Из глубины моих владений,Из царства булок и котлетМой робкий, мой смущенный гений,Фельдфебель, шлет тебе привет!..Фельдфебель, где ты? Я страдаю,Сойди, как солнце, в мой Аид,И станет он подобен раю,И ангел сменит эвменид!..Приди! Любви и дружбы ранаС тобой в разлуке так жива, –И я велю левиафанаТебе подать для торжества!..
Сегодня тревожный мой сон на заре Смущали больные виденья:Мне снилось, что жгли на огромном костре Ученых и все их творенья.Огромные кипы записок и книг Пылали роскошней пожара,И я ощутил в голове своей вмиг Тревожное чувство угара.Как бочка, наш толстый топограф горел, Как факел, пылал Борановский,И с грустью на это бесчинство глядел Мудрейший полковник Павловский.Заркевич горевших крестом осенял И кланялся всем благосклонно,А стряпчий Бакшеев вопил и кричал, Что это совсем незаконно.Со звоном и шиком истлел Энгельгардт, Берг что-то считал и сбивался,И долго Пашкевича резкий дискант Над скорбной толпой раздавался.
Если был бы я Агарков,Я б оркестр соорудил,И мильонами огарковВсе пюпитры озарил.И на флейте, на тромбонеИ фаготах всех временНежно б пел в минорном тоне:«Милый ангел, я влюблен!»
Что ж, начнем слагать любовные посланья!То-то вдохновенный зададим концерт…После едких песен, слез и отрицаньяЭти побрякушки кстати на десерт.Ведь шаблон не сложен..: шейка – чародейка,Ножка – крошка, взгляд – лазурная эмаль,«Милая, родная… ангел мой, злодейка!..(Тут поднять крещендо и нажать педаль.)Я люблю вас страстно, я люблю вас вечно(О, конечно, вечно, – каждый миг сильней),Не терзайте ж грудь мне так бесчеловечноИ откройте рай мне, сделавшись моей…»Соловьи и розы, лунный свет и грезы,В голове угар, пожар и яд в крови,Клокотанье страсти, слезы и угрозы –И готова песня пламенной любви.Перероем кстати старые тетради,В них лиризм так глуп, но так горяч в стихах,И преподнесем ей милых глазок радиИз минувших ахов самый длинный ах…Можно даже будет кое-что у ФетаПризанять, – он мастер, сладкозвучный Фет,И сразить ее мелодией сонета,Где бы каждый стих был трель или букет!..И смешно и больно!..
Два нежных друга как-то жилиВдвоем под кровлею одной, –В полк на занятия ходили,Мечтали, верили, любилиИ ели сайки с колбасой.Казалось, жизнь их пронесетсяБез потрясающих невзгодИ каждый мирно в свой чередОтставки с пенсией дождется.Но рок иначе им судилИ под тужуркою армейскойВ сердцах их юных возбудилО славе замысел злодейский.
Горя вчера одним стремленьем –Вам угодить, насколько в мочь,Я ждал с тревожным нетерпеньем,Чтоб на Кронштадт спустилась ночь.И чуть огни сквозь мглу туманаЗажглись на сумрачной земле,Я в Петербург пустился рьяноПрямой дорогой, на метле.Путь был отличный; крылья буриПорывом вихрей снеговыхМеня несли в ночной лазуриБыстрее дрожек беговых.И, глядя на картину эту,Своей науки верный раб,Меня, как новую комету,Уж мерил взором Глазенап.Плоды поездки перед вами:Вот пряник – только что спечен,Приправлен скверными стихамиИ вам смиренно поднесен…
Пр'чтя только что твое п'сланье,Я пр'ник в значенье беглых строкИ на желанное свиданьеГотов я пр'течь в недолгий срок.В'бще я всегда с тобой душою,Тобой, В. Гаршин, дорожа,И в Кр'нштадте, окружен водою,Живу я, лыжи настр'жа.У нас здесь мрак непросвещенья,У вас же конки и прогресс;Вы даже в ночь для освещеньяОгни украли у небес!Рвясь вечно к вам в глухой тревоге,Как рвется узник из оков,В твоем блистающем чертогеЯ буду в среду, в шесть часов!..
На мызе Куза муза мызыСидит и смотрит в небосклон,И блеском неба синей ризыВзор юной музы восхищен.А в душной каменной столице,Ни муз, ни мыз где нет как нет,При грустной мысли о больницеКлянет свой век один поэт.И грезится душе поэта,Что сбросил он печали грузИ мчится быстро, как комета,На мызу Кузу, мызу муз…
Шутить стихом, играть словамиМне нипочем, – я рад писать.Я даже вам доклад стихамиХочу сегодня набросать.И хоть солидная контора,Где я серьезным быть привык,Внушать и не должна бы вздора, –Но слаб мой мелющий язык:До смерти рифмы одолели!..Внимайте ж беглым сим строкам:Четыре номера «Недели»Я продал разным господам.Один из них купил и книжкуРоманов за минувший год.Счастливец!.. Чудную коврижкуОн в умственный отправит рот!Когда б всегда он так обедал,Мудрей Эдипа он бы стал…Морозов был… Что он поведал,Вам скажет Витя: он слыхал.Еще я создал план сраженьяДля оловянных двух дружин –И вам в порыве вдохновеньяИспек сей стихотворный блин…