Чтение онлайн

Воевода нахмурился и отошел к окну. Анка остановилась перед Звенигорой.

– Я постараюсь узнать, пани Анка, - тихо сказал казак.
– Но столько лет прошло...

– Не думай, что мы не искали его!
– Женщина побледнела, глаза ее затуманились.
– Младен не жалел ни сил, ни денег... Однако ничего определенного мы не узнали. Гамид словно в воду канул. А с ним исчезли и дети... Одна-единственная весточка дошла к нам от одной старой ахчийки82 из Ямболя. Она рассказала, что однажды в харчевне ее хозяина остановился молодой ага со свитой. С ним было двое детей, которых ага приказал ей искупать... Девочка тихо сидела в уголке и испуганно, как затравленный зверек, смотрела на чужих людей, а мальчик все время плакал, отбивался от аги, отказывался есть и был очень грязный.

Старушка уговорила мальчика раздеться и посадила в корыто, начала купать. Когда ага на минутку вышел, она спросила мальчика, как его звать. "Ненко", - ответил тот. Но в это время вернулся со двора ага и приказал замолчать. Так ахчийка и не успела узнать у мальчика, кто они и откуда. Однако хорошо запомнила, что у мальчика на правой руке, ниже локтя, три белых шрама... Такие шрамы были у нашего Ненко...

Голос женщины задрожал, она замолкла. Воевода обнял ее за плечи, утешая, и незаметно подал знак Звенигоре, чтобы он оставил их.

Звенигора молча поклонился и вышел.

3

На следующий день на перевале Вратник появился большой купеческий обоз. Взмыленные кони с натугой тянули тяжелые крытые возы. Возницы то подбадривали усталых животных криками, то хлестали кнутами.

Впереди обоза, удалившись шагов на сто, ехали два всадника. Это были Звенигора и Драган. Но их трудно было узнать: Звенигора переоделся богатым львовским купцом-турком, на боку у него кинжал и два пистолета, искрящихся на солнце перламутровыми рукоятками. Драган одет скромнее, широкие поля шляпы затеняют худое загорелое лицо, в руке тяжелая дубовая палица.

Узкая каменистая дорога круто поднималась вверх. По обеим сторонам мрачной стеной стояли сосновые и еловые леса. Зеленая тишина, наполненная густыми запахами трав и смолы, дышала тревожным покоем, заставляла путников внимательнее всматриваться в пустые заросли.

– Скоро?
– спросил Звенигора.

– Сейчас уж перевал, - ответил Драган.
– За этим поворотом нас ждут. А застава стражников чуть дальше... Услышат стрельбу - прибегут.

Несколько минут спустя обоз достиг вершины перевала. Здесь было просторно. В одном месте дорога расширялась так, что образовывалась большая площадка, поросшая вереском и загроможденная мелкими камнями. Слева площадка заканчивалась крутым обрывом, справа стоял непроходимый ельник.

– Здесь, - сказал Драган и, приподнявшись, свистнул.

И сразу же затрещали в лесу выстрелы из пистолетов и янычарок. Возницы остановили коней, начали торопливо разворачивать возы назад. Снова загремели выстрелы. Над головами просвистели пули. Бросив на произвол обоз, Звенигора и Драган ударили под бока коней, понеслись вперед, крича:

– На помощь! На помощь! Разбой!..

Издалека донеслись удары колокола. Драган завопил еще громче:

– Сюда! На помощь! Грабят!..

Стрельба прекратилась. Возы развернулись, и возчики погнали коней вниз. На дороге осталось десятка два вооруженных людей, выскочивших из леса. Некоторые из них погнались было за Звенигорой и Драганом, но, заметив конный отряд стражников, вынырнувших с криком и свистом из-за красноватой скалы, повернули назад и присоединились к своим товарищам.

– Что здесь происходит, гнев аллаха на ваши головы!
– гаркнул, останавливаясь перед убежавшими, дородный пожилой халавуз83 с окладистой седой бородой.

Звенигора соскочил с коня, поклонился, ударив руками о полы кафтана:

– Разбойники! О аллах! Догоните негодяев! Они забрали все мои возы с товарами! О вай, вай! Что я теперь буду делать, несчастный?.. Прошу вас догоняйте! Я щедро всем заплачу!..

Однако стражники не тронулись с места. Халавуз приложил ко лбу руку козырьком и посмотрел на дорогу, где вдали виднелись гайдутины.

– Их много?
– спросил он.

– А кто их знает, - вмешался в разговор Драган.
– Может, двадцать, а может, и пятьдесят...

– Нас слишком мало, чтобы их преследовать, - перебил халавуз.

К вечеру "купцы" в сопровождении двух стражников прибыли в Сливен небольшой городок в южном предгорье Средней Планины. Кривыми улочками добрались до базарной площади, завернули в хан - заезжий двор, где можно было поесть и переночевать. Хозяин хана, старый, но расторопный Абди-ага, хорошо разбирался в людях и сразу, по одежде, оценил нового постояльца.

– Весь мой дом к услугам высокочтимого аги, - поклонился он Звенигоре.
– Что будет угодно?

– Комнату для меня и моего проводника. Ужин на двоих. И - покой. Я хочу отдохнуть после всего, что пережил на Вратнике...

– На перевале на вас напали разбойники?

– Да. Они захватили моего отца и забрали все мое добро, которое я вез из самого Львова.

– Аллах экбер, какая утрата!

– И что хуже всего - я мог бы возвратить мои возы, если бы не трусость стражников, побоявшихся погнаться за гайдутинами. Пугливые ишаки! Я пожалуюсь беглер-бею на них, будьте уверены!

– О-о, ага - смелый человек, если действительно отважится на такое!

– Ты думаешь, это небезопасно?

– Для нас - да. Но ты чужестранец. К слову, если мне будет позволено, я хотел бы дать совет...

– Пожалуйста.

– Нет надобности ехать к беглер-бею. Как мне известно, сливенский паша и ага Сафар-бей имеют чрезвычайные полномочия вершить все дела в околии84. Обратись, ага, к ним.

– Этот совет стоит обдумать. Благодарю, Абди-ага.

– Не за что. Прошу извинить меня, тороплюсь уйти: надо рассказать соседу о такой важной новости. Он снаряжает караван в Сучаву и должен знать, что Вратник опасен... А вы отдыхайте. Все будет к вашим услугам.

САФАР-БЕЙ

1

После завтрака Звенигора побрился перед небольшим тусклым зеркальцем и начал одеваться. Дорогая одежда, раздобытая людьми воеводы Младена, была тесновата, зато хорошо подчеркивала стройную фигуру и крепкие мышцы плеч.

– Ну и купец!
– усмехнулся Драган.
– Настоящий Самсон! Непривычно видеть торговца с выправкой воина.

– Тесс!
– подморгнул Звенигора, подкидывая на ладони тугой кошелек. Вот веское доказательство того, что я купец. Спасибо воеводе, не поскупился!.. Ну, а на случай чего надо, иметь при себе и кус острого железа. Признаться, к нему я больше привык, чем к золоту.
– Он пристегнул к потайному поясу небольшой кривой ятаган в мягком сафьяновом чехле, который утонул в широких складках шаровар.