Чтение онлайн

– -------------

1 Там же.

2 Е л ь ц и н Б.Н. Записки президента. С.83.

3 Контакты отдельных лиц из высшего генералитета, в частности Грачева, с людьми Ельцина не являлись секретом для некоторых членов ГКЧП. В.А.Крючков вспоминает: ''Появились настораживающие сведения о поведении тех, кто с самого начала был на стороне ГКЧП. В Комитет госбезопасности, да и к Язову, поступили сведения о контактах одного из заместителей министра обороны СССР, а также командующего воздушно-десантными войсками Грачева с представителями российских властей. Грачев, надо сказать, с самого начала, с утра 19 августа, стал устанавливать контакты с представителями российского руководства, в рамках которых бросал шары и в ту и в другую корзину'' (Крючков В.А. Личное дело. 4.2. С. 199). Удивительно, что, зная об этом, Крючков и Язов не сделали ничего, чтобы остановить Грачева и ему подобных генералов.

4 Рыжков Н.И. Десять лет великих потрясений. С. 17.

429

решения текущих задач 20 августа в ГКЧП была создана группа по координации, обработке поступающей информации и подготовке рекомендаций, конкретных предложений во главе с Баклановым. В эту группу вошли представители ряда министерств, ведомств, аппарата Кабинета министров. Она приступила к работе сразу после создания. Однако из-за болезни Павлова не работал Кабинет министров. В.И.Щербаков, которому Павлов поручил исполнять обязанности председателя правительства, был для этой роли самой неподходящей фигурой. Его политическая ориентация никогда не отличалась четкостью и откровенностью. В этом отношении он был непредсказуем. Точнее, можно было безошибочно предположить, что его деятельность примет негативный характер. Так оно и случилось''.1

Остается только спросить: почему такому человеку Павлов поручил исполнять обязанности председателя правительства? Быть может, в этом тоже есть свой, неизвестный нам смысл?.. Конечно, упомянутые и военные и штатские лица - лишь разные по размерам винтики в машине, запущенной умельцами, стоящими повыше.

Присутствие в августовских событиях мощной направляющей силы ощутил принимавший непосредственное участие в этих событиях генерал А.И.Лебедь, который видел, как ''самолеты сбивались с графика, шли в разнобой, заявлялись и садились не на те аэродромы. Подразделения полков смешались, управление частично нарушилось. Комдива вместо Чка-ловска посадили в Кубинке. И за всем этим беспорядком чувствовалась чья-то крепкая организационная воля''.2 А.И.Лебедь попал, что называется, в самую точку, задел, так сказать, основной нерв. Отсюда соответствующая реакция со стороны Ельцина, который, надо полагать, знал о тайных пружинах происходящего. Он пишет: ''Царящий в тот день (20 августа.

– ------------------------

1 Крючков В.А. Личное дело. 4,2. С. 189.

2 Л е б е д ь А.И. За Державу обидно... С.310.

430

И.Ф-) среди военных хаос генерал Лебедь пытается объяснить каким-то сверххитроумным заговором "темных сил"... Но хаос - настоящий - нельзя так хитро организовать. Направить. Он образуется по самым элементарным причинам. Какой по счету была десантная дивизия, которую Лебедь ездил принимать в Кубинку? Какой по счету из тех, что вводились в те дни в Москву? Четвертой? Пятой? Шестой? Штурм Белого дома можно было осуществить одной ротой. Отсутствие заранее подготовленного плана военные заменили обычным русским "навались". Но главное, конечно, было не в этом. Двойственность отношения к происходящему царила в высшем эшелоне командования - еще до того, как военные пошли на контакт с нами. Армия понимала, что КГБ опоздал с действиями на целые сутки. И теперь, как говорит Лебедь Грачеву в мемуарах, "любые силовые действия на подступах к зданию Верховного Совета приведут к массовому кровопролитию". Это будет тяжелейший моральный удар по военным, от которого они не оправятся. Поэтому они лишь имитируют подготовку к штурму, имитируют военные действия, тянут время''.1

Непонятно, почему нельзя организовать хаос, будь он и настоящий. Ведь этим успешно занимался, как мы видели, даже генерал Кобец, ''сидя на телефоне'' в Белом доме. Что касается генерала Лебедя, то с хаосом и неразберихой он столкнулся не только в Кубинке. В целом тогда, с точки зрения военного человека, ''творилось что-то невообразимое, дикое, противоестественное. И у истоков этой дикости стояли самые высокие начальники''.2 Следовательно, у части ''самых высоких начальников'' не было никакого ''двойственного отношения к происходящему'', и они целенаправленно создавали хаотическую ситуацию в войсках, действуя в интересах лишь одной стороны. Могли ли они так действовать, не имея опоры в

– ----------------------

1 Ельцин Б.Н. Записки президента. С.116.

2 Лебедь А.И. За Державу обидно... С.309.

431

лице могущественных сил, находящихся, по выражению Елъцина, ''за кулисами событий''? Конечно, нет.

''Штурм Белого дома можно было осуществить одной ротой'', - утверждает Ельцин. Но какова тогда цена разрекламированного подвига защитников Белого дома? Зачем столько ''шума из ничего''?

Б.Н.Ельцин, возражая Лебедю, допускает одну существенную, на наш взгляд, оговорку: у генерала речь идет о ''чьей-то крепкой организационной воле'', а президент говорит о ''каком-то сверххитроумном заговоре темных сил'', хотя перед этим текст из книги Лебедя цитирует точно. Совершенно очевидно, что Лебедь рассуждает об одном, а Ельцин - о другом. Данную оговорку следует, по нашему мнению, рассматривать как ошибочное действие, подлежащее психоанализу, и отнести ее к разряду ''замещения, или субституции''.1 С точки зрения психоаналитика, ошибочные действия (оговорки) ''не являются случайностями, а представляют собой серьезные психические акты, имеющие свой смысл, они возникают благодаря взаимодействию, а лучше сказать, противодействию двух различных намерений''.2 В результате столкновения в сознании российского президента догадки Лебедя и подлинного президентского знания возникла оговорка, выдающая деятельность закулисных сил, известную президенту.

В плане психологическом представляет интерес акцентирование Ельциным внимания на ''массовом кровопролитии'' при возможном взятии военными Белого дома. Из целого рассказа Лебедя президент берет единственную фразу: ''любые силовые действия на подступах к зданию Верховного Совета приведут к массовому кровопролитию''. Между тем Лебедь воспроизводит диалог, состоявшийся между ним и командующим ВДВ генералом Грачевым: ''Товарищ командующий, карты на бочку! Я в эти игры не играю. Вы знаете, я всегда

– ------------

1 Фрейд 3. Введение в психоанализ: Лекции. М, 1989. С. 17.

2 Там же. С.25.

432

готов выполнить любой приказ, но я должен понимать его смысл. В марионетки не гожусь и затевать в столице Союза совершенно непонятную мне войну, которая по сути своей является гражданской, не стану. Любые силовые действия на подступах к зданию Верховного Совета приведут к массовому кровопролитию. Можете так и доложить по команде''. Грачев, по словам Лебедя, ''просиял'' и сказал: ''Я тебя не зря учил, Александр Иванович!.. Я тебе всегда верил, и замечательно, что не ошибся. Сделаем так: ты сам лично поедешь к Верховному Совету и найдешь возможность довести до сведения его защитников, что блокирование, возможно, и штурм начнутся в 3 часа ночи''.1 Лебедь выполнил поручение Грачева, но ''назвал не три, а два часа, оставив так называемый "ефрейторский зазор"''.2

Выделение Ельциным из разговора Лебедя с Грачевым только фразы о ''массовом кровопролитии'' нельзя считать случайностью. Оно свидетельствует о внутреннем его состоянии, связанном с ожиданием пролития крови, требуемого сценаристами августовских событий. Генерал Грачев знал об этом или догадывался, поэтому, наверное, и ''просиял'', когда услышал о возможном кровопролитии у стен Белого дома. Командующий ВДВ тут же послал Лебедя ''к Верховному Совету'', где тот через наиболее заслуживающих доверия людей передал Скокову и Коржакову (стало быть, и Ельцину) сведения о часе возможного штурма Белого дома, а значит, - пролития крови.

Объясняя армейскую сумятицу и нежелание военных прибегнуть к крайним мерам, Б.Н.Ельцин указывает на просчет КГБ: ''Армия понимала, что КГБ опоздал с действиями на целые сутки''. Нельзя говорить, что КГБ уж очень спешил, а лучше сказать, вовсе не спешил. Вот взгляд из самого КГБ, мнение начальника внешней разведки и члена Коллегии КГБ

– ------------

1 Лебедь А.И. За Державу обидно...С.309-310.

2 Там же. С.310.

433

генерала Л.В.Шебаршина, многое для которого было странным и непостижимым, наводило на размышления и вопросы:1 ''почему ГКЧП действовал столь вяло, неуверенно и нерешительно, почему Крючков в этот ответственный момент не привел в действие весь комитет, почему не были изолированы российские руководители, почему не была отключена связь с Белым домом? Вопросы - крупные и мелкие - неотвязны. Не самый главный, но для меня весьма существенный: почему Крючков не пытался вовлечь в свои замыслы начальника разведки, хотя бы предупредить меня о том, что одно из наших подразделений может потребоваться для решительных действий в Москве''.2 Шебаршин недоумевает по поводу того, ''что в действительности случилось 19-20 августа, каким образом дальновидный, хитрый, целеустремленный Крючков оказался в тюрьме, на что он рассчитывал, почему так нелепо, по-дилетантски проводились меры чрезвычайного положения''.

Громадный интерес представляют воспоминания Шебар-шина о дне 19 августа: ''Начальник ПГУ и его заместители узнали о создании ГКЧП и введении в стране чрезвычайного положения утром 19 августа из сообщений по радио. Этот факт, установленный двумя комиссиями - ведомственной и государственной. Тем же утром начальник ПГУ участвовал в со

– ---------------------

1 Член ГКЧП Министр обороны СССР Д.Т.Язов пошел еще дальше, указав на бездействие ГКЧП. В.А.Крючков рассказывает, как 21 августа в 10 часов утра он и ''несколько членов ГКЧП, а также Шенин, Прокофьев и Плеханов, который был приглашен несколько позже в связи с предстоящей поездкой к Горбачеву, отправились к Язову на Фрунзенскую набережную в Министерство обороны. Хозяин кабинета встретил вежливо, внешне спокойно, но на лице было написано, что в нем все бурлит: огромная напряженность, усталость и даже какая-то отрешенность. На замечание, что мы приехали посоветоваться с ним лично о дальнейших шагах, Язов, как показалось, с укоризной и обидой заявил, что в ответ на бездействие ГКЧП, а также других ведомств (курсив наш.
– И Ф.) коллегия Министерства обороны приняла решение о выводе войск из Москвы, и вывод войск уже начался'' (Крючков В.А Личное дело. 4.2. С.200).