Полное собрание стихотворений
Шрифт:
«За что? – с безмолвною тоскою…»*
1885
«Художники ее любили воплощать…»*
1885
«Красавица девушка чудную вазу держала…»*
1885
«Не хочу я, мой друг, чтоб судьба нам с тобой…»*
1882
Певица*
1885
«Да, только здесь, среди столичного смятенья…»*
1885
«Если ночь проведу я без сна за трудом…»*
1885
«Прощай, туманная столица!..»*
1885
Три ночи Будды*
Индийская легенда
В стране, где солнце не скупится На зной и блеск своих лучей, Где мирно синий Ганг струится В затишье рисовых полей, Где Гималайские вершины Над пестрой скатертью долины Горят в нетающих снегах, – Был замок в древности глубокой: Весь обнесен стеной высокой, Тонул он в рощах и садах. Он весь был мраморный; колонны В резьбе… вдоль лестниц шелк ковров, Вокруг – террасы и балконы, У входа белые драконы, И в нишах статуи богов. Пред ним листва благоухала, Блестел реки крутой извив, И крыша пагоды мелькала Меж кипарисов и олив. А дальше, скученный и темный, В бойницы замковой стены Виднелся город отдаленный, Столица знойной той страны – Капилаваста. Жизнь неслышно И мирно в замке том текла; И лишь одна природа пышно Вокруг дышала и цвела: Что год – тенистее бананы Сплетали темный свой намет; В ветвях их с криком обезьяны Резвились… Розы круглый год Цвели… Жасмин и плющ ползущий, Окутав пальмовые кущи, К земле спускались сетью роз; Повсюду ярких тубероз Венцы огнистые алели, И винограда кисти рдели На бархате террас. Ручей Тонул весь в лилиях душистых, И день, огонь своих лучей Гася на кручах гор кремнистых, Цветы вечернею зарей Кропил холодною росой. А в ночи, полные прохлады, В густой траве, то здесь, то там Кричали звонкие цикады, Прильнувши к трепетным листам; И сотни дремлющих растений Струили волны испарений; И у мерцающей реки, Над полусонною волною, Переливались бирюзою, В траве мелькая, светляки… Порою в зелени мелькала Тень отрока. Он был высок И строен. Мягко упадала Его одежда с плеч до ног. Загар наметом золотистым Румянец щек его покрыл; Избыток юности и сил Сквозил в сложеньи мускулистом Его груди и рук. Один Всегда он был. То он ложился Под тень развесистых маслин И что-то думал, – то резвился… Порой он припадал лицом К ручью и наблюдал пытливо, Как там сплетались прихотливо, На дне, усыпанном песком, Растенья в мраке голубом; То вдруг на зов к нему на плечи Послушно попугай слетал, И тихо ласковые речи Крикливой птице он шептал, И весь дрожал и разгорался, И вновь в раздумье уходил Куда-то в глушь, и там грустил Или загадочно смеялся… Кто был он, – он и сам не знал. Мрак строгой тайны покрывал Всегда его существованье, Но здесь ребенком он играл И здесь проснулось в нем сознанье. Он жил, рабами окружен, Его желанья, как закон, Всегда покорно исполнялись; Неслышно яства появлялись Обильно за его столом, И полон пальмовым вином Его был кубок. Без стесненья Он жил и делал что хотел, И только никогда не смел Он стену перейти – предел Его скитаний и владенья. Запрета он не нарушал… Ему сказали, что свершал Он чью-то волю… 1885
Три встречи Будды*
1
Я вас призвал, старейшины Непала, Как властелин и любящий отец. Бесценный перл судьба мне даровала На склоне дней в мой царственный венец. Расцвел цветок, прекрасней и пышнее Пурпурных роз Гангесских берегов, Взошла звезда небесных звезд светлее, Взлетел орел отважней всех орлов! Как кедр, высок и строен Сидората; Он наделен и меткою стрелой, И медом уст курильщиц аромата, И силой мышц, и гордой красотой. Но тайный страх мне сердце угнетает: Он всё грустит, возлюбленный мой сын; Забав дворца, дичась, он убегает, Угрюм и тих, он любит быть один; В моих садах, как лань в глуши, он бродит, И смотрит вдаль, и всё чего-то ждет, И, всё томясь, ответа не находит На ту печаль, что грудь его гнетет… Не раз смущен тоской его упорной, Я у него пытался расспросить, Какая грусть своею тенью черной Его чело дерзнула омрачить. Я говорил: «Полны конюшни наши Как вихрь степей могучих скакунов, Я прикажу вином наполнить чаши, Я созову танцовщиц и рабов; В глуши лесов рассыпем мы облаву, А ты учись стрелою и конем Приобретать воинственную славу: Не забывай – ты призван быть царем!» Но он в ответ: «Отец, меня не манит Веселый звук охотничьих рогов; Моя душа в тяжелой скорби вянет, Мой дух изныл под бременем оков! Прости, отец!.. Иной я полн заботой!.. Я жажду знать, кто синий свод небес В час тихих зорь румянит позолотой? Кто. создал мир, кто создал степь и лес? И много ль звезд рассеяно в лазури? И есть ли жизнь на дальних облаках? И чей призыв я слышу в шуме бури, Чью вижу тень в полуночных тенях?» И он стоял, как светом озаренный, Смотря туда, где догорал закат, И был глубок, как океан бездонный, Его очей задумчивый агат, И мрак кудрей тяжелою волною, Прильнув к плечам, сбегал с его чела. И мнилось мне, что за его спиною Горят, как жар, два огненных крыла… И с той поры тяжелое сомненье Меня гнетет и мучит без конца: Что, если он свое уединенье Вдруг предпочтет величию венца И, позабыв высокое призванье, Свой древний род и сан своих отцов, Пойдет искать безвестного познанья В глуши пустынь и в сумраке лесов. 1885
«Да, молодость прошла!.. Прошла не потому…»*
Поделиться с друзьями: