Чтение онлайн

— Нтъ, я ничего не прошу. У меня есть деньги.

— Такъ идите дальше. У меня нтъ для васъ работы, осенняя пахота окончилась. Вы умете рубить жерди для изгороди?

— Да.

— Вотъ какъ. Но я не длаю больше деревянныхъ изгородей, у меня проволочныя изгороди. А штукатурить вы умете?

— Да.

— Жаль. У меня какъ разъ всю осень работали штукатуры, такъ что и вамъ была бы работа.

Онъ стоялъ передо мной и тыкалъ своей палкой въ землю.

— Какъ вамъ пришло въ голову прійти ко мн?

— Люди говорили, что стоитъ мн только пойти къ лесману, и я достану работу.

— Да? У меня дйствительно всегда много всякаго народу въ дом. Вотъ недавно были штукатуры. Умете ли вы длать изгороди для куръ? ужъ это всякій суметъ, ха-ха-ха. Вы сказали, что были у капитана Фалькенберга въ Эвербё?

— Да.

— Что вы тамъ длали?

— Рубилъ лсъ.

— Я не знаю этого человка, онъ живетъ такъ далеко отсюда, но я слышалъ о немъ. Есть у васъ отъ него какія-нибудь бумаги?

Я передалъ ему свидтельство.

— Ладно, оставайся у меня, — сказалъ вдругъ ленеманъ.

Онъ повелъ меня вокругъ дома и привелъ въ кухню.

— Дайте этому человку хорошенько пость, онъ пришелъ издалека, — сказалъ онъ.

Я сижу въ большой свтлой кухн и мъ такъ хорошо, какъ уже давно не лъ. Едва я усплъ окончить сть, какъ въ кухню снова вошелъ ленеманъ.

— Эй, вы, послушайте, — сказалъ онъ.

Я сейчасъ же всталъ и стоялъ передъ нимъ, какъ свчка. Повидимому, это маленькое проявленіе почтительности пришлось ему по душ.

— Нтъ, шьте, кончайте. Вы уже поли? Я вотъ что придумалъ… Пойдемте со мной.

Онъ повелъ меня на дворъ.

— Вы пойдете въ лсъ за дровами, что вы на это скажете? У меня два работника, но одинъ у меня служитъ понятымъ, такъ что вамъ придется итти въ лсъ съ другимъ. Вы видите, что у меня дровъ запасено достаточно, но можно принести еще, это никогда не лишнее. Вы говорили, что у васъ есть деньги? Покажите мн.

Я показалъ ему свои деньги.

— Хорошо. Вотъ видите ли, я должностное лицо и долженъ знать своихъ людей. Но само собою разумется, что у васъ ничего нтъ на совсти, разъ вы пришли къ ленеману, ха-ха-ха! Итакъ, сегодня вы отдохнете, а завтра отправитесь въ лсъ.

Я началъ приготовляться съ слдующему дню, осмотрлъ свое платье и отточилъ пилу и топоръ. У меня не было варежекъ, но погода была такая, что можно было еще обойтись безъ варежекъ, въ остальномъ я ни въ чемъ не нуждался.

Ленеманъ нсколько разъ приходилъ ко мн и болталъ со мной весело и свободно, — его, вроятно, занималъ разговоръ съ чужимъ человкомъ, пришедшимъ издалека. — Иди сюда, Маргарита! — крикнулъ онъ своей жен, когда та шла по двору. — Вотъ здсь этотъ новый человкъ, я его посылаю въ лсъ за дровами.

Мы не получили никакихъ опредленныхъ указаній, но мы начали по собственному разумнію рубить исключительно сухой лсъ. Вечеромъ ленеманъ сказалъ, что мы поступили правильно. На слдующій день онъ все-таки ршилъ самъ прійти въ лсъ и дать намъ необходимыя указанія.

Скоро я увидалъ, что работы въ лсу не хватитъ и до Рождества. Дорога была хорошая, такъ какъ морозило, но снгу не было. А потому мы нарубили массу дровъ, и ничто не задерживало нашей работы. Самъ ленеманъ нашелъ, что мы рубимъ лсъ, какъ сумасшедшіе, ха-ха-ха. У старика было пріятно работать, онъ часто приходилъ къ намъ въ лсъ и всегда былъ въ хорошемъ настроеній духа. Такъ какъ я никогда не поддерживалъ его остротъ, то онъ, вроятно, ршилъ, что я скучный, но надежный человкъ. Онъ поручилъ мн ходить за почтой.

Въ усадьб не было ни дтей, ни молодежи, за исключеніемъ служанокъ и одного работника. а потому по вечерамъ время шло медленно. Чтобы разсяться немного, я досталъ кислоты и олова и вылудилъ въ кухн нсколько старыхъ кастрюль. Но и это дло вскор было кончено. Но вотъ однажды вечеромъ я написалъ слдующее письмо:

«Если бы я былъ тамъ, гд вы, то я работалъ бы за двоихъ!»

На слдующій день я долженъ былъ итти за почтой для ленемана: я захватилъ съ собой мое письмо и отослалъ его. Я очень волновался, — письмо вышло такое не изящное. Я получилъ бумагу отъ ленемана, а конвертъ я долженъ былъ обклеить цлой лентой почтовыхъ марокъ, чтобы скрыть штемпель ленемана. Что-то она скажетъ, когда получитъ это письмо! На немъ не было ни подписи, ни числа, ни мста, откуда оно послано.

Мы работаемъ въ лсу съ парнемъ, болтаемъ о разныхъ пустякахъ и хорошо ладимъ другъ съ другомъ. Дни шли; къ своему огорченію я увидлъ, что работа будетъ скоро окончена, но я питалъ маленькую надежду на то, что ленеманъ, быть можетъ, найдетъ для меня какую-нибудь другую работу, когда мы покончимъ съ дровами въ лсу. Мн очень не хотлось отправляться странствовать передъ Рождествомъ.

Но вотъ я опять однажды стою на почт и вдругъ получаю письмо. Я никакъ не могу взять въ толкъ, что это письмо адресовано мн, и я верчу его нершительно въ рукахъ. Но почтовый чиновникъ знаетъ меня, онъ читаетъ адресъ и говоритъ, что на конверт стоитъ мое имя, а кром того, адресъ ленемана. Вдругъ меня пронзаетъ одна мысль, и я хватаю письмо. Да, это ко мн, я забылъ… конечно…

Въ ушахъ моихъ раздается звонъ, я быстро выхожу на дорогу, разрываю конвертъ и читаю:

Безъ подписи, безъ обозначенія мста, но такъ ясно и такъ прелестно! Первыя два слова были подчеркнуты.

Не помню, какъ я дошелъ домой. Я помню только, что я сидлъ на куч камней и читалъ письмо, потомъ я засунулъ его въ карманъ; потомъ я дошелъ до слдующей кучи камней и продлалъ тоже самое. Не пишите. Но быть можетъ, я могу пойти къ ней и поговорить. Какая прелестная маленькая бумажка, какой изящный почеркъ! Ея руки дотрогивались до этого письма, ея глаза были устремлены на эту бумагу, она дышала на нее! А въ конц была черта, — она могла означать безконечно много.

Возвратясь домой, я отдалъ почту и пошолъ въ лсъ. Я былъ погруженъ въ глубокія думы и, вроятно, казался очень страннымъ моему товарищу, который съ удивленіемъ смотрлъ, какъ я то и дло перечитывалъ какое-то письмо, пряталъ его вмст съ деньгами, потомъ опять вынималъ и читалъ…

Какая она догадливая, что нашла меня! Наврное она держала конвертъ на свтъ и прочла подъ марками имя ленемана. Потомъ она на мгновеніе склонила свою прелестную головку, прищурила глаза и подумала:- онъ теперь работаетъ у ленемана въ Херсет…

Вечеромъ, когда я возвратился домой, ко мн пришелъ ленеманъ и началъ со мной разговаривать о томъ и о другомъ, а потомъ онъ спросилъ:

— Вдь вы, кажется, говорили, что работали у капитана Фалькенберга въ Эвербё.

— Да.

— Оказывается, что онъ изобрлъ машину.

— Машину?

— Лсную пилу. Такъ стоитъ въ газет.

Я вздрогнулъ. Ужъ не изобрлъ ли капитанъ мою пилу?

— Это ошибка, — говорю я;- пилу изобрлъ вовсе не капитанъ.

— Не онъ?

— Нтъ, не онъ. Но пила стоитъ у него.