Чтение онлайн

– Что у нас будет большая война с казаками и московским царем. Но это давно уже не тайна. Еще в Аксу, когда я получил приказание выступить в Стамбул, я понял, что речь шла о большой войне... Давно пора нам стать твердой ногой на северном берегу Черного моря. Украина даст нам хлеб, скот и рабов. Ради этого мы и поднимаем меч против севера... Итак, мы должны сегодня же выступить на Чернаводу!

– Безусловно! Не будем терять времени - пошли! Они вышли во двор.

– Ходжа, сзывай всех в поход!
– приказал Сафар-бей аскеру с зурной на боку.
– А ты, Джаббар, слушай: останешься в крепости, присмотришь за моими гостями. Вместе с Али. Он будет за старшего, я дал ему все указания... А сейчас спустись в подвал. Там на крюку висит мертвый гяур. Закопай его за стеной, в овраге. Ну, айда!

Тревожно заныла зурна. Из помещений с криком и гамом выскакивали аскеры, на ходу прилаживая одежду и оружие.

Гамид поспешно выехал из крепости к своему отряду. Сафар-бей вернулся к себе: ему хотелось повидать Адике. С каждым днем он все больше влюблялся в девушку и не пропускал возможности лишний раз показаться ей на глаза. Несмотря на жестокий и холодный характер, перед Адике он чувствовал какую-то непонятную радость, и неодолимая сила все время влекла его к ней.

Возле калитки его нагнал запыхавшийся Джаббар. Его длинное морщинистое лицо покрывали капельки пота, в глазах светилось недоумение.

– Что случилось, Джаббар?
– нахмурился Сафар-бей.

– Ага, там... внизу... совсем не мертвый... тот гяур... Глазами моргает. Как быть - добить его или живьем закопать?

– Что ты мелешь? Не мог он ожить! Тебе показалось спросонья!

– Аллах свидетель, я не спал. И не показалось мне, тот гяур живой!

Сафар-бей круто повернулся и почти бегом бросился назад в подземелье. Аскер еле поспевал за ним.

Звенигора и вправду был жив. По его телу время от времени пробегала дрожь. Сафар-бей выхватил ятаган и рассек веревку. Отяжелевшее тело казака упало ему на руки. Ага положил его на пол и велел Джаббару принести охапку соломы и кусок полотна.

После перевязки Арсен задышал ровнее и медленно открыл глаза. Сафар-бей опустился возле него на колено.

– Ты слышишь меня, гяур?
– спросил он, наклоняясь.
– Очнись! Рана твоя неглубокая, пуля скользнула по черепу. Ты родился под счастливой звездой... Тебя только оглушило. Опомнись!

Но Звенигора, видно, очень обессилел. Мокрые веки снова закрылись.

Сафар-бей поднялся:

– Джаббар, оставляю этого узника на тебя. Ты отвечаешь за его жизнь головой. Слышишь? Он мне нужен только живой! Дашь ему есть, пить... Береги пуще глаз своих, пока не приеду. Понял?

– Понял, ага. Понял!

Сафар-бей еще немного постоял над Звенигорой, сморщив в задумчивости лоб.

Какую тайну прячет в глубине своей памяти этот гяур? Почему и как скрестились их судьбы? Почему имя Ненко всю жизнь преследует его, стучит в сердце? Не с этим ли связано его раннее детство, о котором кое-когда всплывают отдельные неясные воспоминания? Как бы хотелось проникнуть в то далекое прошлое! Может, и у него где-то есть родители, братья и сестры? Он знал, что некоторые янычары находили своих родных. А ему хотя бы узнать, кто он и откуда... В мрачном раздумье поднялся Сафар-бей из подземелья.

НЕНКО

1

К вечеру Арсену стало лучше. Открыл глаза и затуманенным взором обвел мрачные стены подвала. Тихо. Темно. Куда же девались Сафар-бей и Гамид? Неужели им надоело истязать его? А-а... Они, кажется, говорили что-то о походе на гайдутинов... о походе на Младена!..

Сознание мгновенно прояснилось. Звенигора приподнялся и сел. Резкая боль в виске. Потрогал рукой - тугая повязка из полотна. Это удивило его. Он не помнит, чтобы перевязывал себя. Тогда кто же это сделал? Неужели Сафар-бей? А это что? Смотри-ка! Даже воду и еду поставили!

Не найдя ответа на все эти вопросы, Арсен решил действовать.

Хотя и поел, чувствовал себя прескверно. Нестерпимо болела спина, голова кружилась. Превозмогая слабость и боль, придерживаясь за стену, встал на ноги и прислушался. Вокруг царила глухая тишина.

Медленно поднялся по ступеням к двери, приник глазом к щели. Во дворе смеркалось. Интересно, охраняют ли его? Легонько нажал на дверь плечом она скрипнула.

В тот же миг кто-то кашлянул. Загремел засов, и в подвал заглянул аскер.

– А-а, гяур! Тебе лучше? Пришел в себя?

– Да... лучше бы и некуда, - ответил, еле шевеля разбитыми губами, Звенигора.

– Ну так и лежи спокойно, пока ага не вернется.

– А когда он вернется?

– Как только поймает разбойника Младена.

Итак, Сафар-бей... нет, не Сафар-бей, а Ненко, сын воеводы Младена, выступил с войском против своего отца! Какая жестокая игра судьбы... Какой адский замысел вынашивал Гамид с тех пор, как выкрал детей воеводы! И как все сплелось теперь в один неразрывный узел: Младен, Анка, Сафар-бей, Адике... Только Якуб, он и Гамид знают тайну этих людей. Но Гамид никогда добровольно ее не раскроет, а Якуб и он - в заточении!

А в это время Сафар-бей со своими людьми пробирается горными тропами к Чернаводе... У него достаточно войск, чтобы уничтожить всех сторонников воеводы, а самого Младена, живого или мертвого, притащить к беглер-бею.

Необходимо во что бы то ни стало предупредить Младена об опасности, а главное, о том, что Сафар-бей - это Ненко! Нельзя допустить, чтобы сын убил мать и отца! Или, наоборот, сам Сафар-бей погиб от руки Младена или его воинов...

Но как предупредить? Как вырваться отсюда?

Раздумывал Звенигора недолго. Выход один - через двери. Другого нет. А двери закрыты и ключи у аскера. Следовательно... без крюка никак не обойтись. Слаб он, Арсен, еще очень, но и крюк теперь не такой прочный. Арсен вновь ухватился за него, начал сгибать и разгибать вперед - назад... Вперед - назад... Вот уже крюк стал более податливым и наконец сломался у основания. Загнав острие в щель между камнями, Звенигора выпрямил его и, оторвав от шаровар карман, обернул им отломанный конец, чтобы удобней было держать в руках. Сердце радостно забилось... Слава богу! Теперь есть оружие - настоящее, такое же опасное, как кинжал или копье! Теперь его судьба в собственных руках.

Немного отдохнув и снова подкрепив силы едой, Звенигора громко заохал, застонал. Послышался голос аскера:

– Чего тебе, гяур?

– Ой, что-то мне плохо!.. Сюда! Скорее!..

Громыхнули двери. На пороге с фонарем в руке появился аскер. В тот же миг Звенигора выступил из темноты и изо всех сил ударил его крюком в грудь. Тот только охнул и тяжело опустился на землю...

Звенигора быстро сорвал с аскера одежду, переоделся, взял ятаган и кинулся вверх.

Прячась в тени, осторожно пробрался к калитке, что вела к домику Сафар-бея. Часового не было. В саду пахло розами, шелестели верхушки деревьев, вкрадчиво шуршали под ногами мелкие камешки.