Чтение онлайн

– Там, он всегда там, - отвечал Челюскин.
– Где ж ему ещё быть.

Алексей болезненно морщился и стонал, держась рукой за обожжённое место на груди.

– Завязывай ныть, - рыкнул Барон, не оборачиваясь.
– Говорить надо было сразу, а не гнать пургу.

– Да спьяну я, командир...
– оправдывался Алексей.
– Не понял, чё ты спрашиваешь...

При тусклом свете затянутого облаками неба свалка выглядела такой же пустынной и неуютной, как и ночью. Каркали вороны, расхаживая по ворохам набитых отходами пакетов. Где-то вдали тарахтел экскаватор.

Все, даже Дарья, вылезли из машины и двинулись гуськом по узкой тропке. Приглядываясь к свалке, поначалу казавшейся безлюдной, путники постепенно стали замечать на ней какое-то движение. В разных её концах копались люди, чуть ли не с головой, как навозные жуки, зарывшиеся в мусор, почти неотличимые от него в своей грязной одежде. Ясно, что обитатели свалки уже приступили к работе.

– Савельич тоже здесь?
– Барон кивнул на копавшихся в мусоре.

– Нет, он редко копает, - ответил Челюскин.
– Ты, мужик, особо на него не наезжай, а то у него пацаны есть крутые, могут в случае чего подвалить...

– А это уже моё дело, - ответил Барон.

Челюскин с Алексеем, шептавшиеся о чём-то на ходу, замедлили шаг, а потом и вовсе остановились.

– В чём дело?
– пробурчал наркоторговец.
– Почему встали?

– Вон там он, - Челюскин показал на досчатую постройку, показавшуюся за поворотом.
– Только вы к нему сами идите, а мы вас тут подождём. Нам с Савельичем ссориться никак нельзя.

– Артём, останься с ними, - велел Барон.
– Проследи, чтоб не смылись.

У Артёма, почуявшего близость бриллиантов, от обиды задрожали губы.

– Ничего себе - "останься"! Договаривались ведь вместе действовать!

– Да не сбегут они, - сказал Силуянов.
– В случае чего найдём.

– Что вы, мужики, не сбежим мы, - заговорили бомжи и в доказательство своих слов тут же уселись под кустом, всем своим видом показывая, что намерены дожидаться здесь Барона.
– Просто с Савельичем не хотим связываться...

– Ладно, хрен с вами, - наркоторговец, а за ним Силуянов, Артём и Дарья двинулись к постройке.

Ночью казавшаяся неказистой хибарой, при утреннем свете она выглядела вполне сносным досчатым домиком с крыльцом, окошками и трубой. Впечатление хибары она производила из-за наваленного возле неё хлама, видимо представлявшего ценность для её обитателей.

Барон первым вошёл в её дымный полумрак. Единственная комната скупо освещалась серым светом, сочившемся из маленьких запылённых окон. В печке-буржуйке горел огонь. Лысоватый Савельич, в толстом свитере, сидел у горевшей керосиновой лампы, видимо найденной здесь же, на свалке, и усердно чистил медный подсвечник. Как и ночью, в глубине комнаты кто-то спал на лежанке, громко сопя.

На Барона Савельич посмотрел без особого удовольствия. Ночного посетителя он, конечно, узнал.

– Где сова?
– без предисловий начал допрос Барон.

Хозяин свалки неспешно достал из кармана сотовый телефон, но Барон, рванувшись к нему, перехватил его руку с телефоном.

– Колись, падла лысая, где сова?

– А вы, собственно, кто такие...
– Савельич, багровея, начал вставать.

– Сидеть!
– рявкнул наркоторговец, толкая его обратно на стул.
– Так где?

В дом вошли Силуянов, Артём и Дарья, оглядывая заваленное барахлом помещение.

– Сова мне дорога как память о покойной маме!
– рычал Барон, притягивая Савельича к себе.
– Падла, ты хоть знаешь, что такое мама?

– Не понимаю вообще, о чём вы говорите!

– Не понимаешь? Щас поймешь!
– И Барон ткнул его кулаком в живот.

Силуянов подошёл к лампе и поворотом рычажка погасил её.

– Тут керосин есть, это хорошо, - сказал он, злорадно прищурив глаз.
– С керосином он у нас сразу всё вспомнит.

– А много его там?
– Барон оттолкнул от себя Савельича.
– Может, не только на него, но и на фазенду хватит?

– Хватит.

Савельич побледнел.

– Э, постойте, мужики... Вы какую сову имеете в виду?

– Ту самую, которую тебе бомжара ночью припёр, - сказал Барон.
– Давай её сюда быстро, у нас нет времени.

Спавший у стены перестал сопеть и, кряхтя, спустил ноги с лежанки. Это был круглый, как колобок, очень смуглый небритый мужчина лет пятидесяти. Он тупо уставился на пришельцев.

– Ах, сова...
– Савельич сделал вид, что вспомнил.
– То есть, вы имеете в виду железную фигурку?

– Она никелевая, - поправил его Артём.

– Ну да, никелевая, конечно, - закивал мусорный коммерсант.

– Значит, ночью ты меня наколол!
– Барон снова схватил его за свитер.
– Пудрил мне мозги!

– Это была маленькая коммерческая тайна, вы должны понимать...

– Тайна?
– Барон снова ткнул его. Савельич взвизгнул.
– Недаром ты мне ещё тогда не понравился...
– Снова тычок.
– Рожа у тебя больно хитрая...

– По почкам его бейте, - азартно подначивал Силуянов.
– По почкам, чтоб кровью ссал!

Небритый "колобок", свирепо выпучив глаза, встал с лежанки.

– Что?
– Пьяно набычившись, он двинулся на Силуянова.
– Кто кровью ссал?

Но вместо Силуянова перед ним оказался Барон, и, не успел тот размахнуться, как получил чувствительный удар в скулу. В следующий удар Барон вложил всю свою силу, и напарник Савельича отлетел к стене, ударившись так, что зашатался дом. Артём и Дарья невольно втянули головы в плечи, ожидая падения крыши.

– Сейчас у меня совы нет, - торопливо пробормотал Савельич.
– Я её на рынок отнёс... На барахолку... Только что отнёс, вместе с другими вещами...

– На барахолку?
– в ужасе завопил майор.

Почувствовав резкую боль в сердце, он сморщился и привалился к стене. В глазах у него потемнело, перестало хватать воздуха.

– Её ещё наверняка не купили, - Савельич испуганно оглянулся на него.
– С утра покупателей мало бывает... Наверняка не купили... Она сейчас там, продаётся...

– Дай ему стул, - сказал наркоторговец Артёму, видя, что старик схватился за сердце.
– И воды. Вот навязался нам напарничек... Откинется, и что с ним делать?... Значит, на рынке?
– повернулся он к скупщику хлама.
– Где это?