинер тридцать (нет, даже больше!) лет назад, Ларей девять лет назад, Ларей недавно. Разница есть, но ее не больше, чем в серии снимков во время одного оперативного наблюдения. Качество неважнецкое, но все равно...

Дэниел крепко верил в оперативное чутье своего друга: раз говорит, что ощущает нечто, -- значит, есть основания. Темнит что-то Муртез, недоговаривает... Нет-нет, упаси бог -- камней за пазухой не прячет, кому еще верить в этом мире, как не Эли... Или он стесняется чего-то, или боится престиж свой уронить нелепыми версиями... Ничего, время есть -- пусть утрясет в себе, разберется... Ларей -- тот еще тип... Эли правильно его спровадил в чужой муравейник, проблемы надо решать с максимальной эффективностью и минимальными затратами... Было бы время, занялись бы и Лареем вплотную... Эли, интересно, докопался как следует до Джеза Тинера или еще нет? Чертов Ларей (а может, и Тинер) -- этот взгляд трудно забыть... И никак не вспомнить... Да еще голова трещит с похмелюги... Славное выходит воскресенье... Птенчик мой, не ругайся, дай аспирину и запить...

Сорокавосьмилетний Арвид Сабборг, генерал-полковник и глава Департамента внутренних дел, сидел в кругу трех своих замов и также подбивал итоги трудовой недели. Речь зашла и о Службе.

– - Дэнни-то, Парашютист, точит зуб на нас, все время Адмиралу нашептывает... Да руки коротки у сопляка... У нас они хоть и погрубее, да подлиннее, да оно и понятно, мы их круглый год по локоть в дерьме держим, а они чистоплюйствуют...

– - Шеф, так что они там с тем делом мудрили, чего им надо было?

Сабборг в честь грядущего дня рождения уже принял на грудь не менее половины литра сорокатрехградусного виски, но кроме налитых кровью глаз и зычных матюгов ничто не выдавало в нем опьянения.

– - Вот уж не знаю, мать их... С понтом дела просили спроворить этого... Ларея -- в другую зону, а сами палки в колеса вставляли... Может, примерялись -- насколько сильны их ставленники в наших рядах... Демонстраторы возможностей, мать их... Пришлось брякнуть на нейтральную территорию, Генпрокурору... Мы и сами сумели бы дожать, тем более формально -- их же просьбу удовлетворяли, но еще не время с ними вплотную связываться, их разоблачать... Тут они себя перехитрили-перемудрили: если Ларей их человек -- хана ему. Ван он, не Ван -- роли не играет... Боб, дашь отмашку на зону, чтобы от Хозяина никакого особого внимания: никакого, мол, Ларея не знаем, осужденный -- значит, сиди на общих основаниях. И куму двужопому намекни... Ситуация сама созреет, согласно их традициям... А потом и зону слегка почистим: развели, понимаешь ты, самоуправление да демократию. Моя бы воля -- я бы каждого десятого в тюрьмах да зонах... амнистировал бы... А остальных расстрелял бы к чертовой матери!
– - Сабборг толкнул в бок своего заместителя и басисто захохотал, остальные за ним.
– - Перестрелял бы, ей-богу!..