Чтение онлайн

Я ненавидел, как сильно был рад её видеть.

Она нахмурилась, и я упивался её раздражением.

— Если вы решили обсуждать меня у моей двери, пожалуйста, помните, что я слышу куда лучше, чем вы.

Я глубоко поклонился.

— Леди Ворска, я рад узнать, что вы в добром здравии.

Танидвен сморщила нос, прикрывая дверь чуть сильнее, будто опомнившись. Потом она посмотрела на небо и обратно в комнату. Когда её пронзительный взгляд снова встретился с моим, в нём была решимость.

— Я хотела бы принять ваше предложение о прогулке.

Фокслин шагнул к ней.

— Это разумно, миледи?

Она вздохнула.

— Я почти сутки не выходила из этих стен и декаду провела в этом замке. Если я не выйду наружу, я закричу.

Он бросил на неё тревожный взгляд.

— Мне не разрешено выпускать вас, миледи, ради вашей же безопасности.

— Я знаю, от чего ваши приказы меня защищают. И от кого, — её глаза сверкнули, и она посмотрела прямо на меня. — Ланг не причинит мне вреда.

Опять она назвала меня Лангом. Понимала ли она, что делает? Это что-то во мне переворачивало — слышать, как она так просто и естественно меня называет.

Но её слова наконец всё расставили по местам. Септиллис поставил Фокслина здесь ради защиты Танидвен, а не чтобы скрыть её побег. Значит, кто-то другой пытался ей навредить. Сам Уэйнстрилл? Или, может, Даффиния, действующая по наущению моей тёти?

Гнев вспыхнул во мне горячо и резко — вместе с этим странным желанием просто обнять её.

Ланг не причинит мне вреда, — сказала она. Да хранят меня Пятеро, эта женщина владела моим сердцем.

— Идите собирайтесь, — сказал я, и она развернулась, исчезая в комнате.

Я положил руку на плечо Фокслина.

— Всё в порядке, Фокслин. Я не позволю, чтобы с ней что-нибудь случилось.

— Ладно, — он бросил на меня предупреждающий взгляд. — Но не пропадай слишком надолго, а то вернёшься к новой красивой голове на колу.

— Смотри, кто сюда входит и кто выходит.

Фокслин закатил глаза.

— Разумеется. Я всего лишь ваш скромный страж у двери.

Казалось, «собраться» означало лишь заново заплести волосы и привязать дракона к груди, как мешок с мукой. Она не стала надевать бусы на лицо, и было ли это тайным протестом против будущего мужа или просто равнодушием — я не спрашивал. Вместо этого я поинтересовался, разумно ли брать с собой дракона, но она сказала, что не отпустит его от себя ни на шаг, а раз уж я был намерен не выпускать из виду её саму, то спорить не стал.

У нас было впемя до полудня — до возвращения брата и отца из Видариума, — несколько драгоценных часов относительного покоя.

Я вывел её на этаж над кухней и через служебный выход, где дежурил страж, которому я в основном доверял. Когда стены остались позади, мы оба словно выдохнули разом. Я рассказывал ей об истории города, и она кивала так, будто уже всё это знала. Она расспрашивала о названиях мостов, источнике камня для кладки и о том, как часто здесь бывают наводнения. Я отвечал, как умел, и, кажется, её это устраивало.

Наш разговор был чистой болтовнёй, даже когда я заплатил удивлённому горожанину за час его лодки. Мы держались безопасных тем: сезонный отлив, архитектура Видариума, даже количество скота в Землях Зрения по сравнению с Землями Аромата — пока я грёб по тесным и оживлённым каналам и наконец не вывел нас к более широким протокам на восточной окраине города.

Я уже скинул танмерский плащ, но пот всё равно не унимался. Я оказался прав насчёт нестерпимой жары. Теперь, всего за час до полудня, солнце безжалостно жгло мне шею.

Когда мы оказались посреди канала, широкого, как река, и достаточно далеко от чужих глаз и ушей, я снял зелёную тунику и набросил её поверх плаща. Расстегнул белую рубашку наполовину и с облегчением вздохнул, почувствовав лёгкий ветерок.

Я откинулся на корму и позволил лодке дрейфовать, снова посмотрев на Танидвен. Она уже смотрела на меня; её взгляд, полуприкрытый, задержался на моей груди. У меня перехватило дыхание, и она отвела глаза.

— Теперь ты скажешь, что случилось? — спросил я.

— Твоя тётя пыталась меня отравить, — просто ответила она, глядя на солнечные блики на воде. — Ну, точнее, его.

Это не удивило меня, но вновь разожгло гнев.

— Ты уверена, что это была она?

Она моргнула, будто пойманная на полуправде.

— У меня есть основания так думать.

— Основания, о которых ты не расскажешь.

Она бросила на меня взгляд.

— Разве женщине не полагается иметь секреты?

— Думаю, твой секрет больше, чем у большинства.

— Ты не всё знаешь, Ланг, — сказала она, нахмурившись.

Я лишь улыбнулся.

— Попробуй меня удивить.

Танидвен фыркнула и тоже откинулась назад. Она расстегнула верхнюю пуговицу блузы, и мои глаза не знали, куда смотреть — на изящный изгиб её шеи или на полоску икры, мелькнувшую под юбкой.

В итоге победило ни то, ни другое: её движение, похоже, разбудило дракона. Я увидел, как внутри свёртка шевельнулось крыло, и его голова высунулась из ткани.

Танидвен в страхе расширила глаза и погладила его по голове, стараясь, не слишком-то скрываясь, затолкать обратно под ткань.

— Наверное, он просто голоден.

Я улыбнулся, когда он игриво щёлкнул её за руку и вылез ещё выше, втягивая солёный воздух и издавая сломанный, зевающий звук. Танидвен дёрнулась, лодка качнулась, и она вытянула руки, чтобы удержаться за борт. Дракон тоже шевельнулся, его коготь зацепился за край ткани, и он уставился прямо на меня.

Белыми глазами. Теми самыми глазами, о которых я думал годами — теперь они моргали на меня с полным, наивным любопытством.

Моя ухмылка расползлась, когда я уставился в ответ.