Чтение онлайн

– Фу какая пошлость, - мужчина придавил ее своим весом и прижал ее руки по бокам от подушки.
– Не ожидал от тебя. Апраксина… пожалуйста – не хами мне в моем доме, в моей постели, в зафиксированном положении подо мной. Это нерационально. Тебе невыгодно меня сердить. Ну всё, замолчи уже, начинаем. Соскучился по тебе, сил нет.

Юлия поморщилась, стараясь расслабиться.

– Мне нравится, когда ты начинаешь меня воспитывать и стыдить непосредственно во время секса.

– Ну что ж поделать, если ты в этом положении лучше всего меня воспринимаешь. Теперь отключи, наконец, голову, сосредоточься на нижнем этаже и молчи, что бы ни ощущала, – за стенкой ребёнок спит.

Узкая постель не оставляла пространства для каких-либо движений и тем более экспериментов; Грачёв долго и методично наслаждался Юлией в одной и той же позе. Пару раз из упрямства она попыталась отползти – но Даниил остановил:

– Будешь дергаться – заломаю жёстче. Лежи не двигайся.

– Не надоело распоряжаться?

– Лови кайф молча. Ты же любишь эту позу.

– Я люблю, чтобы у меня руки были свободны!

– Ну, деточка. Потерпи.

– Пощади, Грачёв. Заканчивай. Ты мне всё там стёр.

– Я закончу тогда, когда закончу. Давай, Юленька, молчком.

Юлия скрипнула зубами, но скоро полностью подчинилась его воле и включилась в процесс. В какой-то момент она, забывшись, не сдержалась и охнула; Грачёву нравилось наблюдать, как она теряла голову в его постели, но он сердито шикнул, призывая к тишине.

– Я же сказал не двигаться, Апраксина.

Больше она ему не препятствовала. Когда всё закончилось, Юлия осталась лежать на спине; она закрыла глаза и сложила руки на груди, натянув на себя простынку.

– У тебя тут душ хоть есть где принять?

– Могу тебе из кувшинчика полить.

– Шутишь?

– Ладно. Здесь есть полноценная ванная. Только с водой сегодня перебои. А я махнул рукой - весь уже мыслями в Лос-Анджелесе, в командировке.

– Я так и думала.

– А что такого с тобой произошло, после чего немедленно нужно бежать душ принимать?
– Грачёв устроился рядом и наблюдал за ее лицом, подперев голову рукой.

– Да не до душа мне. Я сдохла, - извинилась она, заметив его взгляд. – Хочу поспать. Не обессудь.

– Да пожалуйста. Меня, наоборот, прикалывает, как ты устаёшь от секса, даже если просто лежишь и ни черта не делаешь. А знаешь, что тебя утомляет?

– Удиви меня.

– Просто ты испытываешь эмоциональный взрыв в ста процентах случаев. Даже если не удаётся испытать оргазм. Хотя сейчас оргазм всё-таки был, как мне подсказывает наблюдательность и опыт наших отношений.

– Правильно подсказывает. Ох, Грачёв… если бы мне каких-то пятнадцать лет назад кто-нибудь сказал, что в возрасте под сорок у меня будет такой секс – я бы очень смеялась.

– Что же тут смешного. Самый феерический секс у меня начался как раз-таки в возрасте под сорок. И угадай с кем. Давай, развлеки меня напоследок.

– Напоследок?

– Ну, пока ты в таком раздавленном состоянии, что нет сил врать и изворачиваться. Зачем ты приехала?

Юлия замялась, но ответила, как всегда, подтрунивая:

– А хрен его знает. Захотела – и приехала. С каждым годом не влюбляться в тебя становится всё труднее. Я сдерживаюсь изо всех сил, прояви сочувствие.

– Бедненькая. Как ты страдаешь! – саркастически воскликнул Даниил. – Обороняйся, пока можешь. Хотя я бы сказал, поздняк метаться. Ты, конечно, влюблена.

– Не льсти себе.

– Влюблена ровно настолько, насколько способна. Это твой потолок, не комплексуй. Просто ты умело отгораживаешься от чувств. Как и от любви к сыну. Кстати, я тут подумал: пусть поживёт пока у меня. У тебя сейчас работы много, а я за ним присмотрю.

– У тебя будто бы мало других дел?

– Дел до фига. Просто Лёва мне важнее и интереснее этих дел, - Даниил снова легонько притронулся к ее губам.

– Да бред какой-то. Он тебе не сын, не забыл?

– Конечно, не забыл. Ты мне об этом постоянно напоминаешь. А что, сына может любить только родной отец?

– Ну как-то так, да, - вяло согласилась Юлия.

Даниил, один за другим осторожно, но крепко покусывая ее пальцы, засмеялся.

– Да, в логике тебе не откажешь. То-то твой бывший души не чает в сыне.

– Черт с вами, делайте, что хотите, только меня не будите, - разворачиваясь на живот, пробормотала женщина. – Играйтесь потише утром.

– Да мы вообще на рыбалку пойдем, если погода позволит.

– Вдруг найдешь кого помоложе, посимпатичнее… Да и пох, - прошептала Юлия в подушку и закрыла глаза.
– Иногда мне кажется, я всё же люблю тебя. И очень уязвима из-за этого.

– Перекрестись, раз кажется, - спокойно ответил Даниил, вставая и натягивая штаны. – У тебя всё атрофировано. Ты, безусловно, что-то чувствуешь. Но сама не понимаешь, что. Это как фантомные боли в отсутствующей руке.

– И что посоветуешь делать?

– А что тут посоветуешь? Либо научись всё делать оставшейся рукой, либо пользуйся протезом.

– Жёстко.

– Сегодня я не настроен с тобой цацкаться.

– Я уже поняла. А чего так?

Грачёв надел футболку и присел к ней на постель.

– Помнишь наш первый секс?

– Слова «такое не забывается» наконец-то наполнились для меня живым смыслом, - засмеялась Юлия. – Кто ж не помнит свой первый раз. У меня был шок. Но ты меня быстро к этому делу приобщил.

– Приобщил? Я бы сказал, пристрастил, - без улыбки поправил Грачёв. – И твоя половая жизнь началась именно тогда, в моей квартире на Некрасова, когда у тебя уже был годовалый сын.

– Ну да. Всякое бывает. Ты был моим первым мужчиной в постели, я этому рада. Никогда не жалела. Хотя хотела бы попробовать с другими – но не могу. Стопор стоит. Но теоретически да, хотела бы. И что?

– Да я к тому, что Лёва будто оказался вне активности твоей, прости, пожалуйста, репродуктивной системы. Ты так и не научилась видеть в нем сына. Верно?

– Верно, - спокойно согласилась Юлия. – Ну живет у меня какой-то непонятно откуда взявшийся мальчик. Я что – плохая мать?

– Не плохая, - с огорчением посмотрел на нее Даниил. – Скорее никакая. Знаешь его группу крови?

– Этим вопросом я никогда не задавалась. А что? Он болен?

– Больна здесь ты, причем на всю голову. А как зовут девочку, которая ему нравится?