Только утро любви хорошо: хороши Только первые, робкие речи,Трепет девственно-чистой, стыдливой души, Недомолвки и беглые встречи,Перекрестных намеков и взглядов игра, То надежда, то ревность слепая;Незабвенная, полная счастья пора, На земле – наслаждения рая!..Поцелуй – первый шаг к охлажденью: мечта И возможной и близкою стала;С поцелуем роняет венок чистота, И кумир низведен с пьедестала;Голос сердца чуть слышен, зато говорит Голос крови и мысль опьяняет:Любит тот, кто безумней желаньем кипит, Любит тот, кто безумней лобзает…Светлый храм в сладострастный гарем обращен. Смолкли звуки священных молений,И греховно-пылающий жрец распален Знойной жаждой земных наслаждений.Взгляд, прикованный прежде к прекрасным очам И горевший стыдливой мольбою,Нагло бродит теперь по открытым плечам, Обнаженным бесстыдной рукою…Дальше – миг наслажденья, и пышный цветок Смят и дерзостно сорван, и сноваНе отдаст его жизни кипучий поток, Беспощадные волны былого…Праздник чувства окончен… погасли огни, Сняты маски и смыты румяна;И томительно тянутся скучные дни Пошлой прозы, тоски и обмана!..
Гаснет жизнь, разрушается заживо тело,Злой недуг с каждым днем беспощадней томит,И в бессонные ночи уверенно, смелоСмерть в усталые очи мне прямо глядит.Скоро труп мой зароют могильной землею,Скоро (высохнет мозг мой и сердце замрет,И поднимется густо трава надо мною,И по мертвым глазам моим червь поползет…И решится загадка, томившая душу, –Что там ждет нас за тайной плиты гробовой…Скоро, скоро!.. Но я малодушно не трушуИ о жизни не плачу с безумной тоской.Что дала ты мне жизнь, чем меня приласкала,Что ты можешь еще мне сулить впереди?Ты все лучшие думы мои осмеяла,Ты все лучшие чувства убила в груди.
Бедный ребенок, – она некрасива!То-то и в школе и дома онаТак несмела, так всегда молчалива,Так не по-детски тиха и грустна!Зло над тобою судьба подшутила:Острою мыслью и чуткой душойЩедро дурнушку она наделила, –Не наделила одним – красотой…Ах, красота – это страшная сила!..
Да, это было всё… Из сумрака годовОно и до сих пор мне веет теплотоюС измявшихся страниц забытых дневниковИ с каменной плиты, лежащей над тобою…Да, это было всё: горел твой ясный взор,Звенел твой юный смех, задорный и беспечный,И смерть всё отняла, подкравшись к нам, как вор,Всё уничтожила с враждой бесчеловечной.[Года прошли, – но я не в силах оторватьДуши моей больной от старины заветной!Угасший, бедный друг, где мне тебя искать?Как снова услыхать твой голос мне приветный?Ведь я люблю еще, ведь я, как прежде, твой!Откликнись, отзовись… томиться нету силы, –Откликнись, отзовись, иль пусть и надо мнойОпустится плита зияющей могилы.От тяжких дум моя пылает голова,От скорби рвут мне грудь свинцовые рыданья…Кому их высказать?.. Как жалки вы, слова,Как ты безжалостна, змея воспоминанья!]
Нет, я больше не верую в ваш идеал, И вперед я гляжу равнодушно:Если б мир ваших грез наконец и настал, – Мне б в нем было мучительно душно:Столько праведной крови погибших бойцов, Столько светлых созданий искусства,Столько подвигов мысли, и мук, и трудов, –И итог этих трудных, рабочих веков – Пир животного, сытого чувства!Жалкий, пошлый итог! Каждый честный боецНе отдаст за него свой терновый венец…
Я долго счастья ждал – и луч его желанныйБлеснул мне в сумерках: я счастлив и любим;К чему ж и а рубеже земли обетованнойОстановился я, как робкий пилигрим?За мной – глухая ночь и годы испытаний,Передо мной – весна, и ласка, и привет,А я… мне точно жаль умчавшихся страданий,И с грустью я смотрю минувшему вослед…Не называй меня безумным, дорогая,Не говори, что я солгал перед тобой;Нет, я люблю тебя, как мальчик, отдаваяВсю душу, все мечты, всю жизнь – тебе одной.Но отголоски гроз недавнего ненастья,Как голос совести, твердят душе моей:«Есть дни, когда так пошл венок любви и счастьяИ так прекрасен терн страданья за людей!..»
Так вот она, «страна без прав и без закона»!Страна безвинных жертв и наглых палачей,Страна владычества холопа и шпионаИ торжества штыков над святостью идей!О нет, не может быть!.. Вы лжете мне, вы лжете,Апостолы борьбы!.. Неправою враждойВы сердца моего корыстно не зажжете –Я верю в мой народ и верю в край родной!Он не унизился б до робкого смиренья,Не стал молчать года с покорностью рабаИ гордо б встал на бой, могуч, как ангел мщенья,Неотразим, как вихрь, и страшен, как судьба;Пока в нем слышен смех…
Брошены торжище, стадо и пашня,Заняты руки работой иной:Камень на камень – и стройная башняГордо и мощно встает над землей…Ласточка, рея в лазури бездонной,Кажется точкой для смертных очей.Или мы, с нашей мечтой окрыленной,Кроткой, воздушной певуньи слабей?К небу, где тучи играют и мчатся,Сыпля громами у ног божества,К небу, где райские реки струятся,Стелется райских лугов мурава;К жизни блаженства от жизни страданья,К звездам, сверкающим ярким огнем…Высьтесь же, стены гранитного зданья!Будьте нам к вечному небу путем!Полно, безумцы! Взгляните: чернеетГрозная туча на грани небес;В трепетном ужасе мир цепенеет,Отблеск зарницы мелькнул и исчез…
Быть может, их мечты – безумный, смутный бредИ пыл их – пыл детей, не знающих сомнений,Но в наши дни молчи, неверящий поэт,И не осмеивай их чистых заблуждений;Молчи иль даже лги: созрев, их мысль найдетИ сквозь ошибки путь к сияющей святыне,Как путь найдет ручей с оттаявших высотК цветущей, солнечной, полуденной долине.Довольно жалких слез!.. И так вокруг тебяОтчаянье и стон… И так тюремной двериНе замолкает скрип, и родина, любя,Не может тяжкие оплакивать потери…