Чтение онлайн

И, судя по усмешке работодателя, он тоже получил некое удовлетворение. Ладно, намек я поняла, и больше не стану сталкивать герцога с родственниками. По крайней мере до тех пор, пока он не навредит мне.

— Ваш кузен совсем на вас не похож. Я имею в виду, на Сантамэлей. Вы, Великий герцог и император между собой схожи, а он…

Я умолкла, не зная, как объяснить смутное ощущение, будто бастард в императорской семье вовсе не Герхард.

— Юстас? — герцог удивленно приподнял брови. — Вы не знаете? Он — приемный.

Ложка едва не выпала у меня изо рта. Приемный ребенок у Великого герцога? Так вообще бывает?

— Моя тетушка… Так получилось, что у них с Кристианом нет своих детей. Поэтому дядя нашел Юстаса. Ему было десять. Не знаю, что случилось с его семьей, мы никогда не обсуждали то, что было до его усыновления. Хватало того, что у него есть дар. И он немного похож на Ивон внешне. Кажется, дядя сыграл на сплетнях о какой-то дальней родне, но правду никогда не рассказывал.

Великая герцогиня бесплодна? Смутно верится, что проблема в герцоге. Но почему он просто не развелся, как сделал бы любой другой аристократ? Не услал жену в провинцию? Нет, он нашел подходящего ребенка и привел его в свою семью в столь… разумном возрасте и воспитал его как собственного сына. Более, чем странно.

Зато теперь ясно, почему Шенбек. В аристократических семьях часто встречается несколько фамилий, но достаются они обычно младшим сыновьям. Старшие же чаше используют родовое имя. Однако, если речь идет об усыновлении… Только элементали знают, какие законы там действуют. По крайней мере, я точно не в курсе.

— Я как-то привык считать, что все вокруг знают подробности о моей семье, — продолжал задумчиво говорить Герхард. — Но вы меня удивили. Даже странно встретить человека, которому нет никакого дела до моих родственников.

Наверное, это потому, что меня всегда увлекало нечто иное. Рунология. Бабушка и ее история. Рофхогели…

Перед глазами вновь встал Конрад с кровавой пеной на губах. Надеюсь, он придет в себя. Нужно будет обязательно навестить его в госпитале. Что бы там не говорил герр Шенбек, помолвку стоит подстегнуть.

— Все бывает в первый раз… — когда нужно что-то ответить, а мыслей нет, можно вставить ничего не значащую фразу.

— Да. И на вашем месте я был бы осторожнее. Юстас не привык спускать обиды. Вы — женщина, вас на дуэль не вызовешь, однако он может найти способ отыграться иначе. — Герхард усмехнулся и поднялся, явно собираясь покинуть комнату. — Отдыхайте, фройляйн. У вас был тяжелый день.

Отдохнешь тут… Теперь еще думать о будущем возмездии от герра Шенбека. Судя по прощальному взгляду, он не успокоится. И не забудет. А ведь сам виноват! Нечего было распускать язык! И руки!

— Фанатики схвачены. Тех, кто устраивал беспорядки, взяли на месте. По результатам допросов и слежки за частью отпущенных с мест преступлений вскрыты гнезда, где они готовились. Допросы, по словам Кенига, в самом разгаре.

Георг расположился в кресле рядом с кроватью, всем видом демонстрируя уверенность в успешном разрешении проблемы. Портить ему настроение не хотелось, однако кое-что смущало…

— Сколько их оказалось? — спросил Кристиан, чувствуя себя старой развалиной.

За прошедшую неделю он успел пережить приступ лихорадки, прийти в себя, поругаться с семейным лекарем на тему питания, вынести визит супруги, к которой изгнанный доктор метнулся за содействием, отстоять свое право на нормальную еду и смириться с пребыванием во дворце. Возвращение домой сейчас было бы перенести чересчур сложно, однако личные вещи и камердинер несколько скрашивали последние дни, проведенные в трезвом уме. Все же лихорадка его измотала.

— Около двух сотен, — неожиданно ответил Юстас из дальнего угла, где изучал газеты. — И это только те, что действовали в столице. По Империи разбросано еще примерно такое же количество.

— Радует, что мои поданные отличаются редким благоразумием и в большинстве своем не поддались на речи фанатиков.

Да, со ставкой на ненависть к магам разжигатели просчитались. Жители империи давно сроднились с мыслью о магах и элементалях, и уже не представляли жизни без них.

— Среди них есть маг Тьмы? — уточнил Кристиан, продолжая следовать навязчивой мысли.

— Нет, — Георг сразу же подобрался, становясь неуловимо похожим на отца. — А должен быть?

— Там, в порту, когда произошел взрыв… — рука от воспоминаний снова заныла. — Мне все казалось, что что-то не так. До взрыва. После. Я почти успокоил Тьму. Она замедлялась и переходила в другое состояние. Все по конспектам Герхарда. Повторный всплеск невозможен.

— Но он произошел, — отметил племянник, однако без осуждения. Чтобы о нем не говорили, Георг никогда не спешил судить.

— Его спровоцировали, — герцог озвучил вывод, к которому пришел за последние два дня напряженных воспоминаний и анализа. — Я, может быть, не столь умел, как Герхард, но свою силу и способности знаю. Тьма не могла сорваться без причины. И без воздействия извне. Кто-то подстегнул ее. И этот кто-то был в порту еще до взрыва.

— Кениг проверил всех учтенных магов, находящихся в столице на момент взрыва, — отметил Юстас звенящим от напряжения голосом.

— Ты намекаешь, что у меня в столице находится неучтенный маг-самоучка? — голос императора наполнился силой и зазвучал глубже, отдавая далеким рокотом землетрясений и водопадов.

— Бред, — сын вскочил на ноги. — Маг такой силы не мог остаться незамеченным. Водник, земляной, да даже воздушник, но не темный! Они всегда выдают себя!

Да, и истории известны прекрасные примеры того, на что именно способны сильные маги Тьмы. Сильные и необученные. Чего стоит только эпидемия середины четырнадцатого века, когда почти половина населения Империи погибла. Да и не только Империи. Изрилиона, Апия, Ференция. Альбион, едва успевший выставить морскую блокаду, уцелел. Восточные народы, селившиеся в лесах, тоже избежали общей участи. Болезнь свирепствовала семь лет и отступила, лишь напившись крови и оставив земли почти пустыми.

Еще один примечательный случай произошел уже не столь давно, всего-то сто лет назад, когда маг покинул территорию Империи и самостоятельно постигал искусство на дальнем востоке. А в итоге… В итоге четыре эпидемии подряд с разнице примерно в десяток лет каждая и с эпицентрами в разных городах. Разведка тогда с ног сбилась, пытаясь понять, естественный или искусственный очаг происхождения у болезни. Все закончилось так же внезапно, как и началось. И только спустя время удалось установить, что источником все же являлся человек и проследить историю его передвижений.

Подобные случаи подробно описывались и изучались в Академии и даже в школах. О них писали газеты, делая широкие развороты и даже специальные издания, чтобы привлечь внимание широкой общественности к проблеме. Все ради того, чтобы больше подобное никогда не повторилось. Маги Тьмы должны состоять на учете. Они должны быть обучены. Даже если не желают пользоваться силой, они должны знать, как правильно ее контролировать.

Дабы избежать споров Кристиан призвал элементаля. Густая тень выросла рядом с постелью. Два метра ростом, непропорционально длинные конечности, загнутые и острые пальцы-когти. Голова без глаз, носа и ушей, зато с пастью, в которой проглядывали острые зубы. Элементали Тьмы — единственные, кто обликом напоминал людей. Остальные предпочитали выглядеть животными.