Чтение онлайн

– Я буду поступать так, как считаю нужным, - его голос становится тихим, но от этого только опаснее, как шипение змеи перед ударом.
– И, если тебе это не нравится...
– делает паузу, наслаждаясь моментом, - это исключительно твои проблемы, а не мои.

Что-то внутри меня рвется, последняя нить, удерживающая меня от крайности. Не думая, резко толкаю его в грудь. Игорь, не ожидавший этого, делает несколько неуверенных шагов назад и падает на край кровати, сминая дорогой костюм. Его лицо становясь вдруг чужим, почти незнакомым.

– Ты совсем с катушек съехала?
– он вскакивает, поправляя смятый пиджак, а на лице недоумение.
– Что это за дикие выходки?

– Злость, вот что это. Мне плевать на твои корпоративные страхи! – понимаю, что говорю слишком громко, но не могу остановиться.
– Ты сейчас же идешь к сыну и читаешь ему сказку. Он зовет тебя уже целый час, а ты тут устроил сборы, как будто черти куда собрался!

Руки сами собой машут в сторону, указывая на чемодан.

– А я пойду в аптеку, потому что ты, как всегда, даже по фотографии не сможешь купить правильные лекарства, как в прошлый раз с теми каплями для носа, помнишь? Когда купил совсем не то, и пришлось бежать ночью в дежурную!

– Это вообще не моя обязанность!
– бросает он через плечо, поднимая чемодан с такой силой, будто он ничего не весит.
– У меня есть работа, которая кормит эту семью, или ты забыла?
– его голос звучит презрительно, и хочется треснуть его.

В этот момент что-то окончательно ломается во мне. Голос становится тихим, почти шепотом, но от этого только страшнее. Муж обходит меня, и я говорю ему в спину.

– Если ты еще раз скажешь что-то подобное...
– делаю паузу, чтобы убедиться, что он слышит каждое слово, - то можешь не возвращаться. Вообще. Никогда.

Он замирает в дверях, его спина напрягается. Дома воцаряется гнетущая тишина, нарушаемая только слабым всхлипыванием Саши из детской.

Игорь медленно оборачивается. Он открывает рот, чтобы сказать что-то, но в этот момент раздается слабый детский голос.

– Папа... Где ты?

Глава 9

Марго

Я врываюсь в здание юридической фирмы, едва не поскользнувшись в коридоре, потому что опаздываю. Почти. Лифт движется невыносимо медленно, и я ловлю себя на том, что нервно постукиваю каблуком по полу.

– Да едь быстрее. Еще медленнее, и я точно опоздаю, - стону в голос.

И о чудо, дверь открывается, я влетаю на нужный этаж, столкнувшись с каким-то мужчиной, извиняюсь на ходу, и вот нужная дверь прямо передо мной.

Дверь с табличкой "Кристина Дмитриевна Соколова", обещает мне новую жизнь. Постучав, захожу. Женщина за массивным дубовым столом поднимает на меня оценивающий взгляд. Ей около пятидесяти, но выглядит она на все шестьдесят.

Строгий пучок седеющих волос, глубокие морщины вокруг тонких губ, острый как лезвие подбородок. Но больше всего поражают глаза, карие, холодные, без единого проблеска жизни.

– Вы опоздали, - упрекает меня ровным голосом, и взглянув на наручные часы, понимаю, что все же на минуту задержала ее, и от этого как-то не по себе, хочется развернуться и уйти, но мне нужна ее помощь, поэтому придется стерпеть.
– Я ценю свое время, Маргарита Сергеевна. И ваше тоже, кстати говоря.

– Прошу прощения за опоздание, - отвечаю ей на выдохе, давя желание высказаться по этому поводу.
– У моего сына ветрянка, температура под сорок. Я еле успела переодеть его, вызвать врача...
– голос срывается, и я внезапно осознаю, что стою посреди кабинета, с растрепанными волосами, с темными кругами под глазами.

– И все же это не повод для опоздания. Садитесь, - она прерывает меня резким жестом.
– Давайте без прелюдий, - она наклоняется вперед, и я вижу, как морщины у ее тонких губ становятся глубже.
– Мне нужно четко понимать ваши ожидания. Какую степень финансового разорения вы хотите для супруга? Полное банкротство или оставим ему возможность... Дышать?

Я закусываю губу до крови, ощущая металлический привкус во рту. Не ожидала такой беспощадной прямоты. В горле пересыхает, и я понимаю, что не могу сглотнуть, ком предательски застревает где-то посередине.

– Я хочу, чтобы он почувствовал себя так же опустошенно, как я сейчас. Максимально возможное по закону хотелось бы забрать, чтобы каждый рубль, который он заработал за время нашего брака, стал для него... – запинаюсь, ищу нужное слово, - наказанием.

– Хорошо, - она кивает, делая пометку в блокноте из плотной дорогой бумаги.
– Следующий вопрос принципиален для формирования команды, которая поможет с вашим делом, - она поднимает глаза.
– Какие сроки подачи на развод вас устроят? Нам нужно время для сбора доказательств измен, поиска возможных финансовых махинаций, анализа его бизнеса. Чем тщательнее будет подготовка, тем болезненнее сможем подвести для него итог.

– Чем быстрее, тем лучше, - пальцы сами собой начинают барабанить по колену, выбивая нервную дробь.
– Я... Я не уверена, что выдержу месяцы ожидания. Каждый день в одном доме с ним...
– голос срывается, - это пытка. Я просыпаюсь и вижу его лицо. Я ложусь и слышу его дыхание. Я не хочу долго терзать себя.

Ее брови едва заметно приподнимаются, в глазах мелькает что-то похожее на понимание, но не сочувствие. Она не из тех, кто утешает, а пару слов все же хотелось услышать.

– Стандартный срок подготовки, четыре недели, - говорит она, постукивая ручкой по столу.
– Но учитывая ваше состояние... – она смотрит на меня, видит, что месяц для меня — это мука, и продолжает, - попробуем уложиться в две-три недели. Хотя это будет стоить вам дороже за срочность.
– Если, конечно, вас это не смущает.

Моя рука непроизвольно тянется к хрустальному стакану с водой, стоящему на краю стола, но я останавливаю себя, боюсь, что дрожащие пальцы не удержат хрупкую вещь.

– Не смущает. Лишь бы быстрее все это закончилось.

– Хорошо, тогда формат работы будет следующим, - адвокат откладывает ручку и складывает руки перед собой.
– Основное общение через мессенджер. Очные встречи только по критически важным вопросам, как сегодня. Все предоставленные документы я изучу, самостоятельно подготовлю все для суда, вам нужно будет только подписать, - она замолкает, смотрит на меня.
– Вам это подходит?

– Да, я согласна, - киваю, уже мысленно составляя список: зеленка, детский нурофен, антигистаминные, влажные салфетки... Аптека закрывается через сорок минут, а у Саши температура, и он с отцом, которому плевать. Мне нужно скорее домой.

– Тогда на сегодня все, - она встает, давая понять, что время истекло.
– И успокойтесь, Маргарита Сергеевна. В моей практике вы не первая и не последняя женщина в таком состоянии. Все они выжили, - как обнадеживающе звучит. Кажется, она ничего не слышала об эмпатии.
– И вы выживете.