Последнее предупреждение
Шрифт:
«Ого! Понятно, что это за «просители». Таким и приказывать – лишнее. Тут пожелания сойдут за закон».
Мысли Принцессы двигались несколько в ином направлении: ей казалось, что на горизонте снова забрезжил призрак нежеланного брака. Что на время подавило иные опасения:
– Мой отец? – испуганно спросила Лея, но врач отрицательно покачал головой
– К сожалению, вице-короля Альдераана не имею чести знать лично.
– Тогда кто? Милорд?! – и в ответ на кивок Линнарда: – Но почему?
– Ваши способности. Потом, вас, действительно ищет СИБ. И если найдут, то могут надолго замуровать в одной из тюрем или убить. Согласитесь, с точки зрения Империи вы и впрямь вели себя как шпионы... выведали информацию, скрывались, оказали вооруженное сопротивление Службе Безопасности. Охотно верю, что вы вляпались в историю случайно – настоящие лазутчики вели бы себя поумнее, – Линнард осуждающе покачал головой. – Вас ведь имели право арестовать только за один несанкционированный выход с территории Дворца.
– Но разве Вейдер не куратор СИБа? Или он хочет замуровать нас на этом корабле?
– Все несколько сложней. Некто из той организации злоупотребляет служебным положением. СИБ официально должен вас искать. И тот человек использует коллег и стандартные процедуры – в личных целях. Попадать во власть к тому человеку вам никак нельзя. Или вы желаете, чтобы вас использовали в качестве наживки, для выявления неблагонадежных сотрудников? Ведь – нет? Ну и славно.
– Другими словами...
– Другими словами, вы нечаянно попали в водоворот одной интриги. И могли запросто утонуть...
– То есть нас спасали? Кому выписывать благодарность? – язвительно произнесла Органа.
Линнард пожал плечами и невозмутимо отозвался:
– Если хотите – той женщине, которая вас сюда доставила.
– А вам?
– Мне? Мне ничего не нужно. Только слово, что вы не убежите, ну хотя бы в течение недели.
– И вы мне поверите?
– Нет, но моя совесть будет спокойна. Я просто переложу ответственность на вашу совесть...
Ирония Линнарда позволила Лея решиться...
– На самом деле, – резко сменила тему она, – я удивлена даже не тем, что увидела вас здесь, а тем, как в последнее время сбываются все мои желания.
– Простите? – теперь пришла очередь Линнарда удивляться.
– Мне была нужна квалифицированная консультация медицинского работника. И тут, раз, – Лея щелкнула пальцами, – меня доставляют к врачу, да еще к какому!
Зейн нахмурился. Соло, кстати, тоже.
– Вам нужна консультация врача? Что-то серьезное?
Но Лея их разом успокоила.
– Нет, спасибо, доктор, это не касается здоровья. Мне нужно провести экспертизу.
– Какого рода экспертизу? – насторожился главный специалист Империи.
– Генетическую.
– Понятно.
– Разве? – усмехнулся Лея.
– Хотите опровергнуть слухи?
– Откуда вы знаете? – вот теперь она выглядела очень юно.
«Девочка, ты сама своими фразами и поведением даешь мне все необходимые подсказки».
– Не знал, до этой секунды.
– Доктор, мы можем договориться. Я дам слово не сбегать – а вы проверите, родители ли мне те люди, которые ими считаются. Согласны?
– Согласен. Хотя, вы могли бы и так попросить. Это ваше законное право. Но я буду рад, если вы выполните ваше явно сгоряча данное обещание.
– Выполню. Только есть одно но. Оно-то как раз не совсем законное. У меня на кристалле есть необходимые данные по родителям и по еще одному человеку, официально не связанному с нашей семьей. Если вы сравните... – голос Леи дрогнул.
«Только не хватало, чтобы она разрыдалась!»
– Давайте сюда ваш кристалл, – быстро проговорил доктор, стараясь подбодрить ее, – это не займет много времени. Пару часов... И все будет в порядке, слышите меня?
– Да, доктор. И... спасибо.
«Беглецы» шли по коридору в сопровождении Люка. Они уже побывали в столовой и теперь направлялись к своим каютам. Но на самом деле делали изрядный крюк. Чуи воспользовался тем, что они проходили мимо ангара, – вернулся на «Сокол», объяснив рычанием, что отказывается оставлять надолго корабль, в котором непременно сегодня нужно проверить двигатель. Хан махнул рукой: у вуки были иногда свои капризы. Но Лея и Люк поняли, что Чубакка просто решил их троих оставить наедине. Он, будучи алиеном, почувствовал взаимный интерес, и, не желая шататься по кораблю и слушать, как ведутся разговоры ни о чем, бесцельно, ради общества друг друга, – решил тактично удалиться.
– «Сокол», по-видимому, больше чем корабль? – усмехнулся Люк, глядя вслед вуки.
– О, да, – откликнулся Хан. – «Сокол» – это свобода.
– Свобода? – удивилась Лея. – Тебе нужна свобода?
– Она всем нужна. Это ведь минимальный набор для счастья. Свобода.
– Минимальный набор? – спросил Люк. – А что же входит в максимальный набор?
– Да, что тебе еще нужно? – подхватила Органа.
– По большему счету – больше ничего и нужно.
– Но ведь не бывает абсолютной свободы, – заметила принцесса, – тебя всегда кто-то или что-то ограничивает.
– Поэтому свобода – это мечта. Но частично я ею пользуюсь.
– Мы, наверное, говорим о разном. Ты имеешь в виду ту свободу, когда ни от кого и ни от чего не зависишь?
– Ну да. Жизнь без ограничений.
– Когда тебя ничто не зацепит, ничто не тронет, ничье мнение?
– Хм, вот зависимость от чьих-то слов и мнений – самая худшая форма неволи. Быть свободным – добровольно себя отвергать от всех, никаких обязанностей ничего.
– Но и в ответ ничего! – воскликнул Люк.
– Это да.
Лея покачала головой:
– Мне бы не хотелось быть абсолютно свободной.
– Почему? – заинтересовался Соло.
– Потому что такая свобода означает полное одиночество.
И словно эхом – «Свобода невозможна без одиночества», – между тем размышлял Люк, – «а в пустыне одиночество означает только одно – смерть. Одному там не выжить, ни за что».
– Ну да, именно, одиночество – необходимое условие, – кивнул Хан.
– Отсутствие близких людей рядом, – продолжила Лея. – Тех, чье мнение тебе дорого и ты сам дорог.
– Ну да, это же кабала, все эти отношения, все эти связи.
Принцесса покачала головой.
– Я бы все-таки хотела быть понятой и одобренной, хотя бы парой-тройкой близких мне людей.
– Я тоже, – поддержал её Люк и обратился к Соло. – Неужели у тебя не возникает таких желаний?
– Нет, – просто ответил кореллианец.
– Не может быть! – воскликнул Люк.
– Конечно, не может быть. Хан просто выпендривается, – объяснила Лея.
– Я серьезен.
– Не думаю, что, добившись такой свободы, ты по-настоящему будешь счастлив. Я не буду, точно.